Искра Свободы 2 - Александр Нова

Казалось, худшее уже позади. Ещё несколько минут — и можно будет дотащить Жана до дома, рухнуть на лавку и хоть ненадолго перестать принимать решения. Именно поэтому, когда я увидел на берегу угрюмое лицо Гастона, внутри что-то нехорошо сжалось.

Главный над носильщиками был крепким, широкоплечим типом с короткой бородой и арбалетом на плече. Он стоял, уперев кулаки в бока, и хмуро оглядывал нашу потрёпанную команду. Взгляд сразу зацепился за окровавленные бинты на животе Жана.

— Живой? — буркнул Гастон вместо приветствия, указав на носилки.

— Еле, — ответил я. — Пятирог выпустил ему кишки. Но монстра мы завалили.

Было видно, что Гастон принял сообщение, но оно не пробудило в нём сочувствия. Гастон сделал шаг в нашу сторону и спросил уже более жёстким голосом:

— Где Пятирог? Вы же не оставили его там гнить?

Тон мне не понравился, и я аккуратно отшагнул в сторону, сходя с песка, в котором вязли ноги, на твёрдую землю.

— Конечно оставили. Это же работа для тебя и твоих людей. Расчленить и доставить.

Глаза Гастона нехорошо блеснули.

— Значит так, сейчас мы переправимся и пойдём к Пятирогу.

Я перевёл взгляд на Лиса, а тот мельком взглянул на солнце.

— Уже вечер, солнце сядет через час, — спокойно сказал охотник. — Соваться так глубоко в земли монстров на ночь глядя — это самоубийство.

— Пятирог до утра никуда не денется. Мы идём домой, и завтра с утра проведём тебя к монстру, — не менее жёстко ответил я.

Человек Арно нахмурился. Лицо его потемнело, челюсть выдвинулась вперёд, а рука легла на ремень арбалета.

— Я сказал — сейчас, — с нажимом произнёс он. Слова прозвучали как приказ.

Я лишь немного наклонил копьё вперёд.

— Дружочек, ты реально хочешь попробовать свои силы против четырёх инициированных с системными навыками? — вкрадчиво, копируя голос Ирвина, произнёс я. — Да, мы сейчас не в лучшей форме, но превратить тебя в мясную нарезку вполне можем. Вы в большинстве, но твои парни носильщики, а не воины.

Я медленно положил вторую руку на копьё, готовый ударить этого умника, если он решит сдернуть оружие с плеча.

— И даже если случится чудо, и ты нас всех положишь, кто тебя отведёт к Пятирогу, а?

В исходящую от нас угрозу человек Арно поверил слабо, но последние слова заставили его задуматься.

— Я всё доложу господину Арно. И тогда будешь перед ним оправдываться за свою трусость, — зло выплюнул Гастон и повернулся к носильщикам. — Берите этого и пошли.

Под «этим» он подразумевал Жана. То, как он сказал это слово и как посмотрел на помощника Арно, мне очень не понравилось. Я сделал шаг вперёд, став между Жаном и носильщиками.

— Жана отнесёте в дом ночной гильдии. Ему нужен уход, а у нас как раз есть доктор.

— Много на себя берёшь! — взбесился Гастон. — Прочь с дороги, или…

— Или что? — сказал я очень устало.

«Древковое оружие (F)» уже чётко прорисовало траекторию удара копьём прямо в горло этого болтуна. И я готов был этот удар сделать — терпеть наглость очередного придурка у меня не было ни сил, ни желания.

Гастон, как и любой преступный элемент, мою готовность почувствовал сразу. И отступил назад, презрительно сплюнув.

— Хер с тобой. Но я все расскажу господину Арно, — снова пригрозил он и махнул двум своим парням. Те подхватили носилки с телом Жана.

До дома ночной гильдии мы добрались без приключений. Носильщики тащили Жана, а мы брели следом, едва волоча ноги. Плечо ныло тупой, ноющей болью, но я уже привык и просто шёл, думая только о том, чтобы наконец рухнуть на койку и хоть немного отдохнуть.

Жана аккуратно занесли внутрь и уложили на широкую лавку в общей комнате первого этажа. Парни Гастона, буркнув что-то на прощание, ушли, оставив нас в полутёмном помещении.

— Нужно привести себя в порядок, — коротко бросил я. — А то выглядим как мясники после бойни.

Мы вышли на задний двор, где стояла большая бочка с колодезной водой. Я сунул голову в воду по самые плечи, чувствуя, как ледяные струи смывают запёкшуюся кровь и грязь. Что ж, похоже самое худшее осталось позади…

Но стоило вынуть голову из бочки, как я почувствовал чужой взгляд, а рядом тихо, почти беззвучно зарычал волкодав. Огромный, чёрный зверь с мощной грудью стоял у входа во двор, как живой страж владений. А за ним, в тени дома, стоял Арно.

Глава 19

Цена чести

Арно выглядел взволнованным, а его глаза выражали что-то такое, чего я раньше у главаря ночной гильдии не видел. Напряжение, как у человека, получившего плохую весть. Он сделал шаг вперед, а его волкодав остался у стены, настороженно принюхиваясь к запаху крови, висевшему в воздухе.

Я мысленно готовился к разборкам. За то, что поставил Гастона на место при носильщиках. За брошенного в лесу Пятирога. Сил что-то доказывать и объяснять не осталось, так что я молчал и ждал, готовясь изображать глубокое раскаяние. Усталому человеку вообще легче всего даётся смирение: не потому, что он всё понял, а потому, что на спор с судьбой нужна энергия.

— Где Жан? — спросил Арно без привычной сухости и властности в голосе.

— Пойдем, проведу, — ответил я.

Мы подошли к лавке в углу, которая стояла в общей комнате за столом. Там, в полумраке, едва освещённом масляной лампой, лежал помощник Арно — бледный, как полотно, с тугой повязкой на животе, уже снова начавшей темнеть от проступившей крови.

Арно сделал несколько шагов и склонился над Жаном. Мафиози тыкать своими, может, и чистыми, но точно не стерильными пальцами в повязку Арно не стал, только внимательно её осмотрел. Лицо босса ночной гильдии оставалось встревоженным.

— Как рану получил? — голос Арно прозвучал ровно, но в него уже вернулись нотки власти.

Я пожал здоровым плечом и ответил просто, без подробностей:

— Как герой.

Арно выпрямился и перевёл взгляд на лицо Жана, которое казалось восковым, как у мертвеца.

— Жить будет? — спросил Арно, не отводя взгляда от своего помощника.

— Пока не ясно, — ответила Селена. — Я его заштопала. Кишки на место уложила, всё, что могла, промыла. Но грязи было много. И кровь Пятирога ещё…

Арно кивнул. Потом полез за пазуху и достал склянку. Даже в тусклом свете я понял, что это зелье «Среднего исцеления (E)».

— Стой, — сказал я, делая шаг вперёд. — Нельзя.

Сказал я это слишком быстро и без должного почтения. Арно замер, и его взгляд метнулся ко мне. В комнате повисла тишина, только Гарон,