Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

голосом начала она. — Проживал по адресу улица Павла Корчагина, двадцать один, квартира семьдесят семь… Под видом проверки газа к нему явился человек… по поручению Аркадия Борисовича Ландо, главы нашей риэлторской компании…

— Заткнись! — крикнул Аркадий.

— Ой, Аркаша, помолчи, пожалуйста, — покачал головой и навёл на него ствол. — Если не хочешь, чтобы твои мозги оказались так же на полу, как мозги твоего тестя. — Давай, Наташенька, продолжай, милая.

— … и подписал доверенность на продажу квартиры…

— А как можно подписать доверенность без нотариуса? — удивился я.

— Нотариус у нас свой, заверили позже. Главное, что подпись оригинальная. На случай экспертизы…

— Понятно. Ну, и что было дальше?

Она замолчала.

— Где сейчас этот пенсионер?

— Сдали в бомжатник, а квартиру продали…

— Майор Удальцов участвовал в вашей схеме?

— Да, он все планы и разрабатывал, наводки давал. Прикрывал в случае возникновения проблем… Следующий случай…

— Может быть Аркаша теперь что-нибудь скажет? — спросил я и наставил на него пушку. — Или ты уже сдался?

— Не надо, — помотал головой Аркаша.

— Тогда прощай, Аркадий, — с сочувствием произнёс я и вздохнул.

— Ладно! — воскликнул он. — Хорошо! Я скажу. Я не виноват! Меня заставил отец моей подруги майор Валерий Ильич Удальцов!

Аркадий заговорил. Как водится, стоило только начать, а дальше речь обоих этих «риэлторов» понеслась как горная река. Они рассказывали подробности, перебивая друг друга, поправляя и добавляя подробности и нюансы. Наконец они замолчали.

— Всё?

— Да, это всё, — кивнула Наталья. — Но я не виновата. Меня заставили. Они сказали, что убьют мою дочь, если я хоть кому-то скажу.

Аркадий на это уже ничего не ответил. Я закончил видеосъёмку, заклеил скотчем рты Наташе и Аркаше и вышел в кабинет, служивший приёмной.

— Ну, что тут у нас? Очухался?

Удальцова подняли и посадили на стул.

— Ты не перестарался? — спросил я чувака, предоставленного Матвеичем и гарантировавшего удар, которым нужно быка с ног свалить. — Ты его тут не укокошил случайно?

— Нет, дышит. Чё ему сделается!

Чувак от души хлестанул Удальцова по щеке, и тот замычал, открыл безумные глаза. Открыл глаза и уставился на лужу «крови» на полу.

— Аркашку пришлось вальнуть, — кивнул я на эти сгустки акриловой краски, купленной впопыхах в художественном магазине. — Смотри.

Я показал ему фотографию на его телефоне.

— Пока ты спал, пришла фоточка. Узнаёшь?

На ней был окровавленный мизинец. Творчество Мишки.

— Узнаёшь, говорю? — спросил я тоном Доцента из «Джентльменов удачи». — Шутки закончились, батя. Давай команду отпускать мою девчонку, а то от твоей девчонки нихера не останется очень скоро. По косточкам её разберём. Ты понял меня, комиссар Мегрэ, твою мать?

После вырубончика он вёл себя по-другому. Кажется, пока лежал в отключке, прочувствовал дыхание бездны.

— Давай, на громкую включай, — кивнул я, передавая ему телефон.

— Дай мне поговорить с дочерью…

— Поговоришь, поговоришь, когда нашу девочку отпустят.

— Сначала я услышу, что с дочерью всё в порядке.

— Не зли меня. Звони. А то сейчас тебе колено прострелю нахер. Звони, мусор. Из-за таких как ты ментов мусорами и зовут, тварь ты продажная. Теперь я знаю, почему ты на Никитоса ишачишь. Сто пудов, он тебя на крюк посадил с твоим бизнесом жилищным, да? Сколько ты ему отстёгивал?

Я ткнул ему в грудь стволом, и он нехотя набрал номер.

— Слушаю, товарищ майор, — ответил бодрый голос.

— Чё там с девчонкой? — устало спросил Удальцов.

— А чё с ней? Сидит. Ждём команды.

— Везите её обратно.

— В смысле, обратно? Куда? К школе что ли?

— Да, к школе! — недовольно рявкнул Удальцов. — Как высадишь, сразу позвонишь, доложишь. Понял?

— Так точно, товарищ майор.

Мегрэ нажал отбой, и я выхватил его телефон.

— Дай мне поговорить с дочерью!

— Хер тебе. Поговоришь, когда моя девушка будет на свободе.

Я набрал номер Мишки и поставил на громкую.

— Кот, — позвал я.

— Чё, резать второй? — довольно спросил он.

На заднем фоне послышались стоны и всхлипы.

— Доча! — заорал Удальцов и тут же получил по башке от Кукуши.

— Короче, Кот, второй палец не режь пока. Чё там девка?

— Да ничего с ней не будет, я йодом обрубок прижёг и забинтовал, — заржал генсек.

— Ладно. Палец не выбрасывай, может ещё пришить смогут.

— Лежит на льду, как и договаривались.

— Хорошо.

Я отключился.

— Не ссы, Удалец, пришьют пальчик твоей доченьке, будет как новенький. А шрам будет тебе напоминать всю жизнь, что из-за твоей тупости ей было больно и страшно.

Время шло медленно. Находиться в этом помещении было неприятно. Атмосфера тут у нас сгустилась и иначе, как болезненной, назвать её нельзя было. Сидеть рядом с этими уродами мне не нравилось, но нужно было дождаться, когда Аньку освободят.

Наконец, через полчаса у Мегрэ зазвонил телефон.

— Без глупостей, — сказал я и приставил ему к виску ствол.

— Слушаю, — выдавил из себя Удальцов.

— Товарищ майор, всё. Девчонку выпустили.

— Где выпустили?

— Ну там же, около гостиницы, напротив школы.

— Всё, — после небольшой паузы ответил Удальцов. — Свободен.

Было видно, что ему очень, очень хотелось дать какой-то сигнал, какую-то команду, но я нажал на отбой.

— Ну всё, товарищ майор, живи теперь, если сможешь, — усмехнулся я и набрал номер Грошевой.

— Алло! — тут же ответила она.

— Анюта, ты как? — спросил я.

— Ты где?

— Да я тут с ментами разбираюсь, — ответил я. — Рассказывай, как ты? Тебя не били, не обижали?

— Нет, — ответила она. — Никто меня не трогал.

— Где ты находилась?

— Я, честно говоря, даже не знаю. Мы заехали в какой-то гараж, потом шли по коридорам и оказались в какой-то комнате.

— В камере что ли?

— Да нет… Типа как офис какой-то… Со мной всё в порядке. Просто замёрзла и переволновалась.

— Ань, ну всё, теперь не бойся. Никто тебя пальцем не тронет. Эти муда… Кх… Я, короче, тут всё объяснил. Порешал, в общем. Они всё перепутали. Это была ошибка. Но знаешь… лучше пока никому не рассказывай про это. Хорошо?

— Я поняла, — сказала она.