Гарем на шагоходе. Том 13 - Гриша Гремлинов

обстрела «Мехатирана»: три и семь процентов, — сообщила Вайлет, явно гордясь точностью данных. — Но он привлекает внимание. Одно из хвостовых орудий Горыныча переключается на него.

— Отличная работа, Беркут! — крикнул я.

— РАБОТА⁈ — взревел он. — Да мне просто охота набить этому дракону морду! Ты там со своей полировкой долго ещё⁈ У меня снаряды не бесконечные!

— Держись!

Один из трёх хвостов Горыныча — средний, самый длинный — повернулся в сторону «Мехатирана» с плавностью огромной стальной анаконды. Скорострельная пушка типа «Вулкан» посмотрела прямо на тираннозавра. Блок стволов раскрутился с нарастающим воем и открыл огонь. Очередь снарядов пошла к «Мехатирану».

Беркут ушёл. Вот так просто — резким уклоном влево, потом вправо, потом прыжком за следующую гряду. Для его габаритов это было почти нагло, но рейдерский класс предполагает маневренность, а Ди-Ди успела неплохо отремонтировать старого хищника. Снаряды вспахали землю за его спиной.

— ПРОМАЗАЛ, ЯЩЕРИЦА НЕДОБИТАЯ! — разнеслось из динамиков «Мехатирана». — У ТЕБЯ ТРИ БАШКИ, А МОЗГОВ НИ В ОДНОЙ НЕТ!

— Вайлет, — произнёс я. — Статус «Гелиос-Гаммы».

— Зарядка завершена на девяносто восемь процентов, — немедленно откликнулась она. — Боеготовность через восемнадцать секунд.

Я откинулся в кресле. Ситуация была предельно ясной и предельно паршивой одновременно. Горыныч превосходил нас по огневой мощи в несколько раз — это математика, а не пессимизм. Броня его держала наши залпы с таким же безразличием, с каким скала держит дождь. Отступить? Он нас не отпустит. Запас хода у «Избушки» конечный. Запас боеукладки тоже.

Значит, выбор один. Не уходить. Идти вперёд. Напролом.

Искать слабое место и бить туда. Снова и снова, пока оно не проломится.

— Восемнадцать секунд, — сказал я себе тихо. — Нужно продержаться. Шондра, Кармилла! Слушать внимательно! Горыныч не даст нам просто так прицелиться. Нам нужно подобраться ближе и ударить наверняка. Мы пойдём в лобовую.

— Ты рехнулся, Волк! — выдохнула Лекса. — Он нас испепелит!

— У нас нет выбора, — отрезал я. — Отступать некуда. Позади — Лиходар, впереди — смерть. Значит, всё или ничего!

В этот момент центральная голова Горыныча, проигнорировав Беркута, снова повернулась к нам. Дракон явно решил, что старый «Тиран» подождёт, а главная заноза в заднице — это мы.

— МАНЁВР УКЛОНЕНИЯ! — заорал я.

Кармилла уже маневрировала. Но в этот раз луч лёг точнее.

Он пришёл снизу-слева. Горыныч скорректировал угол, взяв поправку на нашу скорость. Кармилла бросила «Избушку» вправо, и луч прошёл не в метре и даже не в четырёх — он прошёл впритирку к левому борту.

Я услышал звук раньше, чем понял, что произошло.

Металл не горит с таким звуком. Он не скрипит и не трещит. Он просто вдруг начинает петь — высоким, вибрирующим звуком расширяющегося от запредельного жара материала. Левый борт «Избушки» принял край луча.

На всех экранах вспыхнуло красным.

— Броня левого борта, секции с четвёртой по восьмую, — доложила Вайлет. — Деформация внешней обшивки. Температура поверхности восемьсот семьдесят градусов и снижается. Потеря структурной целостности двенадцать процентов.

— Ди-Ди!

— Я вижу, вижу! — Рыжая механик уже работала на своей консоли. — Ядрёна гайка, да вы хоть понимаете, что сейчас произошло⁈ Эта дрянь сварила восемь болтовых соединений в единый монолит! Если бы луч прошёл чуть ближе, он бы пробил до внутреннего корпуса! А там кабели силовой шины! А за ними боеукладка левофланговых орудий!

Её руки продолжали порхать над клавиатурой, а голос захлёбывался смесью ужаса и инженерного восторга:

— Короче! При прямом попадании этого луча в корпус, сначала вскипит охлаждающая жидкость в гидравлике! Потом сгорит вся электроника на поражённых секциях! Потом — и это самое интересное — тепловая волна через броню начнёт нагревать воздух внутри! При достижении двухсот градусов начнут детонировать инициирующие капсюли в боеукладке! Это цепная реакция! Дальше всё! Финал! Капут! Нас даже хоронить не придётся!

Она на секунду прервалась, набирая в лёгкие побольше воздуха, и закончила:

— Вода в наших телах закипит мгновенно! Кровь превратится в пар и разорвёт вены! Мозги сварятся в черепной коробке за две секунды! Останется только хорошо прожаренный радиоактивный мясной паштет с хрустящей корочкой! Причём хрустящей корочкой будет то, что осталось от брони «Избушки»!

— Спасибо за кулинарный экскурс, Ди-Ди, — процедил я. — Нам нужна скорость. Если он не может нас поймать, он не может нас поджарить.

Я посмотрел на вампиршу. Её глаза вспыхнули новым азартом, а на губах расцвела предвкушающая улыбка.

— Экипаж! Приготовиться к манёвру «Паникующая Курица»!— распорядился я.

— К чему⁈ — хором переспросили девушки.

— Выполнять! Кармилла, врубай форсажные турбины!

Вампирша уже нажимала нужные тумблеры на панели управления. Из задней части «Избушки» выдвинулись массивные дюзы, предназначенные для движения на ускорении.

— Они же холодные! — экспрессивно возразила Ди-Ди. — Их прогревать надо! Они работают на ракетном топливе. Это не реактивный двигатель с плавным вектором тяги. Это ракетные ускорители! Они должны греться перед запуском минимум сорок секунд на холостом ходу. Это не прихоть, а физика рабочего тела! Если запустить их холодными, давление в камере сгорания будет нестабильным. Мы получим неравномерную тягу. Это значит, что вместо рывка вперёд «Избушка» может уйти в неконтролируемый поворот, или хуже — один из ускорителей даст обратный импульс и нас развернёт боком прямо под удар!

— Ди-Ди, — сказал я спокойно. — У нас нет сорока секунд. И мы уже это делали, придётся повторить.

Она закрыла глаза. Открыла. Посмотрела на меня.

— Ядрёна гайка…

И начала печатать.

— Запускаю форсажные турбины без прогрева, — её пальцы летали по клавишам. — Компенсирую нестабильность давления принудительным впрыском форсажного окислителя через дополнительный инжектор на треть секунды раньше цикла. Если расчёт верен — получим девяносто два процента от расчётной тяги с допустимым отклонением вектора в пять градусов. Если расчёт неверен…

— Если неверен, можно уже ни о чём не беспокоиться, — закончил я за неё.

— Именно, — согласилась она мрачно.

— Кармилла. Готова? — уточнил я.

— Я рождена для этого момента, — сообщила вампирша, не оборачиваясь. Её пальцы уже обхватили оба основных рычага. — Будет весело!

— Будет очень весело, — поправил я. — Все слышали? Пристегнитесь и держитесь крепче. Шондра, не прекращай огонь. Ядвига, правофланговые турели, подавляющий огонь, мешай ему целиться.

— Не изволь беспокоиться, касатик! — Ядвига воинственно потрясла виртуальной клюкой. — Я этому аспиду сейчас глаза-то повыколю!