Око Индры - Рафаэль Миргалиевич Тимошев

– Знаете, кем она оказалась? – спросила Елена Владимировна.

Дикая с любопытством посмотрела на профессоршу:

– Кем?

– Дочерью проректора института, где работает Владимир Иванович!

– Да ну! Это сказали они? – Дикая постучала по загорелому плечу, намекая на погоны.

Елена Владимировна кивнула.

– Скажите на милость! Мартин, получается, знал ее отца?

– Он когда-то был его учеником, писал диссертацию…

– Вот даже как! – с возрастающим интересом воскликнула Дикая. – Я и не знала!

Она хотела еще что-то сказать, но разговор прервали подошедшие после купания пенсионеры.

– Водичка-то прохладная! – повел плечами Петр Васильевич. – Бодрит!

Старики старательно обтерли друг друга полотенцем и, поскрипывая суставами, разместились на соседних подстилках.

Вдруг Валерия вскрикнула – муж подкрался сзади и смахнул с себя остатки воды на супругу.

– Чума ты, Миша! Холодно ведь! – недовольно проворчала жена. – Детей-то на кого оставил?

– Тарцев с ними! – весело ответил Дикой и распластался рядом.

– Ваша девочка хорошо плавает, – заметила старушка.

– Наша-то – да… В спортивную школу ходит, – согласилась Валерия.

– Хорошая девочка…

Подошел Тарцев с продрогшей дочерью на руках.

– Еле выловил козу! – На его лице гуляла счастливая улыбка. – Девчонки еще плескаются – не выгонишь!

Он бережно укутал дочь в толстое полотенце и, словно куклу, уложил на солнце.

– А мы будем еще купаться? – пропищала та.

– Будем, будем… Только сначала согрейся!

– Я уже согрелась. А мама где?

– А вон и твоя мамочка. – Мария Ивановна показала пальцем в сторону набережной.

– Где? – воскликнула девочка, выскакивая из махрового кокона.

– Вон, вон! – выходя из воды, хором прокричали подружки. – У лестницы!

Все посмотрели в сторону фонтана – перед ним, на лестнице, высматривая их, стояла Александра Тарцева.

– Мама! – закричала девочка и радостно замахала ручками.

Неизвестно как, но в гомоне пляжа женщина уловила голос дочери. Она повернула голову, махнула в ответ и грациозно шагнула вниз по бетонным ступеням. Владимир Иванович невольно засмотрелся – все в этой молодой женщине было красиво – и тело, и шаг, и взмах руки…

Александра спустилась с лестницы и плавно ступила на песок. И тут, будто что-то пронзило Зеленина – на нижней ступеньке, у самых ее ног, сиротливо, сложив руки на костлявых коленях, сидел полуобнаженный старик! Тот же пронзительный, с укоризной взгляд, те же спадающие на плечи седые космы… Владимир Иванович даже зажмурился, не веря своим глазам – нет, это наваждение… сейчас обязательно исчезнет… должен исчезнуть!

Но индус на этот раз не исчез. Он сидел на прежнем месте и, как теперь показалось Зеленину, насмешливо разглядывал его…

Внутри Владимира Ивановича все перевернулось! «Нет, на этот раз не уйдешь! Я вытряхну из тебя все!» – пронеслось в голове. Он уже стал подниматься, как вдруг старик, точно прочитав его мысли, поднял руку, сжал ладонь в кулачок и медленно поднес его к уху…

Владимир Иванович опешил – тут же, где-то рядом, раздался телефонный звонок. Показалось даже, что звонил он, незнакомец, по приложенному у уху кулачку! Машинально потянулся к сумке, нащупывая мобильник, но тут же раздался голос лежавшей перед ними светловолосой женщины:

– Алло! Слушаю вас!

Боже! Это звенел ее телефон!

Владимир Иванович быстро перевел взгляд на лестницу – старика как не бывало!

– У тети мой телефон! – вдруг завизжала младшая Тарцева.

– У какой? – спросила пенсионерка Мария Ивановна.

Девочка протянула пальчик в сторону светловолосой женщины:

– У ней!

– Настенька, это не твой телефон, а тетин, – выходя из воды, поправила Наташа и засмеялась:

– Не слушайте ее! Она у бассейна нашла телефон тети Марины и теперь все похожие называет своими…

– Почему именно Марины Львовны? – высматривая приближавшуюся Тарцеву, спросила докторша.

– Это мы ей сказали, – послышался голос Марии Ивановны. – Она с нами гуляла.

– И когда это случилось?

– Накануне дня рождения Михаила Михайловича… Ни Марины, ни Мартина мы не нашли и решили вернуть телефон через портье… Того самого… – старушка запнулась. – Он заверил, что Михалыч обязательно передаст его Марине. Так и не передал…

Старушка замолчала, смутившись, что затронула не вполне уместную тему.

Тарцев мельком взглянул на нее:

– «Михалыч»? Это кто?

– Не знаю. Наверное, кто-то из персонала…

– А разве такой есть? – удивилась Елена Владимировна.

– Я, по крайней мере, не слышал, – подал голос пенсионер Петр Васильевич.

«Однако, странно… – с вдруг охватившей тревогой подумал Зеленин, все еще находясь под впечатлением жеста исчезнувшего индуса. – Что этим хотел показать? Неужто его появление как-то связано с находкой этой девочки?»

Раздумья прервал ее счастливый визг:

– Мамочка! Мамочка! – Настя бросилась на руки подошедшей женщины. – Мы пойдем купаться?

– Конечно, солнышко! – улыбнулась Александра Олеговна и нежно поцеловала дочь.

XXII. Неясные догадки

Разморенные солнцем «дельфинцы» лениво плелись к отелю. Владимир Иванович брел позади всех. Мысли о седом индусе не давали покоя. В неожиданных возникновениях и необъяснимых исчезновениях этого старика-фантома действительно было уже нечто иррациональное и мистическое. И вот что пришло на ум, когда признавался в том Елене Владимировне: все эти мистификации так или иначе были связаны не с кем-нибудь, а именно с Фральцевым! Антиквар, как правило, чем-то его ошарашивал, а следом – или предваряя – являлся мистический «брахман» и почти безмолвно, одним взглядом или одним словом, разрешал проблемы, накрученные чертовым знатоком Древней Индии! Словно отслеживал его мысли с одной лишь дьявольской целью – направить его в каком-то нужном ему или им обоим направлении. Так было при первом его явлении в зале Ученого совета института, когда следом произошло знакомство с Фральцевым. Так произошло после сообщения Фральцевым номера телефона мадам Бош, когда индус вдруг выплыл на экране телевизора, и там, в метро, после предложения антиквара посетить отель Хагерта. И уже здесь, в отеле, после каких-то намеков того же Фральцева на «чистоту своих помыслов» и «истину в часах, что охраняет Айравате…».

От этой мысли Зеленин даже похолодел – точно! О часах сказал именно Фральцев! Исчезнувший тогда индус лишь указал на них! Значит, и сейчас, на пляже внезапное появление индуса было неслучайным. Выразительный жест и раздавшийся следом звонок тому подтверждение! Словно хотел, чтобы он обратил внимание на пропавший телефон жены Хагерта… Для чего? Какой тайный смысл заключался в его обнаружении дочерью Тарцева? И что вообще это значило для него, для поиска дневника, ради которого они решились приехать к ныне упокоившемуся Хагерту, наконец, для Елены Владимировны, которая не пожелала оставлять его одного…

Вспомнив о супруге, неожиданно подумал: может, посоветоваться? Но тут же решил: только не сейчас! Лена и без того обеспокоена состоянием его мозгов… И что если она права? Что если