Гарем на шагоходе. Том 13 - Гриша Гремлинов

class="p1">В этот самый миг экран мигнул. Изображение подёрнулось рябью, полосами помех и погасло. Репортаж прервался. В салоне «Улитки» повисла оглушительная тишина. Стало отчётливо слышно мерный гул двигателей и чавканье кошкодевочки. Надпись «СИГНАЛ ПОТЕРЯН» зловеще мигала красным.

— Каспер? — голос Мунина дрогнул. — Что случилось? Глушилка?

— Отрицательно, — бесстрастный голос искина прозвучал в динамиках. — Анализ спектра показывает отсутствие активного подавления сигнала. Причина потери связи: неоптимальная геометрия расположения спутников-ретрансляторов в сочетании с рельефом местности. Банальная «мёртвая зона».

Мунин молчал секунду.

— Статус? — потребовал он. — Последний статус⁈

— Последний зафиксированный статус объекта «Избушка»: вероятность уничтожения в течение следующей минуты — 34%. Вероятность получить приз за фигурное катание на тысячетонной машине — 66%. Для обновления данных требуется восстановить соединение.

— Нужно быстрее добраться до цивилизации… — пробормотал Мунин и вдавил кнопку на приборной панели, отключая автопилот.

Ангорийка тоже захотела что-нибудь нажать и уже потянула пальчик, но получила по руке и обиженно надулась.

— Сэша, пристегнись. И держи своего лиса. Сейчас нас немного… в общем, держись.

Мунин перевёл машину в форсажный режим. Пламя вырвалось из турбин яростным голубым конусом. «Улитку» швырнуло вперёд так, что Хики превратился в пушистый блин на груди у Сэши.

Время в пути резко сократилось.

Переход от Пустоши к Лазурному Оазису походил на пощёчину. Только что под брюхом машины проносились унылые, выжженные солнцем равнины цвета ржавчины, и вдруг, словно по мановению волшебной палочки, мир изменился.

Вдалеке показалась зелень.

Не чахлые колючие кустики, борющиеся за жизнь, а сочная, жирная, наглая тропическая зелень. Пальмы, раскачивающиеся на ветру. Газоны, подстриженные с точностью до миллиметра. И вода. Много воды. Бирюзовые озера, соединённые каналами, сверкали на солнце, как драгоценные камни.

Среди этого великолепия белели корпуса спа-отелей с бассейнами на крышах, над водой нависали террасы ресторанов, отдельно стояли невероятно респектабельные особняки. Весь этот анклав роскоши был обнесён высокой стеной, облицованной панелями из смарт-материала, меняющего свой цвет в зависимости от освещения. Над забором лениво дрейфовали огромные рекламные баннеры, расхваливающие казино «Фортуна», «Золотой Скарабей» и спа-процедуры с использованием лечебной грязи со дна озёр.

— Ну, ничего себе! — выдохнула Сэша, прижавшись носом к стеклу. — Красота, кити-кити!

— Это Лазурный Оазис, — сказал Мунин. — Туристический курорт в геотермальной котловине. Закрытая экосистема. Микроклимат поддерживается источниками и системой климатических мембран на периметре. Вход только для состоятельных гостей.

— А нас пустят?

— Нас пустят, — сказал он. — Стоянка для транзитного транспорта — открытая зона. Биометрию, правда, снимут. В город — с ограничениями, но зайти пешком может любой, у кого есть базовая верификация личности.

— Здорово! — Сэша потянулась, разминая косточки. — А там мороженое продают?

— Там, судя по прейскурантам, продают абсолютно всё.

— Значит, мороженое тоже. Кити-кити!

«Улитка» снизилась к стоянке — огромной площадке на южной границе города. Ряды парковочных ячеек для флайеров, аккуратно размеченные белым, с указателями на пяти языках. Там стояли разнообразные машины: туристические флайеры с яркими корпусами, несколько тяжёлых кемперов-«дирижаблей», одна летающая яхта класса «люкс» с хромированными поручнями и белоснежной палубой.

Мунин посадил «Улитку» в крайнюю ячейку — подальше от остальных машин, как он всегда делал. Заглушил двигатели и выдохнул. Маскировка машины ещё на подлёте вернулась в режим «обычный семейный транспорт».

АРИСТАРХ. ОБНАРУЖЕНА ЛОКАЛЬНАЯ СЕТЬ «ОАЗИС-НЕТ». УРОВЕНЬ ШИФРОВАНИЯ: ГРАЖДАНСКИЙ, НО С ЭЛЕМЕНТАМИ КОРПОРАТИВНОЙ ЗАЩИТЫ. ЗАПРАШИВАЮ РАЗРЕШЕНИЕ НА АКТИВНЫЙ ВЗЛОМ ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ КАРТЫ ГОРОДА И ПОИСКА ЦЕЛИ.

Мунин покачал головой, глядя на экран планшета.

— Отставить, Каспер. Не смей.

— Аргументируй. Взлом займёт 4,2 секунды. Мой алгоритм превосходит местную защиту, как гиперзвуковая ракета превосходит рогатку.

— Нельзя, — Мунин быстро проверил содержимое своего кейса. — Любое, слышишь, любое нестандартное подключение к «Оазис-Нет» — это триггер. У них стоит IDS класса «Эгида-12», я сам писал часть кода для её ядра пять лет назад. Она работает не на сигнатурах, а на поведенческом анализе. Ей плевать, как ты замаскирован. Она увидит аномалию в пакетах. Один лишний байт — и к нам приедет частная служба безопасности курорта. Ребята серьёзные, нервные и любящие стрелять без предупреждения. Я могу обойти защиту, но на это уйдёт время, которого у нас нет. Так что работаем без изысков.

— Принято. Перехожу в пассивный режим мониторинга. Скучно.

— Скучно — это хорошо, — пробурчал Мунин. — Скучно — значит, мы живы.

Он достал кейс с сервером Каспера, проверил крепление ручки и замки. Потом вставил в ухо блютус-наушник — небольшой, телесного цвета, незаметный.

— Идём пешком, — сказал Мунин кошке. — Быстро. Никакой самодеятельности. Понимаешь? Никакой. Мы идём тихо и не привлекаем внимания.

— Конечно, кити-кити! — улыбнулась Сэша, доставая пакетик фисташек. — Я умею тихо.

Мунин открыл дверь, вышел на раскалённый асфальт стоянки и повернулся к ней. Сэша выпрыгнула из салона. На ней был чёрный тактический костюм спецназовца, с нашивками, утыканный подсумками, в которых, судя по форме, лежали гранаты, магазины и, возможно, бутерброды. На макушке у неё торчали белые кошачьи уши. За спиной мотался пушистый белый хвост. На руках сидел крылатый лис с розовыми светящимися ушами. Над головой жужжала Ягодка.

Мунин обвёл её взглядом.

Потом посмотрел на толпу туристов у ворот курорта. Мужчины в белых футболках, дамы в широкополых шляпах и лёгких платьях, дети с мороженым в вафельных стаканчиках.

Потом снова перевёл взгляд на ангорийку.

— Сэша, — произнёс он тихо. — Ты… несколько выделяешься.

— Правда? — она с искренним удивлением осмотрела себя. — А что не так? Чёрный цвет стройнит! Я как тень! Я как ночь! Кити-кити!

— Ты как ходячая неоновая вывеска с надписью «Смотрите на меня!», — вздохнул Мунин.

— Это потому, что я красивая, кити-кити!

Мунин открыл рот. Закрыл. Почесал затылок.

— Да, — произнёс он в итоге. — Именно поэтому. Ладно, времени переодеваться нет. Будем импровизировать.

Мунин пошёл вперёд.

Сэша пошла рядом, пружиня на каждом шаге и крутя головой во все стороны с интересом туриста, который первый раз видит так много всего одновременно. Ягодка крутила объективом и, кажется, тоже присматривалась.

Они подошли к платёжному терминалу. Сканер сразу же скользнул лучом по сетчатке Мунина. Точнее, по линзам. Качественным, дорогим, с зарегистрированным владельцем. Он использовал для оплаты старый добрый денежный пульт, оформленный на то же имя.

— Заправка транспортного модуля, — сказал он в микрофон.

— Принято. Объём? — ответил