Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

он и сам невелик возрастом, великие задачи перед ним точно не стоят. А потом он сам вырастет, вместе с ним вырастут и набранные им сегодня люди. Глядишь, и пригодятся еще, да и их собственный статус может вместе с ними самими возрасти.

Короче, возможные перспективы для обеих сторон вполне четко прослеживаются. Взаимовыгодная сделка намечается. И все же я, чуток подумав, от такого предложения отказался. Тем более, княжич перед опросом своей честью поклялся, что к отказавшимся не будет совершенно никаких санкций предприниматься. Кстати, граф Соколов отказался тоже. Как там Атос в своей знаменитой фразе когда-то сказал: для графа де ла Фер это слишком мало.

А вот Илья на предложенную княжичем клятву с радостью согласился. Для него это выглядело великолепным шансом получить дворянство, кое-какие знания, которые не для всех, а там, кто знает… в конце концов, титулы дворянам тоже не только император имеет право раздавать. Понятное дело, титулы, полученные от удельных князей, действуют только на их землях, на остальных землях империи они обычными дворянами считаются, но ведь именно таких местечковых аристократов в нашей империи большинство.

Меж тем, за всеми этими вопросами и ответами, время вышло, и я помчался в направлении шестого учебного корпуса, чтобы успеть выловить выходящую с пары Наталью.

Наталью, несмотря на все мои опасения, сумел выцепить без труда, она следом за основной частью ее одногруппников вышагивала в полнейшем одиночестве.

— Привет, — поздоровался я, заступая ей дорогу. — Есть дело.

— Опять ты! — Нисколько не обрадовалась моему обществу будущая друидка.

— Да, я. У меня случайно веточка одного очень любопытного растения появилась. Нужно бы ее превратить в полноценное растение.

— Очень любопытное?

— Ты даже не представляешь, насколько.

— Ну, тогда пошли. — Вот и весь разговор.

Правда, когда третьекурсница узнала, что у меня ничего, кроме самой ветки, ни хрена не приготовлено, она перестала быть столь индифферентной.

— Пока можно и в кастрюльку посадить, а землю я в нее прямо сейчас на газоне накопаю, — рискнул я вставить свое предложение после того, как Наталья на тему жизненной неприспособленности мужчин целую речь толкнула. Краткую, но очень содержательную.

Зря я это сделал, третьекурсница на меня так посмотрела, что я сразу чуть не все баллы в собственной самооценке потерял.

— Ладно, — сдалась она, вволю повозмущавшись, — ты мне будешь должен еще тридцать золотых за горшок для этого твоего мутанта. Это плюс к тем семидесяти, что я возьму за работу.

— Ты очень дорогая женщина, Наталья, каждый раз, как я с тобой встречаюсь, ты раскошеливаешь меня на сотню золотых, — возмутился я. — За тридцатник тот горшок, что ты предоставишь, должен, как минимум, быть сделанным из серебра.

— Тридцатник — это еще по себестоимости, нас студенты из кружка артефакторики своими поделками снабжают. Горшок артефактный, защищающий от болезней растений и вредителей, плюс способный поддерживать почву увлажненной, до тех пор, пока в нацарапанных на его стенках рунах содержится мана.

Наконец, все было обговорено, Наталья за своим чудо-горшком сбегала, начался процесс проращивания корней.

— Не могу понять, — спустя пару часов усилий повинилась магиня. Такое впечатление, что система у этого растения незамкнутая. Словно какого-то жизненно важного органа не хватает. Моя мана как в песок уходит. У этого дерева не может быть еще какого-нибудь дополнительного симбионта? Пчелок там, или птичек?

— Птичек точно не было. Вообще ничего вокруг не было, кроме аккуратной, словно подстриженной травки вокруг ствола.

— И ты эту травку, конечно же, не захватил, — как в отношении слабоумного посетовала ехидная девица.

— Конечно же, захватил, — в тон ей отозвался я.

— Так чего ты стоишь, давай ее скорее сюда. — Оживилась магиня растений.

С предоставленным мной клочком дернины дело быстро пошло на лад.

— Даже опасаюсь спросить, где растут такие интересные растения? — Поинтересовалась Наталья, когда заказанная ей работа была полностью выполнена.

— Правильно опасаешься. — Согласился я. — Впрочем, если ты откажешься от причитающейся тебе платы, я, пожалуй, смогу открыть источник поступления ко мне этой растительности.

— Нет уж, — не согласилась меркантильная девица, — с гложущим меня любопытством я как-то еще нормально проживу, а вот без денег на кармане жизнь делается заметно хуже.

— Не думал, что у титульных может быть так плохо с деньгами.

— Много ты знаешь о жизни третьестепенных баронов, — отозвалась Наталья, — между прочим, в этой конкретной моей беде именно ты и виноват. Из-за тебя тот скандал приключился, в результате которого, мой отец урезал мне содержание чуть не до ноля.

— Прости, но я тут не при чем. — В очередной раз принялся я излагать свою версию случившегося. — Я с той девицей незадолго до встречи с вами совсем случайно познакомился.

— Да ладно уже, — махнула рукой третьекурсница, — я даже рада, что все именно так получилось. Этот Ветрокрылов, тот еще гаденыш, хорошо, что он теперь моим мужем не станет.

Позевывая от начинающегося недосыпа, пошел ее провожать. За работу я с ней честь по чести расплатился.

— Определенно, среди парней нашего университета начинается эпидемия, — прокомментировала Наталья мои попытки прикрыть сам собой раскрывающийся рот. — У нас в группе многие сегодня точно так же зевали.

— Ну, я-то понятно, от чего не выспался, а с ними что приключилось? — Чисто для поддержания разговора задал я вопрос.

— А с ними комендант приключился. После отбоя завалился в общагу и устроил среди них шмон. Кое-кто из парней рассказывал, что он все бутылки с темным содержимым, которые только в их комнате обнаружил, заставил открыть, и лично все перенюхал, а кое-какие, так и отпил. Впрочем… парни еще те выдумщики, соврут, недорого возьмут. Но что они сегодня целый день зевали — точно.

Поудивлялся я действиям коменданта, мне-то он при нашей единственной встрече вполне рассудительным и выдержанным показался.

На следующий день узнал у Ильи, не было ли реакции со стороны княжича или его подручных на мое отсутствие.

— Не беспокойся, там после, всех, кто отказался подписывать прямой вассальный договор с княжичем, вскоре отпустили. А вот нас, подписавших, оставили. Старшекурсники по указанию княжича натаскивали нас на атакующие и защитные заклинания. — Последние фразы Илья произносил с заметной гордостью. Еще бы, на занятиях мы пока практически дурью маемся, проходим самые простейшие заклинания, а тут — вот оно как, настоящая боевка.

Я немного позавидовал своему одногруппнику, но не так, чтобы слишком: все равно им ничего хоть сколько-то серьезное враз поставить не смогут. Достаточно тот же мой телекинез вспомнить, сколько времени я на отработку этого заклинания потратил, ужас просто!

И, кстати, как раз ввиду того, что пока полноценной прокачки магии у нас все-таки нет, а в мире демонов я не столько охочусь,