Искупление - Стивен Бакстер

Здания, аккуратные кубоиды, парили в воздухе, как китайские фонарики, вокруг флиттера.

— В любой другой день, — сказал Майкл Пул, — это было бы необычное зрелище.

— Да. — Джофиэл проверил время. — Смотрите, осталось шесть минут до появления новой звезды. И вот мы на дневной стороне планеты. Рассвет наступил несколько минут назад. Мы прямо под новой звездой. Почему не грузим беженцев?

— Они не поднялись на борт. — Манеры Пула были сдержанными, но слова отрывистыми, быстрыми. Джофиэл чувствовал напряжение. — Я связывался. Они настаивали, что внутри им будет безопаснее.

— Где внутри?

Пул указал на ближайшее из дрейфующих зданий.

Джофиэл склонился над консолью связи. — Сьюзен Чен, вы здесь?

Голос был четким, но слабым. — Джофиэл? Рада слышать твой голос. Вы в большой опасности. Вы должны подняться на борт.

— Я — что? Почти то же самое я собирался сказать вам. Сьюзен, послушайте. Нам нужно доставить вас всех на борт флиттера. Сложим в трюме, если понадобится. Это будет неудобно, но поездка займет всего несколько минут. Мы должны убраться отсюда в тень планеты, прежде чем…

— Звезда взрывается. Я знаю. Но здание укроет нас. Разве вы не видите?

— Нет, — коротко сказал Майкл Пул.

Мягкая вспышка света на востоке заставила их обоих вздрогнуть. Джофиэл выглянул наружу. Какой-то предвестник вспышки?

— Время на исходе, Джофиэл.

Джофиэл быстро соображал.

— Полагаю, Майкл, в ее словах есть резон. Помнишь, мы изучали корпус ксили еще в Солнечной системе. Мы знаем, как это работает — ну, не как, а с какой скоростью, по крайней мере. Обшивка корпуса ксили прямо преобразует лучистую энергию — солнечный свет — в массу. И ее слой, здание, растет экспоненциально. На Земле, под Солнцем, время удвоения обшивки корпуса составляло где-то более десяти лет…

— Время обратно пропорционально звездному потоку. Здесь одному из этих зданий потребовалось бы тридцать лет, чтобы удвоиться в размерах.

— Но когда вспыхивает новая звезда, яркость увеличивается примерно в восемьдесят тысяч раз. И, таким образом, время удвоения составляет…

— Часы. — Пул дико посмотрел на него. — Итак, предполагая, что технология ксили может справиться с таким уровнем яркости…

— Мы знаем, что может. Мы нашли Тайник, расположенный на поверхности Солнца, помнишь. Они, вероятно, будут в большей безопасности, чем во флиттере, даже если бы мы смогли перенести их всех вовремя. Но будут свирепые ветры…

Еще одна чудовищная вспышка. Джофиэл и Пул оба вздрогнули, но, к счастью, она пропала.

— Даже если они в безопасности, мы — нет, — отрезал Пул. — У нас почти не осталось времени. И даже если мы все переживем вспышку новой звезды, нам все равно нужно доставить это убежище на плато до того, как там взойдет солнце, и червоточина закроется, и мы все застрянем в этой системе навсегда. Смотри, у флиттера есть захваты, которые мы приспособили для работы с корпусом ксили. В надежде. После того, как мы опробовали технологию на Тайнике, мы решили взять ее на Коши, просто на всякий случай…

— Знаю. Липучки Кахры, я помню. В то время я был у тебя в голове. — Он подумал: Лета, мне ли это делать? Читать нотации каждый раз, когда я открываю рот? — Я понял идею. Вот. — Он указал. — Зафиксируй западную сторону здания.

Пул увидел это. — Верно. Так, чтобы, когда ударит свет новой, мы оказались в его тени.

Он немедленно заложил крутой вираж, прижав флиттер к гладкой, бледно-серой обшивке здания. Он ухмыльнулся. — Это могло бы даже сработать…

Укрыться.

От рассвета новой.

В кабине флиттера стало темно, как в пещере.

27

Затаившая дыхание тишина.

Джофиэла на самом деле здесь вообще не было, физически. И все же он, казалось, ощутил приход волнового фронта новой как физический удар.

Но корабельные системы уменьшили поступающий свет до тонкой струйки. Теперь, осторожно выглянув в почти затемненное окно, Джофиэл увидел очертания здания из корпусной обшивки ксили, обнадеживающе прочную стену, к которой Пул уже прикрепил тросы от флиттера. И он буксировал плавучее здание прочь от восходящей звезды, к терминатору и ночной стороне планеты, а флиттер прятался в тени здания. Он работал размеренно, спокойно, компетентно.

Здание, казалось, заметно росло по мере того, как впитывало свет новой звезды. Джофиэл задавался вопросом, каково было бы прокатиться внутри. Возможно, вы бы услышали, как скрипят стены, когда они растут.

А внизу Джофиэл увидел мир, преданный огню.

Видимые в жутком отфильтрованном свете, лесные заросли вспыхивали и исчезали в результате того, что больше походило на негромкие взрывы, чем на пожары. Над простиравшимся до горизонта озером поднимался пар, турбулентный воздух; на берегу дно уже обнажилось, грязь высыхала, трескалась и раскалывалась. Он увидел выступ скалы, возможно, песчаника, который, казалось, плавился, осыпаясь…

Раздался мощный толчок в бок, как будто флиттер ударил невидимый гигант. За окном Джофиэл увидел, как огромное здание качнулось и накренилось.

— Компенсируем! — закричал Пул. — Погода меняется из-за новой!

Джофиэл представил это. Из центра освещенной днем поверхности уже вырывались со скоростью звука ветры, наполненные перегретым паром, крушащая волна разрушения, направлявшаяся к терминатору, линии ночи, где она перекинется на темные земли еще до того, как само смертоносное солнце взойдет над этими местами.

Пул развернул флиттер, удаляясь от сверкающей звезды. — Все еще пытаюсь догнать рассвет. Летим на сверхзвуке. Буксируем здание! Мы, вероятно, устанавливаем какой-то рекорд.

Джофиэл увидел, как один из стабилизаторов флиттера высунулся на свет, всего на мгновение, когда корабль и здание продолжили свое дикое вращение в ветрах новой звезды. Освещенная секция растаяла, испарилась, исчезла. Когда культю крыла оттащили обратно в тень, она выглядела так, как будто этот участок был отрезан лазерным резаком, срез был чистым и все еще светился.

Затем, всего через четыре минуты после того, как вспыхнул свет новой звезды, они погрузились во тьму: жуткий закат. Они были в тени планеты.

Но позади них расцвел чудовищный рассвет, и в воздухе вспыхнуло полярное сияние.

Теперь в мутном небе появился новый свет, ослепительно яркий, кричащая точечка. Наблюдатель сообщил Джофиэлу, что это Губер а, самая внутренняя планета: отраженный свет от этого маленького мира достиг неба Джофиэла, как точка, которая, по его оценкам, сияла так же ярко, как полная Луна над Землей.

И там, впереди под их фюзеляжем, простиралось плато призраков, безошибочно узнаваемое Джофиэлом с воздуха, хотя теперь исчезли спутанные корабли призраков и другие сооружения, которыми было усеяно это место, — все, кроме двух жилых куполов, похожих на волдыри на каменистой почве. Очевидно, разрушилось даже удерживающее воздух силовое поле,