Первый Предтеча 6 - Элиан Тарс

Приехав в Чёртову Лапу, я первым делом отправился в лабораторию, где трудились Егор и Кравцова.

— Ваше благородие! — выпалил парень, когда я вошёл, и чуть было не разлил жидкость из колбы. — У нас за сегодня девятнадцать флаконов получилось!

Я проверил готовые составы и резюмировал, что годных среди них шестнадцать, о чем и сообщил ученикам.

— Но с живокостом… — расстроенно протянул Егор, глядя на одну из забракованных мной склянок. — Он же почти…

— «Почти» в медицине не считается, Егор, — строго сказала Кравцова.

— Молодец, что видишь, — усмехнулся я. — С живокостом действительно на грани. Где-то не додержали, значит — мотайте на ус. И сегодня у вас новая работа.

Я выставил на свободное место стола пустые стеклянные банки. Мира закупала их на кухню под грибы и огурцы, но грибов у нас и так уже было на месяц вперёд, а мне сейчас тара нужнее.

— Как вы могли заметить после ночного боя, ваши заготовки помогли далеко не всем гвардейцам, — начал я. — Некоторым потребовалась более серьезная помощь. Мы должны быть готовы к внештатным ситуациям, так что будем расширять ассортимент прямо сейчас — в отличие от простейших составов, некоторым эликсирам нужны недели, чтобы настояться. Начнёте с корня аира на спирту: измельчить, залить один к пяти, закрыть деревянной пробкой и поставить в тёмное место. Раз в день встряхивать. Это будет проводник для составов посложнее.

Кравцова уже активно строчила в тетрадь «мою лекцию». Между прочим очень быстро — мне даже не пришлось говорить медленнее — все успевала.

— Второе, — продолжил я и поднял пучок свежих соцветий зверобоя, который ранее принес Егор. — Масляная вытяжка. В банку кладём цветки, заливаем растительным маслом доверху, ставим на солнце, когда оно есть. В пасмурную погоду используйте светодиодную лампу — возьмете в теплице, скажите, что я велел. Когда масло станет красным — нужно процедить и добавить Основу. Но не ту, что у вас уже есть — для масляной среды я сделаю вам другую.

— Назову компонент «Б», — кивнула Кравцова, и пометила это в тетрадь.

— Это будет для ран, да? — оживлённо спросил Егор.

— В точку, — кивнул я. — Для ран, ожогов и иных повреждений кожи.

Я продолжил лекцию, на ходу доставая новые ингредиенты, объясняя порядок действий, пропорции, температуру и все сопутствующие условия.

— Ваше благородие, — в какой-то момент проговорила Кравцова. — Аптечный спирт у нас заканчивается — осталось чуть больше литра. Скоро уже закончится.

— С вопросами по сырью сразу к Мирославе Сергеевне, — сказал я.

— Да, я уже подходила, но… — она вздохнула и пожала плечами: — Тяжело со спиртом. Вы у неё сами спросите, может… — женщина многозначительно замолчала.

— Спрошу, — кивнул я. — Когда расскажешь подробности.

Я молча уставился на нее, пытаясь понять в чем там сложности.

— Поставка и закупка этилового спирта без соответствующих лицензий и квот запрещена законом, — проговорила Анна Николаевна. — Некоторые организации нарушают этот закон, но только если их выручка будет значительно перекрывать возможные административные штрафы. И у таких — высок риск подделок… В большинстве случаев девяностопятипроцентный спирт отказываются продавать оптом, если нет разрешений на него.

— А раз наши объемы растут — не оптом уже не получается, — кивнул я, размышляя над её словами. — А соответствующая лицензия — это какая?

— На фармацевтическую деятельность, на медицинскую, на испытательно-медицинскую… — перечислила врач.

Я кивнул ещё раз. Её слова наводили меня на определенные мысли. Во-первых — нашу лекарскую деятельность рано или поздно всё равно придётся лицензировать. Прямо сейчас эта бюрократическая возня нам ни к чему, но нужно иметь в виду.

А во-вторых… Я вспомнил Степаныча с его бутылками самогона. На шашлыках он хвастался своим чудесным змеевиком, а я ведь так и не заглянул к нему в гости. Больно часто он стал появляться на людях с самогонкой — похоже, пора его аппарат в дело пускать.

Если спирт мы будем гнать сами, в масштабах нескольких месяцев уже получается неплохая экономия.

Но сперва лично всё посмотрю.

— Со спиртом я разберусь, — закрыл я тему, и мы продолжили.

Егор начал кромсать корень аира, куски выходили у него разного размера. Я поправил ему хват и остался наблюдать.

— Пока режешь, расскажи мне, — проговорил я. — Ты тогда у аномалии говорил, что видел другой мир. Жду подробностей.

Нож в его руке замедлился.

— Так вы же сказали, что шок… — начал он, покосившись на меня через плечо.

— Это Анна Николаевна сказала, — кивнул я на притихшую докторшу. — А мне интересно послушать.

Егор помолчал, собираясь с мыслями.

— Тёмно там было, ваше благородие, — наконец-то изрек он. — Зато у самой земли шла светлая полоса, будто заря. Ну, или как туман светящийся, когда он только-только над травой ещё не поднялся. Только та штука так и не поднималась. Сколько мы ходили, столько она на одном месте и стояла.

— Мы? — удивился я.

— Я и Зорька, — вздохнул Егор. — Причём было ощущение, что когда мы далеко отошли… нас как будто бы в изначальное место вернуло. В первый раз я случайно какого-то огромного слизняка раздавил — он светиться начал зелёными кристаллами. Второй раз мимо него шли, он уже раздавлен.

Кравцова замерла с посудой в руках, а затем переключилась на тетрадь и ручку, то и дело поглядывая на нашего травника.

— Продолжай, Егор, — кивнул я. — Что ещё?

— Воздух был сладкий и душный. Дышишь, дышишь, а надышаться не можешь… И голова при этом не кружится! Ещё Зорька ела красную траву и не отходила. Я её за рога тянул, а она упёрлась и ест себе.

— А растения? — как можно спокойнее спросил я. — Ты ведь не просто так их набрал.

— Ну, вот тут чудно, ваше благородие… — пробормотал он и замолчал припоминая детали. — Я траву как беру обычно? Смотрю, трогаю, и она мне либо отзывается, либо нет. Дома мне редко «нет» говорят. А там я подошёл к одной, а она… — он напряженно пошевелил пальцами, — не то чтобы «нет». Она меня даже не поняла. А я боюсь такого. И только эти три ко мне сами тянулись.

— Следы там были чьи-нибудь?