Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

ближайший рабочий узел в соседней сосне. Подхожу, активирую эфир и лезу в настройку схемы контура. Секунд пять ушло на создание «лёгкой эфирной выкачки из системы» и временной бреши.

— Быстро, по одному. У нас десять секунд, после контур стабилизируется и нить срастётся.

Алексей проскользнул первым, за ним Галина, Анисимов и Коняра. Прыгаю последним, и разрыв в эфирной нити стал медленно заполняться, после чего мерно засветился и потух.

— Ты и в их шаманстве разбираешься? — шёпотом спросил Анисимов.

— Эфир везде один, только техники немного отличаются, — отвечаю также тихо. — Так что никакого шаманства. Просто контур. Масштабный, но малоэффективный. Такие обычно размещают по периметру поселений и вдоль основных дорог. Вокруг нашего лагеря похожий. Про браслетики же помнишь?

— Он прав, — заметил Коняра. — И всё же, понять что именно здесь скрыт контур, лишь подтверждает, что ты ненормальный, Волков.

Я не стал задавать ему очевидный вопрос, почему не почувствовали и они тоже. Может, всё дело в разных уровнях мироощущений? Или в моём духовном ядре? В любом случае, не вижу смысла дискутировать с ним на тему «Кто как чувствует эфир».

Мы продолжили путь.

Попались ещё пара ловушек, но не на людей, а зверьё. Благоразумно обошли их стороной.

Темнота не сгущалась, да и не собиралась.

Внезапно Алексей замер, шикнув. Все остановились. Значит тоже почуял?

— Впереди кто-то есть, — прошептал он. — Трое… нет, четверо. Движутся параллельно нам, метрах в ста левее. Слышите?

— Патруль? — одними губами спросила Галина.

Он сосредоточился, пытаясь уловить больше звуков.

— Вряд ли. Слишком тихие для патруля. Скорее охотники.

— Обходим, — решила Галина. — Правее и медленнее.

И тихо двинулись в обход.

Сам я постоянно отслеживаю положение группы ледяных, готовый предупредить, если они изменят направление. Куваев тоже не расслаблялся, слушая в оба.

Внезапно один из ледяных остановился. Чувствую, как его внимание обратилось в нашу сторону. Будто он что-то услышал или почуял.

— Не двигаться, — едва слышно говорю своим.

Замираем среди деревьев. Концентрируюсь на духовном ядре и активирую простейшую технику «смещения внимания», создав вокруг лёгкую маскировку, которая размывала наши силуэты.

Охотник постоял несколько мгновений, вглядываясь в темноту, затем сказал своим товарищам дескать показалось и продолжил путь.

— Пронесло, — с облегчением выдохнул Анисимов.

— Да, повезло, — киваю.

Был бы я на серебряном развитии ядра, техника «смещения внимания» прокачалась бы до «покров», вот с ней можно натворить вещей. А тут и правда повезло, что не приметили. Обычно она хорошо действовала на тех самых горилл в Конго. Но на дистанции. Будь к ним ближе и учуют, перекаченные засранцы.

Мы пошли дальше. Ещё осторожнее, чем прежде. Каждый после встречи с охотниками теперь отчётливо понимал…

Мы на чужой территории.

Через час пути Галина подала знак остановиться. Прямо у корней поваленной огромной ели.

Анисимов вынул флягу. Я присел на корточки рядом, вынимая свою. Коняра снял сапог, поправить портянку. Куваев закинул в рот горсть орехов. В общем, очередной пятиминутный привал.

Галина вынула карту и подсветила пальцем с эфиром, прокомментировав:

— Поселение «Колючей Шерсти» примерно в двух километрах к северу. Соваться ближе — самоубийство. Если конечно не хотите умереть в битве со всем племенем.

— Так куда тогда направимся? — присел с ней рядом Коняра. При том довольно близко. Не, у них точно любовь-морковь.

— Завтра Рунэр отправится к племени «Чёрный Коготь», — объяснила Галина, не замечая его взгляда. — Мы перехватим его по пути, в месте, где никто не помешает. Вот оно, — тычок на карте в виде чёрных закорючек с палками. — «Сожжённый лес». Так зовут его местные.

— Жуткое название, — заметил Василий.

— Прошлым летом там был пожар, — пояснил уже Алексей. — Теперь кругом стоят чёрные обугленные сосны. Земля пропитана гарью, а местность непригодна ни для охоты, ни для жилья. Ледяные племена стараются обходить это место стороной.

— Но Рунэр там пройдёт? — уточняю уже я. Решил поддержать беседу. Не всё ж контуры отключать.

— Должен, — кивнула Галина. — Через «Сожжённый лес» проложен кратчайший путь от «Колючей Шерсти» к «Чёрному Когтю». Лишний день пути никто тратить не хочет, даже если придётся пройти через жуткое место.

— Маршрут понятен, — подытожил Анисимов. — Ещё десять км и будем на месте. Если поторопимся, к рассвету успеем.

— Верно. Так что не будем терять драгоценное время, — Алексей первым поднялся на ноги.

И все мы снова цепочкой двинулись в путь. Впереди встреча с советником Рунэром. Встреча, что должна закончиться либо его пленением, либо его смертью.

Либо же нашей гибелью.

* * *

Рассвет

Мы вышли к границе «Сожжённого леса» перед самым рассветом.

Так вот как эта хрень выглядит…

Прям пейзаж из кошмара.

Вместо уже привычного хвойного леса здесь высились чёрные обгорелые скелеты деревьев, лишённые коры и ветвей. Некогда величественные, могучие сосны и ели, напоминали сожжённые спички, воткнутые в серую землю. Даже снег тут был не белым, а пепельным. Гарь же до сих пор висела в воздухе, и это спустя столько времени.

— Всеблагая мать… — прошептал Анисимов.

Понимаю его чувства. Это не лес, а пустошь мёртвых деревьев. Понятно теперь, почему ледяные обходят это место стороной. Не только видок ужасен, но и скрип. Да-да, даже вой. От ветра чёрные стволы скрипят. Порой, где-то разносится треск, когда ломается очередное дерево, дабы наконец разложиться в этой мёртвой земле.

— Это место проклято, — пробормотал Коняра, перекрестившись.

— Поэтому оно и подходит для засады, — заметил Алексей, хотя и на его невозмутимом лице читалось то ещё напряжение.

Делаю первый шаг в мёртвый лес и сразу ощущаю разницу. Эфирные потоки искажены. Даже не знаю, как объяснить, будто огонь выжег не только деревья с экосистемой, но и саму ткань реальности. Вместо привычных плавных течений эфир здесь двигается рывками, с ямами и, наоборот, концентрированными клубками.

— Что-то не так? — заметила Галина, как я замер.

— Эфир, — отвечаю спокойно, не знаю, поймёт она или нет. — Он странный здесь. Искажённый. С повреждённой структурой.

— Из-за пожара, — кивнула та. — Видимо, температура достигала значений, что поплавился не только камень, но и пострадал сам эфир.

Киваю ей. Так и есть. Сам же привыкаю к