Пешка бронзового века - ИМП

Она зажмурилась.

Дух молчал.

Он всё так же сидел рядом с камнем, смотрел на них и не отвечал. Пауза тянулась, и от этого тревога становилась невыносимой.

«А вдруг откажет?»

Вдруг махнёт рукой, не станет слушать. Дома остались маленькие сестрицы. Дед не бросит, род тоже, но туго им будет без матери, без старшей сестры, которая могла бы присмотреть, принести воды, отогнать чужих детей, поправить шкуру ночью.

Дух дважды спас их от смерти. Он был в своём праве взять плату за помощь даже без договора. Малка не могла требовать. Только просить. Да и просить надо было осторожно, потому что она видела его силу и до сих пор дрожала, стоило вспомнить горящие глаза каменного чудища.

Она прикусила губу.

Дух наклонился к свечению, что-то сделал, и камень щёлкнул, распадаясь. Он вытянул из него странный предмет, похожий на маленький гладкий камень, вложил туда что-то, поднялся и подошёл к девушкам.

Малка напряглась так, что дёрнулся глаз, но отпрянуть не посмела. Подчинилась его воле.

Дух нагнулся сначала к Соле. Коснулся рукой её головы, потом протянул маленький камень к шее. Послышался щелчок, короткое шипение.

Сола вскрикнула негромко, скорее от удивления, чем от боли. Прижала руку к месту, куда дух приставил камень. Глаза её закатились, и она обмякла прямо в его руках.

Дух аккуратно придержал её, уложил голову на каменный пол и повернулся к Малке.

Из горла у Малки помимо воли вырвались всхлипы. Она старалась подавить их, спрятать, но не смогла. Когда дух поднёс камень к её шее, всё тело сжалось, глаза зажмурились, пальцы вцепились в край мокрого платья.

Щелчок. Шипение.

Боли почти не было, только короткий укол, будто тонкой иглой. Малка едва сдерживалась, чтобы не разреветься. Рука сама дёрнулась к шее.

В голове зашумело.

Мир качнулся, поплыл, ещё мгновение играл бледными красками и погас.

Глава 12. Не в дружбу, а в службу

Седьмой смотрел на склонённых перед ним девушек и всё яснее понимал: что-то не так.

Теория про последователей пророка Арах-н Мадур, которую они с Системой выстроили несколько минут назад, трещала по швам. Не так должны были вести себя эти аллурианки — совсем не так. Из тех обрывков данных, что система сумела вытащить из доступной носителю базы, следовало: будь они действительно последовательницами этого движения, они должны были либо попытаться выгнать его, либо наброситься с теми самыми палками, либо хотя бы выражать яростное неприятие технологий.

Седьмой не был искушён многими знаниями. Свой разум он сам привык считать неполноценным, потому что так говорили все учебные материалы, уставные формулировки и сержанты, но даже ему хватало понимания, чтобы заметить противоречие.

Девушки не ругали его, не гнали — они просили.

Просили так, будто от него зависела их жизнь. И на ПЕХи смотрели не как на мерзость, от которой нужно отвернуться, а как на нечто невозможное, увиденное впервые. В их взглядах был ужас, но не ненависть. Благоговение, но не осознанное отрицание. Они не пытались объяснить ему свои правила. Не требовали оставить их в покое. Они били лбами в камень и что-то говорили сбивчиво, дрожащими голосами, в которых волнами перекатывался страх.

«Странные они», — подумал Седьмой.

Система тут же вывела перед глазами прогноз развития заболеваний, подготовленный ИИ медицинского бокса на основании проведённого сканирования.

Синусит.

Отит.

Ангина.

Пневмония.

Сепсис.

Воспаление лёгких.

Полиорганная недостаточность.

Септический шок.

Смерть.

Напротив каждого пункта стояли проценты вероятности, и эти проценты были совсем не нулевыми. Первые четыре строки система подсветила как практически неизбежные без вмешательства. Внизу горела рекомендация: срочно обратиться в медицинские службы для купирования болезни и недопущения осложнений.

Прогноз был печальным для обеих.

Седьмой несколько мгновений смотрел на список. Потом мысленно обратился к системе:

«Есть ли возможность помочь гражданским нашими силами, в полевых условиях?»

Ответ последовал сразу.

«Рекомендация: использовать инъектор».

На медицинском боксе подсветилось нужное отделение.

«Сделать инъекцию витаминного комплекса. Использовать капсулу с медицинскими нанороботами для купирования инфекций и восстановления организмов. Обеспечить больным на время лечения тёплое питьё и постельный режим. Время купирования простудных заболеваний при использовании нанороботов — не более двадцати четырёх часов. Время до полного излечения выявленных хронических нарушений — от тридцати до сорока дней при условии правильного питания и регулярного витаминного комплекса».

Следом появилась отдельная строка, выделенная жёлтым.

«Внимание. Для продолжения лечения генерала Квир Сан требуются медицинские нанороботы в количестве десяти капсул. Всего капсул в составе медицинского бокса осталось четырнадцать. Для лечения гражданских рекомендовано использовать одну капсулу, разделив дозировку нанороботов на две инъекции».

Седьмой помедлил.

Десять капсул для генерала. Четырнадцать всего. Одна — для двух гражданских. Запас оставался, но не настолько большой, чтобы относиться к нему легкомысленно. Однако прогноз системы был однозначен. Без лечения обе могли получить тяжёлые осложнения. А устав требовал оказывать помощь гражданским, если это не ставило под угрозу выполнение приоритетной задачи.

Одна капсула не ставила.

«Рекомендация: для ускорения излечения и улучшения показателей работы нанороботов погрузить гражданских в медикаментозный сон. Для обустройства условий содержания на время лечения рекомендуется развернуть модуль экстренной полевой помощи МЭПП-5».

Седьмой вспомнил обломок бота, который осматривал, собирая всё необходимое. В одной из аварийных ячеек он видел такой модуль.

МЭПП-5 разворачивался во временное жильё из палатки, надувного матраса, термоодеял, автономного освещения и блока подогрева смеси для выживших гражданских. Он входил в обязательную комплектацию штурмового бота, хотя на практике применялся почти никогда. Там, где проходили рархи, спасать, как правило, было уже некого.

Седьмой потянулся к медицинскому боксу. Тот по команде системы открыл отделение, где лежал инъектор.

Инъектор был похож на овальный булыжник размером с ладонь — форма, удобная для работы в ПЕХе, когда пальцы защищены бронёй и тонкие медицинские инструменты становятся бесполезными. На одном конце имелась стрелка, указывающая направление иглы, на другом — отверстие для капсулы.

Седьмой вставил капсулу с синтетическим транквилизатором быстрого действия. Данные сканирования автоматически подтянули дозировки для каждой из аллурианок. Над головами девушек система вывела цифры: один и два, обозначив очередность.

Он подошёл к старшей.

Та не сопротивлялась. Сидела на коленях, опустив голову, и вся дрожала. Седьмой приложил инъектор к её шее. Устройство коротко щёлкнуло, сделав укол. Девушка вскрикнула негромко, скорее от неожиданности. Он придержал её, чтобы она не ударилась головой, когда тело обмякло, и аккуратно уложил на камень.

Потом повторил процедуру со второй.

Младшая всхлипнула, зажмурилась, но тоже не отпрянула. Через несколько секунд её взгляд поплыл,