Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

— Что? — усмехнулась она. — Поверг его нахрен?

— Опять смеёшься? Ты прям смешинку проглотила сегодня, да? Я поверг его нахрен, именно. Не в прямом смысле, конечно, а в переносном. Я же Супермен, ты не знала?

— Уже начала догадываться, — кивнула она.

— Понятно…

— Не скажешь?

— Анют, я же говорю, это было недоразумение. Только и всего. Я всё объяснил, и тебя сразу отпустили.

— Ну-ну… Я слышала, как мои похитители между собой переговаривались. Им что-то от тебя нужно было. То, что ты не хотел отдавать. Так ты им отдал или нет?

— Хорош фантазировать, они не обо мне говорили.

— Не хочешь говорить, да? Ну ладно. Только я не дура. И знаю, что говорили они о тебе. И я поняла, что тебе пришлось из-за меня чем-то поступиться. В общем… спасибо тебе… Спасибо. Серьёзно…

Я покачал головой.

— Так ты же думаешь, что из-за меня тебя похитили, — развёл я руками. — И благодаришь?

— Спасибо, что решил вопрос и не махнул на меня рукой. А поговорить я хотела с тобой вот о чём…

— Вспомнила, значит?

— Вспомнила. Я и не забывала, на самом деле…

— Ну? — кивнул я. — Рассказывай, что там у тебя на сердце. Лишь бы не под сердцем.

— Ха-ха, — скорчила она кислую рожицу. — Очень смешно. В общем, я подумала… ну про тот наш разговор. Короче… Ты, наверное, прав. Я малость перегнула палку, сознаюсь…

— Да ты что? Неужели?

— Ну ладно, Серёж, не глумись. Да, я согласна, что сейчас это всё было бы довольно… экстравагантно. Поэтому я хочу с тобой договориться.

— О чём? — насторожился я.

— Хочу отложить этот вопрос до совершеннолетия. Но ты должен пообещать, что не откажешь.

— Во-первых, — чуть помолчав кивнул я, — ты молодец, что обдумала всё снова. Во-вторых, совсем не факт, что за два года эта идея не выветрится у тебя из головы.

— Не выветрится, — уверенно сказала она.

— В-третьих, если не выветрится, то единственное, что я тебе могу обещать, это со всем вниманием и чуткостью обсудить с тобой этот вопрос в соответствии с ситуацией, которая сложится через два года.

— А что за ситуация? Политическая что ли? — хмыкнула она.

— И политическая тоже. Короче, через два года обсудим, если ты ещё будешь в настроении.

— Ну спасибо и на этом, — сказала она и поджала губы. — Ещё раз спасибо, что спас меня. Потому что похититель, один из них, из тех якобы ментов, говорил своему дружбану, что не стал бы ради такой доски, как я, жопу рвать. И ещё бы сказал спасибо, если б меня утилизировали.

— Да они просто моральные уроды. Не бери в голову. Хотели тебя запугать и огорчить. Постарайся забыть это, как страшный сон. Они очень скоро пожалеют, о том что случилось.

Мы допили кофе, и она даже съела кусочек пирожного, чем немало меня удивила.

— Стараюсь быть пай-девочкой, — объяснила Грошева с усмешкой. — За два года надо нарастить объем в некоторых местах.

— Молодец.

— Проводишь меня? — спросила она. — А то, если честно, ещё немного неуютно себя чувствую на улице.

— Ну давай, — ответил я. — Провожу.

Жила она недалеко, но в противоположной от меня стороне. Я довёл её до дома. По дороге мы к животрепещущим темам уже не возвращались и болтали о всякой ерунде — о школе, об учителях и учениках. Обычный школьный трёп.

— Ну вот. Я здесь живу.

— Ну что же, — пожал я плечами. — Живи спокойно. Больше ничего этого не повторится.

— Серёж, честно говоря… — помотала она головой. — Я не то чтобы не надеялась… я даже не допускала мысли, что тебе придётся рисковать из-за меня. И основательно подставляться. И что-то делать, с кем-то биться…

— Ань, да хватит уже.

— Нет, я вот один раз ещё скажу и всё, — кивнула она и в глазах её блеснули слёзы. — Ты был не обязан, но ты меня спас. Спасибо…

Она поднялась на цыпочки, прижалась ко мне, обхватила за шею руками и крепко поцеловала.

Потом мы попрощались, я развернулся и пошёл в сторону дома. И практически сразу натолкнулся на Лилю.

— Серёжа! — радостно воскликнула она. — Привет, дорогой!

— О, Лиль, привет… Ты что, не на машине? Гуляешь пешком?

— Ещё бы не гулять. Это того стоило. Это ведь так трогательно было.

— Ты про что? — нахмурился я.

— Да про вас с Грошевой. Я даже прослезилась. Правда. Но мне, кстати, интересно, ты с ней из жалости? Или ты просто извращенец?

Она засмеялась, как хрустальный колокольчик.

— Я, кстати, тоже ведь не толстая, но насколько помню, на меня ты не позарился. Что-то с тобой не так, а, парень? А-ха-ха…

Лиля залилась серебряным ручейком.

— Возможно, — усмехнулся я, — я на тебя, как ты сказала, не позарился, потому что твоё желание не от сердца шло.

— Но не всему же от сердца идти, — со смехом возразила она. — Есть и другие части тела, от которых желание ещё сильнее исходит.

— Ты за мной следила, что ли? — спросил я.

— Ну конечно! — всплеснула она руками. — Я за вами от самой кафешки шла, двигалась перебежками по той стороне улицы, пряталась в тени ёлок. Даже кофе не допила. Теперь ты мне должен кофе. Ладно, не парься. Я не памятливая. Все твои косяки прощаю и даю возможность исправить.

— Какое великодушие, — усмехнулся я. — Как здорово.

— Ну конечно! Да, вот такая я. Короче, поехали на выходные в Стамбул.

— Чего?

— В Стамбул, — повторила она. — Поедешь со мной?

— А что там? Опять у Ангелины тусовка?

— Нет. На этот раз без Ангелины. Я на каникулах нигде не была, болела. Вот мне папа компенсацию подарил.

— И не боится тебя одну отправлять?

— А я не одна поеду. С тобой.

Глаза у неё сияли, ей было очень весело.

— А, так папа меня уже одобрил?

— Ну конечно, — снова залилась она своим хрустальным смехом. — Да ладно, шучу. Я с подружками еду. А там нас