Роанна Аньер. Путь на Север - Виктор Постоенко

Мы с бабушкой сели в украшенную гербами повозку. Тут мне пришлось удивиться в очередной раз. Это была самая настоящая, обшитая полностью темно-красной кожей, карета. Даже с небольшими окошками, прикрытыми красивыми занавесками.

И вся эта конструкция крепилась к корпусу широкими кожаными ремнями. А еще у нее было четыре колеса, а не два, как у всех повозок, которые мне приходилось видеть до этого. И первая ось — поворотная. Да и запряжены были две лошади, а не одна.

На мой немой вопрос бабушка сказала, что эту дивную повозку ей привезли из Северной Империи полгода назад. А откуда она попала туда, ее не интересовало. И два кучера специально учились управлять ею. Ну да, ведь впереди поворотная ось.

Мы сели в карету. Внутри были по два сиденья друг против друга, всё обшито красным бархатом. Мы сели на задние, а на передние сели Фиола и одна из моих служанок по имени Нора — та самая, которая делала мне прическу. Сзади к карете подошли и встали на специальную ступеньку два воина. Поехали.

На удивление, карета шла мягко и только тихо покачивалась. Лошади тянули не спеша, кучер иногда звонил в колокольчик, предупреждая горожан. Сквозь закрытую полупрозрачную шторку я видела, что люди кланяются проезжающей мимо них карете.

У крыльца ратуши мы остановились. Один из воинов соскочил, быстро выдвинул ступеньку, открыл дверцу и подал руку сначала герцогине, а потом мне. Мы обе поблагодарили его кивком головы. Начинаю к подобному привыкать. Около ратуши оказалась большая толпа горожан — все пришли поглазеть на новую молодую герцогиню.

Я не надевала ни шляпки, ни вуали. Бабушка решила: пусть свои посмотрят. Губернатора в провинции назначено не было, так как все его права находились у герцога Андольского, а значит, и у его супруги, а теперь и у меня.

У крыльца выстроились несколько десятков чиновников: мэр города, чиновники магистрата, военные. Бабушка представила меня, назвала мое имя. Все чиновники и военные сняли шляпы и склонили головы. Горожане сделали то же самое. На колени не вставали — они не наши слуги, хотя и подданные.

Она подвела меня к мэру и начала знакомства именно с него. Представляла каждого, чиновник кланялся, я делала легкий поклон в ответ. Запоминать не старалась, так как лучше потом попросить список и самой внимательно изучить, кто из них есть кто.

Генерала я сразу запомнила, его звали Нейсон Монс. Он командовал всеми имперскими войсками в провинции Андоль. Когда генерал сделал поклон, а вернее, просто чисто по-военному четко кивнул мне, я вдруг подала ему руку. Он осторожно взял с удивлением мои тонкие пальцы.

Я сделала ему комплимент, так как его внешность была действительно колоритной. Продубленная кожа, глубоко посаженные внимательные глаза, чуть ироничный взгляд. Спросила, сколько у него сражений позади. Он ответил, что никогда не думал об этом, но если подумать, то больше сотни. И поинтересовался, почему я его об этом спросила.

Я ответила, что воин, который прошел сто сражений и дослужился до генерала, и при этом не имеет на лице ни одного шрама, заслуживает большого уважения за свое мастерство. И, отпустив его руку, поклонилась ему. Я нагло подкупала его, просто нагло.

Но он принял мои комплименты за чистую монету, как и все окружающие. А так как я это сказала достаточно четко и громко, то думаю, к вечеру мои слова уже будут известны и в военном лагере, и в самой дальней таверне. Слова, а также то, что я подала генералу руку для дружеского рукопожатия.

Дамы здесь никогда не подавали рук мужчине — тут это не было принято. Это была привычка из моего мира, но мне показалось, что в данном случае будет уместным так сделать. И не ошиблась. В дальнейшем генерал Монс стал моим соратником во всех последующих делах.

Начальником полиции оказался седой худощавый мужчина с длинным крючковатым носом. Спокойные умные глаза, крупные кисти рук с длинными пальцами. Он сам представился как мастер Кат Каллог. Я спросила, сколько времени он занимает этот пост. Он ответил, что всего четыре месяца.

— А до этого поста кем Вы были?

Он ответил, что старшим инспектором по тяжелым преступлениям. Целых семнадцать лет. А до этого — простым полицейским инспектором. Я улыбнулась и сказала, что теперь знаю, к кому мне следует обратиться, если мне понадобится помощь. И не обязательно это будут дела полицейские.

— Так как за время работы в полиции Вы изучили не только весь местный преступный мир, но и огромное количество людей, окружающих нас в повседневной жизни. И мне будет важен Ваш совет при выборе того или иного чиновника, если придет время их менять.

И первая сделала легкий поклон. Он поклонился в ответ.

Я говорила не громко, и он понял, что это была не лесть в его адрес для всех, а мои слова предназначались только именно ему. Он так же тихо ответил, что всегда будет рад помочь. Я сделала шаг вперед и почти на ухо ему сказала:

— Следите пристально не только за теми, кто разбойничает на улицах, но и за теми, кто запускает грязные лапы в казну города и провинции.

Он тихо продолжил:

— Я Вас понял, Ваше Сиятельство. Если что — доложу лично.

Я кивнула в ответ. Мы поняли друг друга. Таким, как Каллог, которые добились всего сами, своим умом и трудом, казнокрады просто ненавистны.

Все были заинтригованы тем, о чем я шепталась с начальником полиции. Ну, мы еще поиграем в игры — вам тут еще неизвестные. Я слышала, как простой люд обсуждает меня: молодая, красивая, вежливая. Пусть будет так. Потом был легкий обед в ратуше, на котором присутствовали и главы городских гильдий.

Торговых, ремесленников, медников, каменщиков, гильдии лекарей, гильдии охотников, портных, ювелиров, сапожников, плотников, кузнецов. Все подходили к герцогине выразить свое почтение. Заодно и представиться мне. А вот эти люди мне были очень интересны. Именно они приумножают богатство герцогства.

Главу гильдии портных я спросила, давно ли он занимается этим делом. Он сказал, что с самого детства — тут практически в каждой гильдии сложились свои династии, где старшие передают свое мастерство младшим. Тогда я задала ему вопрос:

— А сможет ли кто-то из портных сшить платье или костюм, если будет рисунок со всеми необходимыми размерами? Причем не просто рисунок, а самая настоящая выкройка с разбивкой по деталям.

Он изумился не столько тому, о чем я его спросила, сколько тому, что