Идеальный танк для «попаданцев» - Георгий Савицкий

угловатая квадратная башня тяжелого танка. Сам бруствер аккуратно закамуфлировали аккуратно нарезанными пехотными лопатками кусками зелёного дерна. Укрыли позицию ветками так, что и с пяти шагов не различишь. Егор «Вежливый», исполняющий обязанности своеобразного «интенданта» в экипаже, отдал трофейную немецкую масксеть.

Ее растянули над танком — так, что даже с воздуха его обнаружить невозможно.

Майор Рыков приказал перегрузить со своего танка дополнительный запас снарядов и патронов к пулеметам.

Тем временем все пятеро танкистов «Клима Ворошилова» писали прощальные письма. Эти фронтовые треугольники имели самую большую в мире ценность.

Лейтенант Крюков раскрыл офицерское удостоверение и химическим карандашом написал внутри: «Умираю, но не сдаюсь!» И вывел дату. Приложил к удостоверению партбилет. Остальные танкисты тоже отдали свои документы и прощальные, посмертные письма.

Не было пафосных речей в стиле: «За Русь святую-православную!» Или: «За Родину — за Сталина!»

Все были военными профессионалами, и понимали, что подобная роковая случайность в виде поломки главного фрикциона могла настигнуть любого. И тогда уже у другого командира экипажа возникла бы непростая проблема выбора: сохранить жизни вверенного ему экипажа или принимать безнадежный бой…

Майор Рыков молча пожал руку лейтенанту Крюкову, крепко обнял его.

— Ваш подвиг не будет забыт. Клянусь!

* * *

Колонна техники 1-й танковой группы Клейста растянулась стальной змеей на несколько километров. В головном дозоре — моторизованная разведка, легкие колесные броневики. За ними — основные силы, в основном, легкие «Панцер-II» с 20-миллиметровыми пушками. Казалось бы, ну что могли сделать 9-тонные машины на поле боя⁈ Но когда они сведены в подразделения под эффективным командованием, радиофицированы, а экипажи умеют взаимодействовать со своей пехотой, то, как выяснялось, такие «Панцер-II» способны на многое!.. Например, захватить половину Франции вместе с блистательным Парижем всего за шесть недель боев.

Но встречались в колонне Эвальда фон Клейста и средние танки: «Панцер-III» с 37-миллиметровыми или даже с 50-миллиметровыми пушками, в сочетании с маневром и отменной выучкой экипажей они стали поистине страшной силой. К тому же они, все-таки, могли бороться с «Тридцатьчетверками», но все же — только на дальностях около 300 — 400 метров и меньше. За счет лучшей оптики прицелов и подкалиберных бронебойных снарядов.

Маневренные и довольно быстрые «Панцер-III» дополняли в качестве огневой поддержки более массивные, уже с короткоствольными 75- миллиметровыми пушками «Панцер-IV». Вся эта армада подкреплялась механизированными и пехотными подразделениями, действуя, как отлаженная машина военной экспансии.

Своей уникальной «памятью попаданца» майор Рыков, собственно, как и остальные танкисты экипажа модернизированного Т-55, знал, что к началу Великой Отечественной войны 1-я танковая группа Эвальда фон Клейста в составе пяти танковых дивизий находилось 769 танков, в том числе 219 «Панцер-II», 355 «Панцер-III» и 100 «Панцер-IV». Несокрушимая бронированная тевтонская армада! Но ее нужно было сокрушить.

* * *

Лейтенанту Крюкову было очень страшно. Он боялся не успеть выпустить весь боекомплект, до того, как их окончательно подобьют. Вот такая откровенная чушь лезет в голову!.. Но он понимал, что с этого рубежа отступать некуда. Молодой коммунист, красный командир был благодарен судьбе. Он успел повоевать, попасть в плен, испытать пытки и унижения гитлеровских застенков. Все сейчас происходящее было для него почти невероятным вторым шансом.

— Заряжающий, шрапнель «на удар»!

— Есть.

Лязгнул металлом затвор, принимая снаряд.

— Наводчик, по головному броневика — огонь!

— Есть огонь. Выстрел!

— Хорошо пошло…

Четырехколесный броневик с покатыми наклоненными бортами полыхнул пламенем, из него повалил густой черный дым. Такая же участь постигла и второй «Зондеркрафтфарцойг-223». Полугусеничный бронетранспортер съехал на обочину и затарахтел пулеметом — в белый свет, как с копеечку! Разведчики рассыпались в стороны и залегли, беспорядочно стреляя из винтовок. Никто не видел, откуда по колонне лупит так точно русская пушка.

А вот «русская пушка» продолжала методично выбивать немецкие танки. Угловатые «коробочки» вспыхивали одна за другой. Всего лишь за четверть часа на дороге возник затор, пылали, пуская в небо черные столбы дыма, уже пять немецких танков. В небе разорвались несколько 76-миллиметровых шрапнельных снарядов, выбивая тех, кто пытался спастись из пылающих стальных гробов на гусеницах.

После чего экипаж КВ-1 перешел на беглый огонь осколочно-фугасными снарядами. Они крошили и рвали небронированные грузовики с припасами, горючим, с пехотой в середине колонны. Ведь для танков и прочего вооружения как раз и важны все эти припасы. Взорвался тяжелый грузовик со снарядами — огромный раскидистый взрыв разметал обломки на порядочное расстояние. Причем обломки эти и сами обрели силу шрапнели.

Однако немецкому командованию удавалось пока сдержать панику.

Уцелевшие «панцеры» довольно быстро развернулись фронтом к возможной угрозе и пошли вперед через поле. Немцы все еще не могли определить, откуда их так точно и прицельно «гасят». Однако отступать они точно намерения не имели, полагаясь на численное преимущество, а также на выучку и взаимодействие. Они открыли беглый огонь из пушек и пулеметов по опушке леса, где, как казалось немцам, скрывается русское орудие. Поднялись черные фонтаны взрывов, взлетели на воздух выкорчеванные молодые деревца. Разлетелись срезанные пулями и осколками зеленые ветки.

Все это выглядело исключительно эффектно.

Вот только замаскированный «Клим Ворошилов» находился несколько в другой стороне…

Несколько танков «Панцер-III», развернувшись фронтом, продолжали атаку, стреляя с коротких остановок. Даже в поединке с советским Т-34 у них имелись неплохие шансы на победу. Тем более, как считали гитлеровцы, их атаковала советская противотанковая пушка из тех заслонов, которые спешно оставляли войска Красной Армии.

Но внезапно огонь русских стих.

И это нервировало экипажи немецких танков еще больше, чем ураганный обстрел…

* * *

— Открываем огонь, товарищ лейтенант — танки прут! — волновался наводчик.

— Спокойнее, Костя, подпусти их метров до двухсот, чтоб наверняка… — Высунувшись из люка на башне, чтоб иметь лучший обзор, лейтенант Крюков с тангентой рации в одной руке и биноклем в другой руководил действиями экипажа. — Наводись по замыкающему, ориентир — сломанное дерево, левее 15, дистанция — 350 метров. После — бей по головному. По моей команде…

За это время немецкие танки подошли уже довольно близко и стали видны через прицел практически во всех деталях.

— Огонь!

Наводчик первым же снарядом зажег замыкающий «Панцер-III». Попадание пришлось четко под башню и из люков выплеснулось злое и жадное ярко-рыжее пламя. Танк резко остановился, словно врезался в невидимую стену и задымил.

Следующими двумя выстрелами наводчик «Клима Ворошилова» разбил ходовую и добил головной «Панцер-III».

Оставшиеся немецкие танки открыли ураганный огонь в ответ, но КВ-1 был надежно окопан, над бруствером возвышалась только его массивная угловатая башня с мощной