Азъ есмь Софья - Галина Дмитриевна Гончарова

и содрогнулся от ужаса. А ведь если бы в руках у Карла оказалась его семья – он бы на все условия согласился. И отошел бы обратно, и территорию вернул, и…

Да что прикажут тут и сделаешь!

А братец…

Ох и достанется ж ему на орехи!

* * *

– Очаровательный ребенок!

По правде говоря, Софья пока не видела в малышке ничего очаровательного, но Любава расплылась в улыбке.

– Ох, Сонюшка…

– Как ее будут звать?

– Машенька. Мария, в честь царицы Марии.

Моей матери, – промелькнула мысль у Софьи. Впрочем, умиления она все равно не испытала.

– Разумеется, малышка не станет царевной. Царской воспитанницей – да, а там… выдадим замуж за кого поближе и получше, так что внуков ты понянчить сможешь.

Малышка, хоть и родилась немного недоношенной, была крепкой и улыбчивой.

– Я все равно боюсь, что прознают…

Софья вздохнула. А ведь Любава старше нее, но до сих пор – такое дитя! Или это опыт двойной жизни говорит за нее?

– Главное – не что знают, а что говорят. Воспитывай малышку и не думай ни о чем, с остальным я разберусь.

Уже разобралась. Всем известно, что пока царица ездила на богомолье, к дверям монастыря подкинули ребенка. Ну, а Любава, известная своей добротой и мягкосердечием, решила взять малышку на воспитание. Москва утирает слезки умиления, Русь сморкается в платочки. Вот что значит правильно подать материал.

– Спасибо тебе, Сонюшка.

Софья погладила мачеху по длинной золотистой косе.

– Все будет хорошо. Обещаю.

И уже про себя – главное, что ты успокоишься насчет Натальи и Володи, а то у меня на них свои планы. Рожай, воспитывай, спи с Ромодановским, переживай о своей греховности, только под ногами не мешайся!

Тем более, на всех представителей династии Романовых у Софьи были свои планы, в том числе и на Владимира. И Любава… помешать она не могла, а вот перемотать нервы скандалами – запросто. И не объяснишь ей, что материнским чувствам в политике не место.

* * *

– Хорошо, но мало.

У Петра и Романа Сирко была одна проблема на двоих. Отец-то… Крым брал, предателей гнал, памятник такой стоит, что завидки берут, по миру о нем легенды ходят.

Да, отец. А они что – хуже?

Они должны так прожить, чтобы ими гордиться можно было. А иначе это не жизнь, это вроде как у лопуха под забором. Вроде и неплохо ему, а и гордиться тут нечем. Так что в кои-то веки встретившиеся два брата сели, как положено помянули родителя – и принялись думать, чем бы таким его превзойти. Первым идею подал Роман Сирко.

Крым – хорошо, но баз у флота должно быть больше. К тому же это сейчас на троне Сулейман, они с Леопольдом сцепились намертво, а как расцепятся? Не обратит ли тогда султан свой державный взор на утерянные территории? Они бы точно обратили.

И не проще ли начать закрепляться сейчас, а то и атаковать самим, чем потом расхлебывать последствия?

Петр это одобрил – и братья принялись размышлять над картой. Желательна была база в районе черноморского побережья Кавказа.

Но… это же не русская пока территория?

А кто мешает?

Стоят ведь на берегах моря и Сухум, и Батуми, и хорошо стоят, уж сколько веков!

Устроиться на побережье, закрепиться, города построить, флот пригнать, а потом потихоньку продвигаться на Северный Кавказ. А то непорядок!

Территория громадная, а из родни царской в Закавказье один Ираклий, который хоть русского царя и поддержит, да маловато его, как ни крути. И не совсем он там. А такие места пропадают!

С севера Русь, с юга Турция, на западе Черное море, на востоке Каспий… прибрать, что ли? А то ведь турки обязательно полезут, рано или поздно. В Закавказье от них уже не продохнуть, но скоро они и дальше поползут!

Татар у них отняли, а им и рабы нужны, и слуги, и девиц они красть горазды… А вот если эту территорию сделать своей, да понаставить там крепостей, да чтобы флот ходил вдоль берегов… пока турки отвоюют да сунутся, казаки уж там вовсю усядутся. Разве плохо?

И государь поддержит, наверняка. А уж Ромодановский с радостью войсками поможет.

Налететь внаглую, да занять место, пока никто другой не подсуетился?

План, конечно, был авантюрный, но… почему бы нет?

Так что братья Сирко составили докладную – и отправили ее в Москву. А сами принялись осторожно прощупывать что флот, что армию. Так вот государь одобрение выразит, а у них уж все и готово, только выступить осталось!

Вот это – дело по казачьей руке! И лишний раз думается, что веник связкой крепок. То сидели они на Дону, знай от турок да татар отбивались. А сейчас, при мудром-то государе, который понял, как и где казаков использовать, развернулись от души! Уже не они отбиваются, а от них, а это намного приятнее.

Ждем ответа, государь-батюшка.

* * *

– Как свадьба прошла?

Софья прищурилась на Володю, но братец и ухом не повел. А хороший парень вырос!

– Нормально. Княгиня Ракоци – она… потрясающая!

– Понравилась?

Судя по внезапно порозовевшим ушам – еще как! Оно и неудивительно, таких мальчишек Илона могла одним движением ресниц укладывать. Потрясающее сочетание – красивая, умная и сильная женщина, особенно в эту эпоху. Про себя-то Софья так сказать не могла, красоты ей Бог не додал – ну и ладно. Не внешностью единой…

– Наталья как?

– Когда уезжал – они со свекровью вовсю сплетничали. Мужем довольна, говорит, парень неглупый, остальное приложится.

– У сестры как дела?

– Довольна, счастлива, поцелуи тебе передает. Говорит, что Юлиана очень милая девочка, побольше бы таких. Опять же, с княгиней они подружились.

Софья цинично подумала, что для Илоны Зриньи такая тесная дружба – единственный способ отстоять свою страну. Стоит только венграм расслабиться, как Австрия тут же захочет вернуть их обратно. Тут не то, что с невесткой – с чертом целоваться будешь. Понятно же, что Леопольд никого не помилует, ни Илону, ни детей…

– Авось и впредь не раздружатся. Ты-то себе никакую панночку не нашел? А то польки – женщины красивые…

Владимир только головой покачал.

– Соня…

– Да уж сколько лет Соня. Кстати, ты к матери заглядывал?

– Конечно! Сонь, а ее воспитанница – это то, о чем я думаю?

– Ага, – Софья и не собиралась врать. – Твоя сестренка от Ромодановского. Ты против?

Володя только плечами пожал.

– Да нет. Может, им еще одного ребенка сделать? Все мне меньше достанется?

– Замучили заботой?

– Есть немного.

Софья