Линия иной судьбы 4 - Дмитрий Соловей

— Валёк, а ты-то чего тут делаешь?

— Живу я здесь! — со смехом ответил я, пропуская их в дом.

В качестве подарка молодожёнам ребята преподнесли увесистую коробку. Сбросившись всей группой, они умудрились купить жутко дефицитный и полезный в быту прибор — электрочайник и в придачу к нему тяжёлую чугунную сковороду.

Хорошие вещи, которые точно пригодятся молодой семье в хозяйстве.

Далее, с шутками и прибаутками, они осмотрели фуршетный стол и согласились с тем, что на всю ораву стульев не напасёшься. А так можно расположиться на диване и девчонок на колени посадить. Наташа фыркнула, заявив, что её подруги «не такие», чем вызвала ещё больше смеха со стороны ребят.

Парней по приглашению Ивана пришло восемь человек, а девушек — всего шесть.

Причём к моему крайнему удивлению выяснилось, что накануне к Наташе подкатывала сама Анна Сидоркина. Прослышав о предстоящей свадьбе, она довольно настырно навязывалась в гости.

Но Наташе уже всучили «по-дружески» незнакомую девицу в качестве свидетельницы, и отказать соседке она не смогла. Зато Анну, комсорга второго курса, игнорировала.

— Да это она просто тебя проведать хотела! — хохотнул Иван, хлопнув меня по плечу.

Парни тут же с готовностью подхватили и развили эту тему, принявшись наперебой шутить, что они совсем не прочь в скором времени погулять ещё на одной свадьбе. Я в шутливой форме послал их куда подальше и наконец испить моего крюшона.

Выпили.

Напиток, правда, оценили не все. Половина парней честно заявила, что они сейчас не отказались бы от простой, понятной советской водочки.

— Чего нет, того нет, — развёл я руками. — И самогон вчера родня подчистую выпила. Так что сегодня у нас исключительно элитный алкоголь.

— Да и не надо водки! И без неё вкусно! — дружно загалдели девчонки, с удовольствием опустошая гранёные стаканы.

В разгар этого гама кто-то наконец обратил внимание на то, что один товарищ цедит из стакана чистый лимонад. Взгляды гостей синхронно скрестились на Борисе. А тот ещё и устроился на редкость удачно — картинно опёрся на комод, прямо возле тех самых фотографий, что Наташа заботливо расставила.

— Это… это что, он?! — сдавленным голосом выдавил Ромка Кручан, переводя ошалелый взгляд с фото на Бориса.

Девчонки замерли со стаканами крюшона в руках, а одна из них выдохнула:

— Мамочки… Гриша…

— Да ладно вам, ребята, — Борис застенчиво улыбнулся.

Знакомый всем голос окончательно сорвал плотину. Девчонки дружно взвизгнули и в одно мгновение оттеснили меня, Ивана и всех остальных, окружив Бориса.

—Товарищ Белов! Это правда вы?! А как вы тут оказались? А Людмила Гурченко, она правда такая красивая? А автограф можно?! — затараторили они.

Парни держались солиднее, но их тоже проняло.

— Ну ни хрена себе… — вырвалось у Ромки, за что Наташа тут же наградила его строгим взглядом. — Извините. Борис, я «Карнавальную ночь» три раза в кинотеатре «Кубань» смотрел! Мы с ребятами на вечерний сеанс прорывались, там давка была несусветная!

— Да мы все смотрели! — загалдели ребята, окончательно забыв про крюшон.

Иван стоял рядом со мной и довольно ухмылялся, скрестив руки на груди. Ему явно льстило, что его скромная студенческая свадьба превратилась в событие городского масштаба. Борис, отчаянно краснея от такого напора, бросал на меня призывные взгляды, мол: «Валюха, спасай, сейчас разорвут на сувениры».

— Эй, эй, полегче! Не все сразу. Он никуда не денется и ответит на все вопросы, — вклинился я, спасая товарища. — А чуть позже я вас всех вместе с ним сфотографирую.

Вот это сработало моментально.

— Вы кушать, кушать не забывайте! — вовремя добавила Наташа, привлекая внимание к фуршету.

Мои кулинарные «произведения искусства» наконец-то начали активно разбирать. Я же, как и обещал, сходил за фотоаппаратом. Плёнка внутри была чувствительная, но стопроцентной уверенности, что комнатного освещения хватит, у меня не было. Фотовспышку я до сих пор так и не приобрёл, а потому принёс из спальни дополнительную настольную лампу для подсветки.

Тем временем Василий отправился заводить патефон. Стоило игле коснуться пластинки и в воздухе разлиться первым звукам танго «Брызги шампанского», как девчонки отреагировали моментально. Правда, совсем не так, как ожидали остальные.

— Парни, выручайте! — в панике выкрикнул Борька, когда абсолютно все особи женского пола изъявили желание танцевать исключительно с ним.

Мы тут же бросились на выручку и расхватали девчонок, оставив Борису только одну — самую бойкую, которая уже успела намертво вцепиться обеими руками в ремень его брюк.

— Не дай бог такую славу… — пробормотал Василий, наблюдая за этой сценой со стороны.

Я же, как галантный кавалер, увлёк свою даму в коридор и повёл дальше — в комнату, предназначенную специально для танцев.

И здесь у всех присутствующих снова случился ступор. Даже Наташа резко затормозила на пороге. Хоть она и бывала у нас в гостях раньше, но до этого дня её маршрут строго ограничивался кухней и маминой комнатой, так что к увиденному она была совершенно не готова.

Необычные стены, резкий графичный контраст бежевого текстиля и глубокого цвета венге на мебели, непривычная глазу тахта с россыпью подушек и изящная лёгкая ширма — все эти детали народ попросту потрясли.

Для людей пятидесятых годов красивым и статусным считался совсем другой интерьер — тот, где всё выглядело «дорого и богато»: монументально, основательно, в духе сталинского ампира или дореволюционной классики с тяжёлыми дубовыми шкафами и комодами.

Моя же комната выглядела совершенно иначе. В ней не было привычной тяжеловесности. Наоборот — всё казалось лёгким, лаконичным и современным. Мебель в стиле советского модернизма, который позже назовут mid-century modern, отечественные фабрики начнут массово выпускать только в начале шестидесятых годов. Потому, в пятьдесят седьмом, моя комната казалась гостям чем-то невероятным, опередившим своё время как минимум на добрый десяток лет.

И вот ей-богу, не вру! Взгляды девиц и фокус их внимания моментально сместились в мою сторону.

Борис, понятное дело, звезда экрана. Но он — нечто далёкое, почти несбыточное, как прекрасная мечта. Каникулы закончатся, он уедет в свою Москву, и поминай как звали. Зато я — вот он, здесь, прямо в Краснодаре. Причём, как выяснилось, парень завидный: и собственная машина имеется, и дом большой, да ещё и обставлен так необычно.

В общем, когда Василий перевернул пластинку на