Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

— Валерий Ильич, вы тут шизика-то не включайте, — поморщился я. — Ситуация-то для вас не очень благоприятная. Физическое насилие я не особенно одобряю, но как метод готов использовать. Искренне надеюсь, что одного синего глаза будет достаточно, и мне не придётся ломать вам руки и ноги.

Фингал под глазом мигом набряк, кожа набухла и налилась свинцом. В уголках губ у Удальцова я заметил белую пену. Он захрипел, попытался вскочить, но Кукуша просто хлопнул его по башке своей тяжеленной лапой. И Удальцов снова уселся на амортизирующий офисный стул. В этот момент дзынькнул его телефон, но он не отреагировал.

— Товарищ майор, вам сообщение пришло, — усмехнулся я. — Так и быть, можете посмотреть.

Чувак Матвеича протянул ему телефон. Он взял мобильник в руку, открыл сообщение и сразу вскочил и снова бросился на меня. Пришлось Кукуше опять успокаивать его шлепком по чайнику.

— Сука! — зарычал майор. — Сука! Если хотя бы один волосок!.. Ты слышишь⁈ Хоть один! Я тебя собственными руками! Я зубами тебе кадык…

— Это вряд ли, — прервал его я и беспечно махнул рукой. — Это вряд ли. Кажется, ты на своей работе совсем берега попутал, гражданин начальник. Но сейчас ситуация обратная, не врубаешься? Сейчас условия диктую я. Давай сюда телефон, истеричка. Приди уже в себя. Мегрэ бы так себя не повёл.

Я знал, что он увидел в своём телефоне. Ему пришла фоточка, селфи, на которой была изображена его дочь в сопровождении двух опасных парней. Лица их были закрыты балаклавами. Дочь выглядела испуганной, и вообще фотография на удивление точно передавала атмосферу напряжённости и даже ужаса.

Удальцов немедленно начал звонить. Я не отбирал телефон. Пусть пытается. Звонил он, разумеется, дочери, да вот только она на его звонки не отвечала. П-и-и-и, п-и-и, п-и-и… Трубка монотонно гудела, но ничего не происходило.

— Давай-ка ты, дяденька, успокоишься и начнёшь уже соображать, — сказал я и кивнул чуваку Матвеича.

Тот тут же вырвал телефон из руки Удальцова, а я достал собственную мобилу и позвонил по громкой, чтобы все могли слышать мой разговор.

— Слушаю, Крас, — раздалось в трубке.

— Кот! Ничего не получается. Режь нахер мизинец.

— Понял тебя, — по-армейски коротко ответил и добавил кому-то. — Давай, режь!

— Нет! — закричала девушка в трубке. — Нет! А-а-а!

— Ну что, Мегрэ, режем? — спросил я.

— Я вас всех посажу! — заорал он.

— Посмотрим. Звони и давай команду отпустить девчонку или твоей дочке конец. Сначала мы отрежем левый мизинец, потом правый, потом мизинец на правой ноге, потом мизинец на левой ноге и так в круговую. Двадцать минут и ни одного пальца не останется. Подожди пока, Кот.

— Ты не посмеешь! — закричал Мегрэ и тут же получил оплеуху от Кукуши.

— Хорош орать, мусор! С ума, что ли, сошёл? Держи себя в руках, папаша!

— Я вас всех порешу!

— Да ты успокойся! Успокойся! Давай займёмся делом! Ты незаконно похитил несовершеннолетнюю девушку и не хочешь спасти свою собственную дочь. Сейчас на один мизинец у твоей дочурки станет меньше. Так что не испытывай судьбу, дядя. Давай! На громкую и командуй!

— Нет! Сначала ты отдашь документы!

— Вот же алчная и упёртая тварь, — громко, чтобы было слышно в соседней комнате сказал я и пожал плечами. — Ну ладно. Как говорится, хер вам а не, барабаны! Девка эта, школьница, мне не упёрлась никуда. Мне упёрлось то, что ты на меня наехал. И это я простить не могу! Понимаешь меня?

— Документы! — снова заорал Удальцов.

— Какой же ты тупой, Валерий Ильич, — покачал я головой. — Дебил какой-то. Как тебя Никитос-то к себе приблизил? Даже удивительно. Неужели такой кадровый голод, что нет нормальных людей под рукой? Этот-то ещё ничего был… Как его… Раждайкин. Ну а ты вообще дебил.

— Документы!

— Ладно, парни, кончайте его, — кивнул я и пошёл в соседнюю комнату, туда, где находились секретарша и Аркашка.

— Иди помоги, — кивнул я подручному, который держал их на мушке.

Он вышел в приёмную, а я в стиле старых добрых боевиков из девяностых начал считалочку.

— Раз, два, три, четыре, пять, — медленно произнёс я, переводя ствол пистолета с одного на другого на каждый счёт. — Вы-шел зай-чик по-гу-лять. Блять. С кого ж из вас начать?

Наташа была бледная как мел. Да и Аркашка тоже. Выглядел он, прямо скажем, плохо. Тускло выглядел. В приёмной раздалось несколько ударов, глухих стонов и голос Кукуши:

— Давайте, держите на весу. Я сказал на весу, чтобы не забрызгаться. Подними ты ему голову, за волосы подними. Да, вот так.

Потом послышался стальной щелчок с приглушённым хлопком. Такой смешанный звук обычно означает выстрел с глушителем.

Щ-щёлк!

И в тот же момент на пол брызнула красная струя.

В проёме открытой двери было хорошо видно выплеснувшееся на пол кровавое месиво с белыми вкраплениями. Наташа беззвучно завыла, а Аркашка открыл рот.

— Ну, кто из вас следующий? — спросил я.

Они оба в ужасе молчали.

— Да бросьте вы его на пол, — скомандовал Кукуша, и тут же послышался звук упавшего тела.

— Итак, Наташа, начнём с тебя, — подмигнул я.

— Нет… не надо… пожалуйста, не надо, — замотала она головой. — У меня ребёнок…

— У тебя ребёнок? Можно только посочувствовать ребёнку, что у него такая мать. Кто у тебя? Мальчик или девочка?

— Де… девочка, — заикаясь ответила она.

— Сколько лет?

— Десять…

— Да, ещё совсем маленькая. Но стоит хорошенько подумать, нужна ли ей такая мамаша, соучастница жестоких преступлений. Кого она сможет вырастить из десятилетней девочки?

— Пожалуйста, я вас очень прошу…

— Очень просишь? Ну… давай посмотрим, как ты будешь сотрудничать. Рассказывай.

— Ничего ему… — пробормотал Аркадий, — ничего ему не говори.

И мне пришлось посмотреть на него строго и неодобрительно. Он тут же прикусил язык и замолчал.

— Сделаем так, — сказал я. — Один из вас уцелеет. Да, точно. Одному из вас я сохраню жизнь. Тому, кто расскажет больше, чем другой. Итак, начнём с тебя, Наташа.

— Нет! Нет, Наталья, не вздумай!

Но Наталья свой выбор уже сделала.

— Протасов Матвей Олегович, — дрожащим