Командор. Том 4 - Никита Киров

— Н-нормально, господин генерал, — ответил он.

— Слышал, ты отличился. Хорошо стрелял. А это что?

— Часы отца, — Загорский показал их мне. — Он передал их мне, но они попали к деду, а тот прислал мне. Там несколько десантников выжило, смогли сбежать из плена.

Уже все слышали версию, что это генерал Владимир Загорский лично вызвал огонь на вражескую крепость, когда император Хардален потребовал от него, чтобы тот обратился к войскам с приказом сложить оружие.

Ну, генералом он был хреновым, но зато в самом конце не навлёк позор на свой род и искупил многое из того, что совершал. А часы, принадлежавшие самому Молоту империи, достались последнему выжившему из династии.

Хотя почему последнему? Ведь дети Романа Загорского и Катерины Громовой носили две фамилии. Старший сын тогда стал Громовым, а младший — Загорским.

— А кто у тебя был? — спросил я, начиная догадываться.

— Генерал Станислав Варга, господин генерал. Спрашивал о самочувствии, и что планирую дальше.

— Понял. Отдыхай, боец. Мои соболезнования за отца. Хороший был человек.

Он кивнул и снова посмотрел на часы, а потом надел их на руку.

* * *

К императору было сложно попасть, но для генералов делали исключения. Станислав Варга был и здесь, совсем недолго. Конечно, император Алексей на его вопросы отвечать не мог, но зато Варга посмотрел на него.

Я нашёл его на академическом острове, за тем парком, где были могилы Небожителей прошлого и Наблюдателей Великих Домов, а также императоров и героев империи.

Услышал его по кашлю, но кашель уже был не такой страшный, как все говорили. Он ходил вдоль могил и склепов, а я шёл вслед за ним.

Некоторые надгробные камни посекло осколками, но надписи можно различить. Завтра здесь будут похороны, все отдадут почести Анатолию Варга и похоронят ещё двоих человек — генерала Владимира Загорского (его похоронят символически, потому что тело не нашли) и его сына Валерия, полковника морской пехоты, и я тоже приду.

Тот, за кем я шёл, постоял рядом с местами для могил, а потом остановился у другой могилы — Яна Варга. Затем он постоял рядом с усыпальницей Громовых, глядя на памятник Катерине.

Её душа была рядом, и она погрустнела, это я чувствовал. И узнала его.

И, наконец, он остановился рядом с последним памятником.

«Здесь лежит Молот империи», — гласил простой текст. В народе верят, что когда империя будет в опасности, генерал Роман Загорский должен пробудиться и снова её спасти.

Меня он заметил давно, но не останавливался. Только сейчас ждал.

— Это уже не первая моя могила, которую я вижу, — сказал он чужим хриплым голосом. — Полагаю, вы когда-то были друзьями? Я не хотел занимать его тело.

— Я знаю… ты не он, верно? Ты Небожитель? Я чувствую это.

Он слегка кивнул.

— Генерал Роман Загорский? — спросил я, и он снова кивнул. — Это ты был в той свече. И Станислав, в котором была кровь Инжи, смог тебя принять. И когда нам не хватало его самого, прибыл ты и помог.

— Возможно. Это не моё время, и я уже не хочу знать, что здесь происходит, но приходится, — сказал он. — Я и так слишком задержался. Уже не в первый раз вижу могилы тех, кого любил.

— Понимаю, — я кивнул. — Ко мне пересаживали душу Яна Варга. И он вспоминал тебя.

— Янек-Янек, — он покачал головой, но улыбнулся. — Такой же упрямый, как тогда. А я занял тело его потомка. И сестра этого Станислава так радовалась, когда меня увидела, а я ей не сказал. Она ещё ничего не поняла. А потом… Ладно, что там у нас дальше? — генерал начал вставать. — Пока я жив, буду воевать, такова моя судьба, — произнёс Молот империи уверенным голосом.

Этот генерал именно тот, каким я себе его представлял. Старый вояка, который готов драться дальше, раз это нужно. Но… за него просил тот, кто понимает, какова цена такой долгой жизни.

— Возможно, не потребуется, генерал. Ян передал просьбу напоследок. Он говорил, что вы устали, и что вы разделены с той, кого любили.

— И что? — с подозрением спросил генерал.

Я поставил на его могилу свечу.

— Я кое-что получил от узурпатора и от свечи Катерины. Я могу забрать вашу силу и душу, как пытался сделать он. И объединить их, чтобы вы были вместе.

— Но что для этого нужно? Это было бы… я бы этого хотел, — произнёс он.

— Мне нужна ваша помощь.

— И в чём? — он посмотрел на меня.

— У вас тело моего друга. Оно восстановилось, я вижу, силы Небожителя его спасают, но… нет гарантии, что сработает, когда вы уйдёте. Но я хочу попытаться. Война ещё идёт, нам нужны генералы, такие как вы, или как Станислав. А я ещё хочу сдержать слово, которое давал Яну, чтобы не терзать вас больше, но хочу спасти и моего друга. У меня погибло много друзей, но тех, кого я мог спасти, я спасал. И здесь ещё можно попытаться.

— Дышать мне уже легче, — сказал генерал Загорский. — Я… помогу, чем смогу… какой ритуал?

— Я проведу его сам…

— А ты же потомок Павла Климова? — он усмехнулся. — Хороший был пилот, но пошёл против своей семьи. Зараза… а я же его чуть тогда не расстрелял. Вот бы сейчас проблемы у нас были, да?

— Да. Вы готовы?

— Нет. Хочу кое с кем поговорить напоследок, — генерал рассмеялся. — У нас тут встреча с одним моим знакомым, который всё ещё жив. Внук моего давнего противника. Поприсутствуешь?

— А о ком вы… я понял.

Я увидел, как в его сторону бодро шёл генерал Конрад Рэгвард.

— Да, конечно. Думаю, я смогу…

* * *

Эпилог.

Год спустя. Фледскарт, Инфиналия…

На месте кинотеатра, где мы тогда отбивались от войск Салаха, уже построили памятник. На нём не было людей, были только сваренные между собой винтовки, автоматы и пушки в виде силуэта боевой ригги.

Это должно было означать, что империя сражалась здесь сама с собой, но выстояла несмотря на все козни врагов.

Город понемногу отстраивали. Иногда были столкновения с наиболее радикальными сепаратистами, но основная масса давно уже устала от войны.

А я прибыл