Книжники. В объятиях прошлого - Ирина Фуллер

— Да, конечно. Я вернусь, и мы поговорим. Если решите побеседовать с этим переплетчиком, Тимуром, Аврелий вас проводит. Спасибо, мистер Холмс, я очень на вас рассчитываю.

С этим она откланялась и покинула Библиотеку.

Дело оказалось легким и заняло не более трех часов с учетом дороги. Персонаж сбежал в больнице: видимо, кто-то из пациентов спасался от скуки нашумевшим триллером. Герой оказался врачом, поэтому персонал клиники решил, что высокий мужчина с взлохмаченными волосами и весьма резкими суждениями — их чудаковатый коллега, возможно, чей-то семейный доктор, решивший навестить больного в палате. Сам персонаж тоже не спешил покинуть место разрыва, пытаясь поставить диагнозы всем пациентам, попадавшимся на пути.

В Библиотеке, прежде чем бежать на поиски Холмса, Констанция поставила в турнирной табличке «+1» под своим именем.

Аврелий ворковал с Ариной, едва не вызвав у Констанции гневный припадок. Но когда он между делом пояснил, что Холмса у него забрали Илья Петрович и Ю, она признала невиновность стажера.

Поиски привели ее в Архив.

Едва она открыла дверь во владения Нинели Владленовны, как та резко спустилась с табуретки, стоявшей у окна, и замахала руками. Прошло несколько секунд, и, сдавшись, она выпустила дым изо рта, потом залезла обратно на табурет и закрыла форточку. Ее мощные сапоги на толстой подошве оставили светлый пыльный след на тканом сидении.

— Нинель Владленовна, вы что, курили? — спросила Констанция осуждающе.

Хранительница архива в вызывающей леопардовой рубашке неторопливо подошла к высокой деревянной стойке и низким хриплым голосом ответила:

— Совсем что ли, Непейвода? Курила? В библиотеке? Одна искорка, и тут сгорит все к едрене-фене.

Однако Констанция была абсолютно уверена, что заметила, как Нинель Владленовна потушила сигарету о подоконник, видела дым и, главное, отчетливо ощущала табачный запах.

— Ладно… скажите, вы Илью Петровича, московского коллегу из Внутренней службы, видели?

— Ну, — утвердительно прохрипела Нинель Владленовна. — Приходили-с… С персонажем, главное. Совсем он там, в своей Москве, страх потерял. Центральный аппарат, так все можно? И, думает, я дура такая! Говорит, мол, это мой коллега. Сантехник наш Афанасий тебе коллега, а я что, персонажа не отличу? Скоро четверть века, как тут работаю.

— Значит, и Клару хорошо знали… — задумчиво произнесла Констанция.

Нинель Владленовна тут же подобралась, скрестила руки на груди и нахмурилась, отчего морщинки на лбу стали заметны как никогда.

— Ну! — бросила она сухо.

— Вы что… не ладили?

— Ой, и ты решила в сыщики податься? — Нинель Владленовна вздохнула, прокашлялась. — У меня так-то своя работа есть, дорогуша.

— Кстати, об этом, — Констанция выудила из сумки ловца с персонажем-врачом и, пока передавала его, заметила. — Неудивительно, что вас все расспрашивают, вы ведь как будто знаете тут все обо всех. А Клара к тому же… была какая-то… странная. Вроде бы милая, но на самом деле — совершенно закрытая. Как будто чрезмерная любезность — это только маска…

Повисла многозначительная пауза.

— Так и есть, Непейвода, так и есть. И никто ее толком не знал. Сколько работала здесь, помилуется, помилуется, а потом раз — и до свидания. И никто никогда не знал, где она живет, чем занимается в свободное время, что любит, что не любит. Я и с Христой это не раз обсуждала, она то же говорит. Ну, натурально закрытая книга, понимаешь.

Констанция оперлась о разделяющую их стойку и чуть склонилась вперед:

— Как думаете, почему? Может, у нее были какие-то… личные тайны?

— Личные тайны уж точно были, — кивнула Нинель Владленовна уверенно. — Знаешь, когда два с лишком десятка лет работаешь в одном и том же месте, если о тебе не знают всю подноготную, это не случайность. Ну ладно в рабочее время, все на ушах, разрыв, ловец, туда-сюда. Не до этого. Хотя с Христой-то они, ну, постоянно там пересекались. Но предположим… Только мы ведь на спартакиаде, на корпоративе, на шашлыках… И что? Да ничего!

Констанция понимающе закивала. Вот только, наверное, и про нее так говорили. Она ведь тоже и на спартакиаде, и на корпоративе, и на шашлыках — «что? Да, ничего».

Хватило одного корпоратива, на котором она наговорила и наделала такого, что всю жизнь вспоминать будет. С тех пор Констанция не выпивала в компании коллег и уж тем более не делилась с ними личным.

— А про семью ее хотя бы что-то известно?

— Да ничего! — воскликнула Нинель Владленовна, разгорячившись.

Кажется, ее это серьезно задевало.

— Но детей-то нет. Уж думаю, хоть раз бы, да обмолвилась. Я уж не знаю, как можно ни разу за столько лет ни чуть не рассказать! Да и ей лет-то сколько было, пятьдесят два — на два года меня старше. А работает в Библиотеке двадцать два года. Соответственно, в тридцать пришла. Ну, и я через год. Так взрослого-то ребенка быть не могло. Если про взрослого еще как-то можно умолчать, то про малолетнего как? Я с Димкой постоянно то в поликлинику, то на линейку первого сентября, то на огонек. А она ни разу, — Нинель Владленовна многозначительно подняла палец в воздух, — ни разу, Непейвода, не пропустила рабочий день, не опоздала и не ушла раньше времени. Я думаю, у нее никогда никого не было.

А вот это было странно. И не болела никогда? Не довелось сходить к зубному или подать документы строго в рабочие часы?

Сердце Констанции застучало быстрее. А не была ли сама Клара тем самым персонажем, о котором сказал Холмс? Она попыталась вспомнить, как именно он сформулировал это.

«В Библиотеке был еще один персонаж».

Ей тогда показалось, что Шерлок намекнул на убийцу, но на самом деле он не указал на это прямо.

Констанция попрощалась и пошла искать сыщика. На втором этаже у мраморной лестницы она обнаружила всю компанию: Холмс, Илья, Ю.

— Вот вы где! — возбужденно воскликнула она. — Где вы были? Я обыскалась. Я же оставила с Холмсом Аврелия. Зачем вы его забрали?

— Напомню, я уполномочен расследовать это дело, — пояснил Илья строго. — Но это, конечно, очень любезно с твоей стороны — раздавать указания вместо меня, будто бы я просил о помощи.

Констанция забыла, что обходительность Ильи исчезала, стоило кому-то из коллег оказаться рядом. А уж если она начинала хоть каким-то образом доминировать, он тут же спешил осадить ее.

Пока она искала в меру острый ответ,