Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник - Николай Дронт

Если во время учёбы тебе что-то не понравилось, можно в любое время дня и ночи подойти к дежурному офицеру, и тот сразу, своей властью, велит тебе сдать форму, получить вещи, в которых пришёл в полк, и отправит за ворота.

Благородных в учебке мало. Начальство относится к ним не то что плохо, просто требует больше, раз карьеру делать пришли. Рядовые – те почти все простолюдины. Они действительно к благородным плоховато относятся, но надо учиться командовать и зарабатывать себе авторитет. В гвардии рядовые и те дворяне, потому там вырасти из нижних чинов крайне сложно. А в любом армейском полку дворянину подняться куда легче. Одно уточнение – в бою. Ведь награждают по заслугам, но дворян самыми первыми посылают на опасные дела. Так что Ромул надеялся после учебки быстро подняться.

Как ни удивительно, вчера встретились знакомые реалисты. Раньше они хотя бы раз в неделю дрались, обычно чаще, а сейчас обнялись, как родные братья:

– Ромулёнистый! Ты-то как тут оказался?!

– Меня до экзаменов не допустили. Выперли за поведение. Справку в зубы и под зад коленом. А вы как?

– Та же фигня! В точности! – Физиономии знакомцев расплылись в улыбках. – У нас в классе Сузик учился, помнишь небось? С кистенём ходил. Так он с друганами по пьяни им кому-то башку проломил. Их уголовка приняла и по два года каторги прописала. А училище комиссия шерстить стала. Кто в околотке засветился, всех погнали. Из нашего класса чуть не треть пацанов попёрли, из других тоже сколько-то. Директора, всех классных надзирателей и инспектора сняли. Такая веселуха пошла, что мы сюда сбежали.

– Да уж! Повезло, как утопленникам! А с лычками что?

– Какие лычки без экзаменов! Тебе после гимназии хоть младшего унтера дали, нам сказали – как полковую школу закончим, будут решать. А чего решать? На роту десять унтеров положено, вас шестеро уже есть. Из трёхсот рекрутов только четверо шанс имеют. Думаешь, пробьёмся?

– Сколько вас здесь?

– Трое. Все мы тут.

– Есть идея. Смотрите. Договариваемся, что вы идёте ко мне, каждый берёт под себя человек пятнадцать. Дрессируем их так, чтобы дым из ушей шёл. Слабаков сразу гоним за ворота, остальных подтягиваем до уровня, становимся лучшими. После присяги я выпускаюсь унтером, вас подаю на младших унтеров. Дескать, в учебке показали, какие вы командиры, причём с образовательным цензом.

– Навряд ли прокатит.

– Имеешь лучший план? Излагай, слушаю внимательно.

– Нет других идей. Твою будем пробовать.

Ангел

Вернувшись, доложился и отдал ответное письмо Куклиту. Потом отправился поесть: с утра голодный. Право имею: денег не взял – вот и подают согласно моему второму разряду. Первый – это особы в генеральских чинах. Третий – дворцовые служители-простолюдины.

Обед обычный для двора, шесть блюд в две перемены, десерт и вино. Как сказали, «на манер рыбачьего». Вкусный, но не слишком сытный. Порции больно маленькие. Служитель намекнул, что еду доставили с кухни от первых лиц, в пределах положенных мне столовых, вот оно не сильно густо и выходит. Зато скоро буду знать всё меню. А коли голоден, позже к чаю можно хлеба с ветчиной попросить, авось не откажут.

Служитель рассказал коротко о каждом блюде – из чего готовят, в чём изюминка и где пикантность вкуса. История создания и забавный анекдот про это кушанье. И так про все блюда, включая десерт!

Про вино отдельная лекция. Что с чем и когда пить. Местность, сорт винограда. Вновь исторический анекдот. Тут ещё добавлено, кто из первых лиц какое вино предпочитает.

Как не уважать такого знатока? Разве за большие деньги нанять учителя можно, а мне просто так всё рассказывают. Надо пользоваться, пока возможно.

После еды заглянула женщина в ливрейном платье, поманила за собой, провела по коридорам, втолкнула в неприметную дверь и исчезла. В комнате ждал мой ангел.

– Стах, я знаю, что вы вызвали четверых человек из-за меня, – сразу наехала Лаура. – Это несносно! Убить двоих только за то, что они вам не дали посидеть лишних четверть часа с объектом вашей… – тут она запнулась, – вашего интереса. Так делать нельзя! Я польщена, однако категорически требую больше никогда так не поступать.

– Мой ангел, обещаю больше никогда не вызывать этих четверых на дуэль, – торжественно пообещал я. – Да и затруднительно такое будет сделать.

– Вы всё время смеётесь надо мной!

К тому, что называю ангелом, она уже привыкла.

– Ни в коем случае! Просто, глядя на вас, я полностью теряю разум и сам не знаю, что говорю.

На челе девицы отобразились сомнения, затем Лаура решилась.

– Я вас не люблю, – торжественно призналась она. – Но понимаю ваши чувства и, в благодарность за своё спасение, согласна выйти за вас замуж. Папа и дедушка будут в ярости, но мы уедем в ваш замок. Будем жить тихой провинциальной жизнью, и со временем нас простят.

Та-а-ак! И что мне делать с этой романтичной дурёхой? Откуда у меня замок? Какая провинциальная жизнь? Да мы из дворца выйти не сможем! Падаю на одно колено и начинаю монолог:

– Мой ангел! Я не могу принять вашей жертвы. Тем самым я бы предал и свои, и ваши чувства. Ваша доля – блистать на троне, моя – стоять в его тени и исполнять ваши капризы. Увезя вас от двора, я погашу ярчайшую звезду. Вы просто не имеете права утопить в болоте провинции свои таланты, красоту и блеск прекрасных глаз. Меня покарают боги, если я… – В общем, изливался соловьём с четверть часа, чтобы и не обидеть наивную девчушку, но наверняка отказаться от чести быть её мужем.

– Вы так благородны! Другой бы на вашем месте… – Тут она замолчала, потом опять что-то решила и величественно спросила: – Вы хотите стать моим рыцарем?

Уф! Пронесло! Рыцарем можно. Буду за неё сражаться с огнедышащими драконами, всё безопаснее, чем жениться на принцессе.

– Это моё самое заветное желание!

– Тогда вот вам, мой рыцарь! – Она выдернула откуда-то из наряда ленту и подала её мне. – Носи ленту, и можешь называть меня на «ты».

Логика подсказывает, надо принцессу поцеловать. Обойдусь ручкой, но страстно глядя в прекрасные лучистые глазки. Потом связываю из ленты бант и вешаю его на рукоять кинжала.

– Сними, – просит Лаура, – подожди, пока дедушка не разрешит.

Ещё минут пять разговора, и появляется служительница. Меня выводят в служебный коридор и оставляют одного. Уф! Я даже двинуться не могу, так после объяснения с Лаурой потряхивает. Нервов сжёг больше, чем на вчерашней дуэли. Я