Системный мехавод - Михаил Ежов

— Те, с кем ты говорил, — начал староста, обернувшись, — состоят в Братстве Зодчих. Слышал уже про них?

— Поднимают стену и перестраивают здания.

— Именно. И берут с остальных за это мзду. Со всех фракций. Как раз за этим сегодня и приходили. Никогда не пропускают сбор. Проклятые кровопийцы! Опять повысили сумму. И ничего не поделать — приходится платить. Зодчие могли бы объединить фракции, сделать нас всех сильнее, но они предпочитают этого не делать, а только потрошить наши карманы.

— Почему? — спросил я. — Боятся, что, объединившись, остальные нападут на них?

— Угадал с первого раза. Сволочи, скорее, постараются натравить одни фракции на другие, чем попробуют стать настоящим центром. Собственно, иногда они так и поступают.

— Я слышал, в городе есть каннибалы. Вы и с ними готовы объединиться?

— Мамониты? Почему нет? Если бы у них появилась возможность добывать с помощью остальных нормальную пищу, может, они и перестали бы жрать человечину. Ну, а если бы нет… — Симеон пожал плечами. — Будь мы едины, легко разделались бы с ними.

Староста отошёл от окна и сел на стул напротив меня.

— Вадим, о чём ты говорил с Зодчими?

— А это имеет значение? — спросил я.

— Может быть. Видишь ли, если им станет известно, что у нас тут спаситель, не известно, как повернётся дело.

— Они тоже верят в… меня?

— Нет. Но им точно не понравится, что где-то зашла речь о человеке, который может победить отродий. Особенно — колоссов. Такие вещи дают людям надежду.

— И отбивают желание платить за стену, — кивнул я.

— Именно! Так что надеюсь, ты не сказал им, кто ты такой?

— Я всего лишь едва не столкнулся с ними. Они были недовольны, что кто-то заступил им дорогу, но мы разошлись без проблем.

— Это хорошо. Очень хорошо, — Симеон вздохнул с облегчением. — Когда у этих ребят в руках кости, они ведут себя нервно. Да и вообще, лучше с ними не связываться.

— Это я уже понял. У меня к тебе есть вопросы. И раз уж я здесь…

— Насчёт пророчества? — староста понимающе кивнул. — Я ждал этого разговора. Знал, что он будет. Вот, посмотри, что мне удалось собрать.

С этими словами Симеон поднялся и направился к шкафу. Открыв скрипнувшие дверцы, достал пухлую папку-скоросшиватель.

— Я искал это долгие годы по всем сусекам и закоулкам. По крупицам восстанавливал знание, — он протянул мне папку и сел. — Из этого сложилось пророчество о тебе. Конечно, я многое не понял. Кое-что пришлось упростить, чтобы другие восприняли. Но думаю, суть я уловил. Теперь мне интересно, что скажешь об этом ты.

Я открыл папку, пролистал первые страницы. Здесь были вырезки из журналов, рекламные проспекты и многое другое. Симеон, и правда, потратил немало времени и сил, чтобы собрать материалы о «СПАСЕНИИ Инк» и событиях, имевших место в далёком прошлом. В конце шло несколько рукописных страниц. Я пробежал наискось первые две. Похоже, староста попытался привести весь найденный материал в единство и составил на его основе кодекс собственной веры, который и назвал пророчеством о спасителе.

— Мне нужно время, чтобы ознакомиться, — сказал я.

— Конечно, — немедленно кивнул Симеон и встал. — Не буду мешать. Поговорим, когда ты закончишь. Может, Даша как раз приготовит ужин.

Он быстро вышел из комнаты, прикрыв дверь. Несколько секунд до меня доносились его удаляющиеся шаги.

Не знаю, сколько именно времени я провёл за изучением содержимого папки. Всё это каким-то образом касалось меня, и торопиться не хотелось.

Наконец, я добрался до последней страницы. Что ж… Многое прояснилось, но далеко не всё. Симеон составил осколки прошлого в причудливую мозаику, в которой не хватало кучи фрагментов. И он заполнил их домыслами, превратив историю в религию.

Я же обращал внимание на факты, стараясь абстрагироваться от всего остального.

И факты, если можно считать их таковыми, учитывая, что почерпнуты они из того, что удалось найти Симеону на руинах былой цивилизации, были таковы: огромная военная корпорация «СПАСЕНИЕ Инк» создала новый тип солдат, способных создавать боевых мехов и управлять ими. В новых условиях, наступивших после апокалипсиса. Они должны были стать последней надеждой человечества — если эксперимент удастся. Судя по всему, я каким-то образом оказался в теле одного из этих солдат. Который не был по какой-то причине введён в эксплуатацию вместе с остальными.

Об этом говорилось в одной из вырезок, где приводился отрывок интервью. Симеон выделил его жирным подчёркиванием. Функционер корпорации утверждал, что ещё не все резервы задействованы.

Но, видимо, эксперимент прошёл не так удачно, как ожидалось. Во всяком случае, войну со Скверной новые солдаты не выиграли. То, что я видел вокруг себя, служило тому самым ярким доказательством.

Пока я сидел, держа на коленях закрытую папку и обдумывая всё, что узнал, дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Симеон.

— Ну, как? — спросил он. — Прочитал?

— Да, премного благодарен, — я положил папку на стол. — Очень… любопытно.

— Теперь ты понимаешь, почему мы верим в тебя? — спросил староста, подходя. — Всё, что содержится в этих свидетельствах, указывает на то, что ты — наша последняя надежда.

— Я так понял из папки, что спасители уже были. Сотня солдат нового типа. И все они проиграли.

— К сожалению, — печально кивнул Симеон.

— Сто человек вроде меня потерпели поражение. И ты рассчитываешь, что я спасу мир?

Симеон мрачно усмехнулся.

— Я не говорил, что спасёшь. Я сказал, что ты — последняя надежда.

— Да, разница, конечно, есть. Только, кажется, это крайне маловероятно.

Мой собеседник пожал плечами.

— Но ведь попробовать стоит? — он направился к шкафу, провёл кончиками пальцев по корешкам, остановился на одном из них и достал с полки. — В наше время мало кто читает, — сказал Симеон, любовно поглаживая старый потрёпанный переплёт. — А я вот просто обожаю. Тащу в дом любые книги, какие удаётся найти. Увы, такое случается редко. Большую часть сожгли, чтобы обогреться. Но иногда удача улыбается. Вот эта мне особенно нравится. Её написал некий Хемингуэй. Он рассказывает про старика, который на склоне лет встретил главное испытание всей своей жизни — большую рыбу. Ему пришлось долго бороться за то,