Бывает и хуже? Том 3 - Игорь Алмазов

а он уже рекомендует онколога. Перестраховка себя самого, которая очень сильно пугает пациента. Мол, «а вдруг я не увидел, лучше напугаю раком». Конечно, КТ с контрастом — это золотой стандарт диагностики при подозрении на образования в печени. Но здесь нет никаких признаков новообразований. Ни очагов, ни изменения контуров, ни расширения протоков.

Нет тут никакого рака, проще говоря.

— Ирина Петровна, рак отменяется, — заявил я.

Она посмотрела на меня с удивлением.

— Как это? — переспросила она. — Мне же Свинтинов сказал.

— Он просто решил перестраховаться, — пожал я плечами. — На самом деле по структуре печени нет никаких образований. У вас просто жировой гепатоз. Неалкогольная жировая болезнь печени, если использовать полное медицинское название.

— Жировой? — переспросила она. — Печень слишком жирная?

— В печени накапливается жир, — поправил я её. — В клетках печени, гепатоцитах, накапливается избыточное количество триглицеридов. Клетки увеличиваются, меняют свою структуру. От этого печень увеличивается в размерах, её эхогенность на УЗИ повышается, а печёночные ферменты в крови растут.

Свои слова я подтвердил анализами.

— Когда клетки печени перегружены жиром, они начинают разрушаться, — продолжил я. — Ферменты, которые были в клетках, попадают в кровь. Отсюда и повышение показателей, соответственно.

Ирина Петровна внимательно слушала и кивала. Всё-таки она медсестра, и какие-то знания у неё есть. Хотя когда речь идёт о собственном здоровье — даже многие врачи теряются.

— Но алкоголь я не пью, — заявила она. — Почему тогда так случилось?

— Алкоголь тут и ни при чём, мы говорим про неалкогольную болезнь печени, — ответил я. — Причинами могут быть избыточный вес, нарушение обмена веществ, инсулинорезистентность, неправильное питание, малоподвижный образ жизни. И хронический стресс.

— А это лечится? — задала она любимый вопрос всех пациентов.

— Да, — кивнул я. — Жировой гепатоз обратим. Можно восстановить печень до нормального состояния.

Взял лист бумаги и принялся писать рекомендации.

— Во-первых, диета, — одновременно пояснял я. — Исключить жирное, жареное, мучное, копчёное. Никакого фастфуда, само собой. Основа питания — отварное мясо и рыба, каши, кисломолочные продукты с низким содержанием жирности. Дробное питание вводите — есть пять-шесть раз в день. Далее, физическая активность. Минимум тридцать минут ходьбы в день, а лучше час.

Я продолжил писать и комментировать:

— Из лекарственных препаратов гепатопротекторы. Урсодезоксихолевая кислота, препарат Урсосан или Урсофальк. По пятьсот миллиграммов два раза в день, утром и вечером, минимум три месяца. Этот препарат улучшает отток желчи, защищает клетки печени от повреждения. Далее, эссенциальные фосфолипиды. Эссенциале Форте или аналоги. По две капсулы три раза в день во время еды, тоже минимум три месяца. Фосфолипиды встраиваются в мембраны гепатоцитов, восстанавливают их структуру, улучшают функцию печени.

Я задумался, что ещё добавить.

— Ещё расторопшу, — написал я. — В виде препарата Карсил или Легалон. Расторопша содержит силимарин, это вещество с антиоксидантным и противовоспалительным действием. Помогает печени справиться с нагрузкой. По одной-две таблетки три раза в день, курс два-три месяца.

Отложил ручку, отдал рекомендации Ирине Петровне.

— И самое главное — снижение стресса, — добавил я. — Вам нужно перестать стрессовать.

Она серьёзно кивнула.

— Александр Александрович, спасибо вам огромное! — воскликнула она. — Правда, я очень серьёзно настроена справиться со своей печенью.

— Я рад, — кивнул я. — Через месяц повторим с вами анализы. КТ с контрастом пока что делать не будем, понаблюдаем.

И подумать не мог, что случайно пойманное чужое чувство страха в итоге приведёт к лечению печени Ирины Петровны.

— Поняла, — отозвалась она. — Спасибо ещё раз. Знаете, я была к вам несправедлива. Всё переживала, что вы на Вику плохо повлияете… В общем, если хотите — общайтесь с ней!

Отлично, теперь у меня ещё и новая сваха есть.

— Ирина Петровна, моя личная жизнь всё равно вас не касается, — мягко поставил я её на место. — Я буду общаться с кем хочу, и без вашего разрешения.

Хотя пока что мне всё ещё не до женщин. Вон от них проблем сколько. Ладно, шучу. Пока что просто не до них, надо другие проблемы решать.

— Хорошо, — смущённо ответила она.

Может, хотя бы теперь она перестанет лезть в личную жизнь своей крестницы, а уж тем более в мою.

Закончив, я вернулся в свой кабинет. Лена всё так же сидела с ЕФАРМом.

— Тебя долго не было, — заметила она. — Всё в порядке?

— Да, просто решал одну проблему, — кивнул я. — Как идёт процесс?

— Медленно, но верно, — кивнула Лена. — Думаю, за завтра точно всё закончим. Ради интереса я посмотрела пациентов с участка Шарфикова, и они даже одну десятую не сделали. И ушли сегодня сразу в шесть. Как они завтра будут всё успевать — понятия не имею.

— Это не наши проблемы, — усмехнулся я. — Главное, что мы свою работу сделаем, а они пусть разбираются как хотят.

Мы ещё немного посидели с ЕФАРМом, и настало время мне идти на дежурство. А Лене идти домой.

Ирина Петровна к тому моменту уже ушла, так что я привычно закрыл поликлинику и отправился в стационар.

И по пути услышал знакомый голос.

— Саня, брат! — ко мне по территории больницы спешил не кто иной, как Чердак.

А вот мы уже и братьями стали. Быстрое продвижение по карьерной лестнице.

— Привет, — остановился я. — Я говорил тебе прийти вчера, а ты добрался только сегодня, да ещё и после рабочего дня. И поймал меня просто каким-то чудом…

Я остановился на половине фразы, потому что только сейчас заметил гипс на правой руке у Чердака. Куртка у него была расстёгнута, а рука подвязана к шее. Просто сразу я что-то не обратил на это внимания.

— Что случилось опять? — тяжело вздохнул я.

Чердак смущённо почесал целой рукой голову.

— Подрался я, — признался он. — С Горяевым.

По крайней мере хорошо, что не с Шарфиковым.

— Рассказывай, — я посмотрел на часы, время у меня ещё было.

— Ну короче, — вздохнул тот. — Ласточка моя что-то плохо ездить начала. Затарахтела, запыхтела. А Витька Горяев — это мой одноклассник. И у него автосервис тут, в Аткарске. Я приехал к нему, а он мне такую цену загнул… Ну с чего бы ему такую цену заламывать, мы же одноклассники?

Железная логика.