Системный звиздец. Том 1 — Теория Выживания - ДВК

Он был упёртым ослом. Но в его упрямстве была та самая сила, что не дала нам сломаться в кабинете Касьяна. И он был прав. Мы должны были знать.

— Только разведка, — повторил я, уже почти не веря сам себе. — Ни шагу дальше.

Мы подобрались к цеху с подветренной стороны, через гору ржавого лома. Забрались на крышу соседнего сарая. Оттуда, через выбитое окно, был виден почти весь цех.

Он был внутри.

Не просто стоял. Он носился. В полумраке огромного помещения он был едва различим — смазанный серый силуэт, мелькающий между станками, как стробоскоп. Останавливался на долю секунды — и снова исчезал, оставляя после себя лишь лёгкий, свистящий звук разрезаемого воздуха. Его аура, которую я и так чувствовал, здесь, вблизи, была леденяще острой. Будто на кончиках пальцев держишь бритву.

— Бл, — тихо выдохнул Мишка, впервые за вечер в его голосе прозвучала неуверенность. — Он… он не бегает. Он телепортируется, что ли?

— Почти, — пробормотал я, не отрывая взгляда. — Это его навык. «Фантомный Шаг». Кратковременный скачок на сверхскорости. У меня «Рывок» даёт контроль в замедленном мире. У него — просто дикая скорость в обычном.

Мы наблюдали минут пять. «Клинок» вроде патрулировал территорию. Он был один. Никакой стаи, никаких помощников. Хищник-одиночка, уверенный в своей силе.

— Видишь? — шепнул Мишка. — Он делает паузы. После каждого рывка — на секунду замирает. Видимо, откат у навыка. Или просто осматривается. Вот оно — окно.

— Окно в полсекунды, — мрачно сказал я. — За которое он всё равно успеет десять раз меня порезать.

— Не если ты будешь быстрее, — Мишка посмотрел на меня. Его лицо было серьёзным, без иронии. — Ты сказал, твой круг… он как бы постоянно подпитывает тебя. Усиливает. Может, стоит не просто ждать, а… раскрутить его? Перед боем? Как турбину.

Идея была дикой. Но в ней был смысл. Малый круг работал на фоне, давая стабильность. Но что, если я не просто позволю ему течь, а… разгоню? Направлю Ци не плавным потоком, а ураганом по тем же каналам? Чтобы временно поднять всё — и скорость, и реакцию, и силу — до предела?

Это могло сжечь меня изнутри. Могло разорвать каналы. Но… это был шанс.

— Ладно, — сказал я, чувствуя, как адреналин начинает колоть в висках. — Буду пробовать. Но если что-то пойдёт не так — стреляй своим «Копьём» в него, не в меня. Отвлекай. И будь готов драпать. Без меня, если придётся.

Мишка кивнул, молча. Его тёмная аура сгустилась, чёрная манна уже клубилась у его пальцев. Он был готов.

Я закрыл глаза. Отвлёкся от страха, от Мишки, от мелькающей тени в цеху. Сфокусировался на внутреннем пространстве. На узле Ци, который вращался, как маленькое солнце. На тонкой, светящейся нити Малого Круга.

И дал команду.

Не «течь». Не «циркулировать». «РАСКРУТИТЬСЯ».

Я мысленно схватил оба конца энергетического потока — в даньтяне и в точке байхуэй — и рванул их навстречу друг другу, как будто запускаю гигантский маховик.

Сначала было сопротивление. Потом — щелчок. И понеслось.

Ци, до этого плавная река, превратилась в бушующий горный поток. Она понеслась по каналам с такой силой, что тело затрепетало. Кости загудели, мышцы налились стальной упругостью, зрение стало кристально острым, а звуки — разборчивыми до шепота ветра за тридцать метров. Мир вокруг не замедлился. Он стал… гиперреальным. Каждая деталь, каждое движение — всё было выписано с невероятной чёткостью.

Но за это пришлось платить. Узел Ци выл от напряжения, каналы горели огнём. Я чувствовал, как энергия выжигается с чудовищной скоростью. У меня было минуты три. Не больше. Потом — пустота и, возможно, смерть от перегрузки.

Я открыл глаза. Они, как потом сказал Мишка, горели холодным золотым огнём.

— Я иду, — сказал я, и мой голос прозвучал чужим, металлическим. — Жди сигнала.

Я не стал пробираться тайком. Я шагнул в проём разбитых ворот цеха и громко щёлкнул ножом о металлическую стойку.

Звук, громкий, как выстрел, замер в пустом пространстве.

Мелькающий силуэт в центре цеха замер. На полную секунду. Потом медленно, очень медленно развернулся ко мне.

Впервые я увидел его чётко. Рост под два метра, сухое, поджарое тело, покрытое гладким, серо-стальным панцирем. Руки и ноги неестественно длинные, заканчивающиеся не кистями и стопами, а длинными (с полметра), изогнутыми, как ятаганы, костяными клинками. Лица не было — только щель рта, полная игл, и два узких, вертикальных глаза, светящихся холодным, бирюзовым светом. Его аура была сконцентрирована вокруг этих клинков, делая их края размытыми, вибрирующими.

Он не зарычал. Он издал короткий, высокий свист — звук точильной стали. И исчез.

Не побежал. Исчез.

Мой раскрученный малый круг и обострённое восприятие сработали как один. Я не видел его движения. Но я чувствовал смещение воздуха, вибрацию пола, крошечное изменение в потоке его чужеродной энергии.

Я активировал «Рывок»

Но не так, как раньше. Теперь, с бешено циркулирующей Ци, это было не включение навыка. Это была сонастройка что ли. Я просто позволил части этого внутреннего урагана вырваться по знакомым каналам ускорения.

Мир не просто замедлился. Он остановился.

Для Мишки, наблюдающего с крыши, всё происходило в одно мгновение. Вспышка движения, лязг металла, искры — и снова тишина. Он не видел ни меня, ни «Клинка». Только смазанные следы, призрачные послеобразы, мелькающие в разных концах цеха.

Для меня же это были долгие, выверенные, невероятно детальные секунды.

«Клинок» материализовался прямо передо мной, его левый «клин» уже в движении — диагональный удар снизу вверх, направленный мне под ребра, чтобы распороть начисто. В моём остановившемся мире лезвие плыло медленно, но неумолимо.

Я не стал уворачиваться. С таким уровнем скорости уворачиваться бесполезно — он всегда будет быстрее. Вместо этого я сделал микрошаг навстречу, в безопасную зону прямо у его «запястья». Мой нож (обычный охотничий, не клинок) метнулся в точку соединения костяного лезвия с телом — в сустав, который в этот момент был максимально напряжён.

Удар. Твёрдый, как удар по камню. Кость треснула, но не сломалась. «Клинок» даже не дёрнулся — в его восприятии атаки ещё не было. Но его траектория сместилась на сантиметр. Лезвие просвистело мимо моего бока, разрезав куртку и оставив на коже тонкую, горящую линию.

Я уже был не там. Рывок закончился, но инерция внутреннего урагана Ци и остаточное ускорение бросили меня в сторону. «Клинок», наконец осознав промах, исчез снова, оставив после себя лишь свист.

Он появился справа. Не атакуя. Он изучал. Его бирюзовые глаза сузились. Он понял, что