Хиван — амбассадор - Василий Васильевич Горобейко

умные и глупые, послушные и капризные, ласковые и осторожные. Но злыми или добрыми их делает среда, в которой они растут, их стая, их вожак! Если вожак — человек, то именно он в ответе за то, кто из щенка вырастит: злобный цепной пес, послушный помощник или капризный ребенок на четырех лапах. А заложенные в породу характеристики в состоянии лишь усилить или ослабить эффект воспитания. Но Марийке это не объяснить, она просто никогда не знала нормальных собак.

20

Бирюков прилетел первым. Его группа находилась поблизости, расследуя одно из трех загадочных исчезновений хавийя, возвращавшихся домой из Цитадели, сразу после злополучного похищения детей. Так что прибыли буквально через час после звонка Забелина.

— Рассказывай! — потребовал Владимир, едва они остались наедине.

— Бункер я нашел, правда, случайно. Сейчас сброшу координаты. Я как раз невдалеке проезжал, когда в него Микаэль провалился, и на меня прямо сибирским холодом пахнуло.

— Это хорошо, что холодом пахнуло. Очень хорошо. А Микаэль — это тот хавик, что с вами в Абгаль уехал?

— Он не хавийя, он йоруба. Кениец короче, но провалился он из Хабаровска.

— Из твоего Мира?

— Нет. Его Мир совсем странный. У них там Маньчжурия, Монголия и Восточный Туркестан после войны вошли в состав Советского Союза. А Пекин там — приграничный китайский городок!

— Странно. Ладно, пока оставим. На досуге обмозгую. Что-нибудь еще?

— Да. Я нашел Жирха, ну то есть не его самого, но его следы. Где-то через неделю после нападения на нашу колонну один бродячий купец из ло-донов продал полуживого медвежонка в Абгале за тысячу койнов раханскому офицеру по особым поручениям.

— А зачем этому рахану понадобился медвежонок? Да еще за такие деньги?

— Как я понял, это была ловушка на меня. А вот зачем я им так сильно нужен, понятия не имею, но уже послезавтра имею все шансы узнать из первых рук. Мы договорились с этим офицером, что встретимся здесь, в нашем посольстве.

— Офицер по особым поручениям раханов… — Бирюков задумался. — А как выглядит этот хавик, знаешь?

— Только по описанию. Но, судя по всему, это именно тот человек, про которого рассказывал Слободан. Шрам в пол-лица и тонкие жидкие усики.

— Наслышан. Это Барат Ялали. Осторожней с ним. По моим сведениям, это очень опасный тип. Он обычно всегда получает то, что хочет. Если не может купить или украсть, будет пытаться отжать силой. Но здесь, в посольстве, у него руки коротки. Это хорошо. Будешь говорить, постарайся прояснить судьбу геологов и сразу после переговоров найди способ меня известить об их результатах. И надо как-то выкупить твоего медвежонка, если нужны деньги на это, не мелочись. Я все возмещу.

— Даже если он покалечен? Зачем?

— Даже если он парализован и ест только через капельницу! Детали сейчас не важны, но возможно, с его помощью мы сможем вернуться в твой мир.

— Для этого его придется принести в жертву?

— А ты зря времени не терял! — Бирюков улыбнулся. — Успокойся, чтобы заякорить Врата, действительно необходима жертва, но ты уже принес в жертву его мать. Так что к твоему Миру привязка у Врат есть, а чтобы поставить якорь здесь, лучше использовать кого-нибудь из местных отморозков, которых не жалко. Да и то лишь в том случае, если есть желание создать постоянно действующий портал между мирами. Я рассчитывал использовать медвежонка в качестве дополнительного маячка. Его с большой вероятностью вернет именно в тот Мир, откуда вы пришли, а не в Мир Микаэля например. Ну и нас вместе с ним. А твой Мир мне нравится, он как ни один другой похож на тот Мир, из которого я изначально провалился.

— Вы хотите вернуться домой? — искренне удивился Иван. — Разве здесь плохо?

— Нет, пока не хочу. Но может так случиться, что мне придется спешно покидать этот уютный Мирок. Вот я и хочу иметь запасной вариант. Обещаю, куда бы нас ни занесло, мы позаботимся о твоем питомце и обеспечим ему самое достойное содержание из всех возможных.

— Но зачем обязательно Жирх? Я ведь подойду ничуть не хуже?

— Лучше. Намного лучше. Но зачем тебе бежать вместе с нами? Ты здесь, как я понимаю, гораздо более востребован, чем дома. А вот если действительно устанешь от местного колорита, ну или жизнь заставит, ты не забывай про свой бункер. Не знаю, как долго он сохранит свою связь с тобой, но думаю, что не менее года точно. Тебе достаточно войти в бункер, плотно прикрыть за собой дверь и страстно пожелать оказаться дома.

— А жертва?

— Жертва облегчит процесс. Но как показывает опыт, можно обойтись и без нее, по крайней мере, в течение нескольких недель после активации портала. Кстати, кто тебе про Врата рассказал?

— Одна романка в Абгале. Хавийя так сюда попадают. В их Мире Тьма захватила огромные территории, и специальные отряды патрулируют у ее границ, собирая уцелевших. Как только наберут около полутора сотен, так и переправляют их сюда, принося приведенных из этого мира рабов в жертву. А тех, кто прошел вратами, потом заставляют отрабатывать переход. На вырученные деньги покупают оружие, боеприпасы, вещи и продукты, которые отправляют назад, в свой Мир.

— А выход этих врат в Шабеле?

— Да. Оттуда всех прибывших отправляют по родственным кланам.

— А твой информатор, она откуда об этом узнала?

— У нее там все сложно с происхождением, так что она отчасти абгаль. Она сама этим путем прошла.

— Спасибо. Порадовал. Очень ценная информация для размышления.

— Это еще не все. В Кибуце я познакомился с одним интересным товарищем, вашим тезкой. Он там то ли экономист, то ли менеджер.

— Владимир Гезира? Да, знаю такого.

— Так вот, он задал мне одну загадку.

— Про то, откуда хавики энергию воруют? Слышал, — отмахнулся Бирюков. — Мы все проверили, даже ближайшие руины. Нет у них неучтенных реакторов, только те, которые в Сууке и Хавадле обеспечивают работу местной инфраструктуры. Видимо просто их потребности в энергии существенно ниже наших.

— Тогда откуда раханвейн берут энергию для заправки батарей?

— Покупают, в том числе и у нас в Форте Баринова.

— Большие объемы?

— Приличные. Ты к чему клонишь?

— В Абгале раханвейн — основные поставщики заряженных батарей. Везут баржами. Причем я сам покупал