Дело о разбитом сердце - Наталия Журавликова

— Что? — удивился Лафер. — У вас главный подозреваемый в туалете.

— Да, — кивнула я, — задержала его и допрашиваю.

Матиас не спешил покидать свое укрытие. Вздохнув, я открыла дверь. Колер стоял лицом ко мне, у столика с туалетными принадлежностями. И мрачно подкидывал в левой руке один из ароматических шариков для принятия ванной. Заметив за моей спиной Лафера, Матиас криво усмехнулся и понюхал бомбочку.

— Лаванда, — сказал он, — нам всем похожие наборы Шеллест подарил. Жена такие делает, а ему не хотелось, чтобы добро зря пропадало. А у вас такой откуда?

— Понятия не имею, — фыркнула я, — наверняка в магазине купила.

— Вообще да, может быть, — немного смутился Колер, — ладно, не хочу мешать вашему… уединению.

Он гордо прошел к выходу, так и подкидывая в руке лавандовый шарик. Я не решилась ему сказать, что это моя собственность. Явно же чем-то раздражен человек.

Колер ушел, а Лафер в подробностях отчитался мне, как прошло судебное заседание. Донна Роза все же удивительная женщина. Как ловко вытащила племянника из-под стражи!

Напопив ассистента чаем, я отпустила его домой. А сама кинулась изучать списки, надеясь увидеть там знакомые имена. Или хотя бы одно. И нашла. Среди участников конференции по активации артефактов и амулетов значилась А. Р. Шеллест.

— Аника! — воскликнула я так громко, что Филби забеспокоился.

Но… кто же тогда «котик»? Впрочем, это может и не иметь особого значения. Главное, что по какой-то причине Анику знакомство Жерардины с этим представителем семейства кошачих не устраивало. Получается, она мне голову дурит?

Ох, как все сложно!

Я сдавила виски пальцами. Срочно надо освежиться. Мне хорошо помогает думать вода. Бассейн или душ хотя бы. А может и ванную принять стоит. С солевыми шариками. Пока их не растащили.

Точно, это лучший способ привести в порядок мысли. Я смотрела, как ванна наполняется, и чувствовала, как мне становится спокойнее. Взяла розовый шарик, кинула его в воду. Красота какая! Он зашипел, растворяясь, и распался будто бы на цветочные лепестки, которые тут же превратились в пену. Завороженная зрелищем, я кинула еще одну бомбочку, нежно-голубую. Еще полюбовалась. Вода окрасилась приятными цветами, они не смешивались как акварель, а словно слоями лежали.

А какой аромат насыщенный, завораживающий. Я вдохнула его полной грудью и неожиданно для себя чихнула. Надеюсь, у меня нет аллергии на какой-нибудь экзотический компонент этих шариков.

Раздевшись, я погрузилась в теплую воду. Мне показалось, что где-то вдалеке лает Филби. Ничего, потом с ним разберусь. Какой-то беспокойный он сегодня. Кажется, кто-то в дверь колотит? Вот нашли же время. Нет, ничто не заставит меня покинуть это райское место.

Закрыв глаза, я занырнула в воду с головой. А когда вынырнула, дверь в ванную распахнулась от мощного пинка.

— Бренда! Нет! — завопил Матиас Колер, бросаясь ко мне. — Вылезайте! Быстро вылезайте, пока не пропитались этой гадостью.

Нашарив в воде мои руки, это безумец принялся вытягивать меня, как репку. Если он и впрямь рехнулся, не стоит с ним спорить.

Вытащив меня из ванной и поставив перед собой, Матиас слегка смутился, но твердо сказал:

— А теперь в душ! Срочно! И мочалкой хорошенько оттирай с себя эти цветные пятна от ароматизаторов.

Я и пикнуть не успела, а он меня уже запихал в кабинку. И даже отвернуться не подумал.

Сквозь шум воды я все же разобрала топот мужских ботинок со стороны прихожей.

— Колер! Ты пришел ее добить! — проревел Эдуард Бивик, врываясь в мою ванную. За ним сопели двое жандармов.

— Нет, я спасаю детектива Холмс от верной смерти, — ответил Матиас. И при этом, кажется, он старался заслонить душевую кабину от новых посетителей. Чтобы они меня не разглядели.

— Говорите громче! — прокричала я. — А то из-за воды плохо слышно.

— Собственно, почему она моется? — растерялся Бивик.

— Смывает яд, — четко произнес Матиас. Я выключила воду, чтобы лучше слышать его. Да и чувствовала себя достаточно очищенной.

— Можете взять пробы из ванной, — продолжил Колер, — я почти уверен, что там будет отрава. Такой же коктейль, который убил Григора Хомера. Без «добивки» он действовал бы дольше и привел к отсроченной и мучительной смерти. Но конечный результат определенно был бы таким же.

— Значит, Григора Хомера убила ароматическая ванна? — не поверила я ушам.

— Совершенно верно. Каким-то образом вам тоже подарили или подбросили шарики, изготовленные Аникой Шеллест.

— Ты уверен, парень? — уже миролюбиво спросил Бивик.

— Абсолютно, — заявил Колер, — я по рассеянности притащил один такой шарик домой. По дороге нюхнул его и у меня в носу защипало. А когда прошел еще немного, то понял, что кожа под носом начинает чесаться. И вспомнил Хомера в его последний день.

Мне ужасно хотелось выйти из душа, чтобы лучше его слышать. Но я не рикнула.

— В голове моей родилась шальная идея. Я поймал кабриолет и отправился к тетушке. Она капнула реактив на этот шарик и он дал реакцию.

— Какую именно? — голос Бивика задрожал от нетерпения.

— На яд, разумеется. Точный состав можно будет определить позже. Но одно определенно — там отрава.

— Вперед! — заорал Бивик. — Арестовывать Анику Шеллест. Холмс, ты с нами?

— Да! — крикнула я. — Только выйдите. Или отвернитесь.

Нас много, а кабриолет один и малой вместимости. Причем, Матиаса с собой тоже взяли. Поэтому все не влезали.

— Холмс, садись ко мне на колени! — щедро предложил Бивик.

— Ну, знаете ли, — возмутился Матиас, — вообще-то это я ее спас, а не вы.

— Верно, — торопливо сказала я, — кто девушку спасает, тот ее и возит. И опасливо пристроилась на одном колене прекрасного блондина. А тот меня придерживал за талию, чтоб ветром не унесло.

Я чувствовала, как напряжены его ладони, сжаты все мышцы. Похоже, нам было одинаково некомфортно.

Чтобы отвлечься от своих ощущений, я думала о деле.

Получается, Аника убила собственного брата? Но почему и зачем? Неужели он и родную сестру не погнушался шантажировать? Григор Хомер был манипулятором и человеком без совести. Во всем искал свою выгоду. Но должно у него что-то святое быть, семья, например?

Он испортил жизнь Элии Симпсон и своему лучшему другу Роберту Боберту. Заставил Жерардину Новес написать глупую работу. Подменил с помощью магического артефакта почерк в презентации Матиаса. А что он мог сделать Анике?

Хорошо, предположим, она отравила Хомера. Подсунула ему отравленную бомбочку для ванной. Но как она Бренде ее подкинула? Это ведь надо наверняка знать, кому достанется яд. Отправила корзиной с курьером? Но Бренда Холмс — особа подозрительная. Вряд ли бы она приняла такой странный дар и положила в свою ванную.

Мы прибыли к