Командор. Том 4 - Никита Киров

В небе показалась последняя крепость «Императрицы», которую держала на лету душа Инжи Дерайга. Иногда я говорил с ним, чтобы герой прошлого не чувствовал себя одиноким. И помнил об обещании, которое я ему дал, чтобы я его забрал, когда крепость станет ненужной.

Ещё одна свеча Небожителей стояла в центре империи на академическом острове, очень яркая, сплавленная из душ Романа Загорского и Катерины Громовой. Они не говорили с окружающим миром, но перед тем, как они сплавились вместе, оба были счастливы.

Сейчас я находился на земле, на базе, и ждал, когда крепость сядет. После занял позицию и поднял руку в знак воинского приветствия, пока десант выгружался.

— Чего так долго? — возмущался Ван Ли, начальник штаба имперского десанта. — Уже давно должны были начать.

— Парад — не война, — сказал я. — Но к парадам у нас порой готовятся лучше, чем к войнам.

— Ты прав, — шепнул он. — Но всё равно непорядок.

Сейчас я, как имперский генерал и командующий десантом, встречал войска на земле.

— Господин генерал! — начал командор Бронин, когда его часть расположилась передо мной. — десант крепости «Императрица» прибыл для выполнения памятных мероприятий.

Я пожал ему руку.

— Трубку взял? — очень тихо спросил я.

— Ещё бы, — он усмехнулся. — Сегодня можно раскурить.

Чуть позже поздоровался с командором Флетчером, который командовал десантно-штурмовой бригадой. Теперь весь десант числится имперским, но звание командора мы оставили в армии.

Конечно, у Бронина положение почётнее, но зато у Флетчера больше людей.

— Какие хорош-ш-шие с-с-сапоги у тебя, — прошептал Флетчер, когда мы остались с ним наедине.

— Потому что я генерал, а ты ещё нет, — я оглядел его. — Как жена?

— Пацана родит скоро, — он улыбнулся.

Про развод со своей женой после того, как Флетчер прибыл её спасать, они больше не вспоминали. У Бронина тоже неплохо, его сын после всего попросился в десант, и отец был этим доволен, правда, гонял его похлеще остальных.

У кинотеатра расчистили площадь, и там уже выстраивались гвардейцы. Пашка Шутник очень не хотел уходить из десанта, но император настоял на этом и хорошо наградил своего спасителя, и теперь майор Шульгин командовал батальоном «Нерских стрелков». Это очень большой скачок для простого парня из пригорода, но он не зазнавался, и о десантном прошлом не забывал.

— Помнишь, как меня на себе тащил, Павел? — тихо спросил я.

— Не забуду, — отозвался он. — Будто целую жизнь назад было.

Я тогда был простым капитаном, а он вообще рядовым. Но его карьера теперь будет подниматься сильнее, ведь он же спас императора.

Рядом с памятником расположился первый батальон десанта под командованием майора Зорина. Там же была бронетехника, новые лёгкие десантные бронемашины, которые разработал завод Риггера.

— Как они тебе, Лёша? — спросил я.

— А неплохо, — отозвался он, разглядывая траки. — Вот были бы у нас такие раньше, вообще был бы счастлив.

— Домой ездил?

— Ага. Меня там все фоткают, — он показал на усеянную орденами и медалями форму. — В школы зовут. А я хрен знает, что говорить.

— Говори честно. Тебя за это ценят, а не за красивые слова.

Сегодня я позволил себе общаться попроще. Но все знают, что если что-то начнётся, я снова стану генералом, и они будут выполнять мои приказы. Всё для того, чтобы спасти империю от новой угрозы.

Хотя сейчас в империи стало проще, и можно было вздохнуть. Сепаратисты на архипелаге не наглели, потому что некому было их поддерживать. Ведь в Дискреме шла гражданская война, Накамура воевали с Ямадзаки, а Рамари с Лихтари. Ну а вернувшиеся войска Хардаленов шли к ним наёмниками, потому что их Высший Дом окончательно ослаб и перестал быть самостоятельным игроком. Не зря тогда император позволил им вернуться, и это сильно расшатало баланс.

Впрочем, мы не расслаблялись. Это наш древний враг, и как только закончит распри, снова будет строить против нас интриги.

— Где разведчики из разведкорпуса? — спросил я, оглядывая людей. — Здесь только молодёжь.

— Они же в других войсках, — напомнил мне старший офицер-инспектор десанта Брюс Кеннет. — Ермолин же в отставку ушёл, рыбачить собрался. А Джамал должен явиться.

— А ты сам как? В отставку намылился?

— Не-е, — Кеннет помотал головой. — Пока нет. Только отпуск возьму, а то зовут в кино сниматься. Про шестую роту нашу. А я думаю — чего бы и нет?

Полковник Джамал, бывший разведчик и новый командующий гарнизоном Фледскарта, явился сам. Его отец, генерал Салах, был предателем и сепаратистом, но сам Джамал доказал свою верность империи, и сейчас восстанавливал свои родные земли.

А Ермолин всё же явился.

— Ну как тебе рыбалка? — спросил я. — Не надоело ещё?

— Рыбалка там — во!

И в доказательство этого пожилой разведчик поднял не обрубок большого пальца левой, а на правой, где пальцы были в норме.

— Смотри мне, — сказал я. — Если захочешь, звони мне, я тебя полковником сразу устрою.

— Не, командир, я уже старый, — он засмеялся. — Дорогу молодым надо дать, а мне и на рыбалке хорошо. Верно, пустынная морда?

— Тише, — прошипел Джамал. — Вечно за своё…

Они стали тихо припираться, а я наблюдал, как десант и гвардия располагаются вокруг памятника. А по краям площади приходили гражданские. Среди них немало тех, кто когда-то воевал против нас. Кто-то до сих пор зол, но многие уже поняли, что были марионетками в чужих руках.

Это не значит, что распри забыты. У пустынников хорошая память, и они помнят обиды долго. Но мы работали, чтобы не было нового восстания.

И вот, последний участник, кого я ждал.

— Дмитрий, рад снова вас видеть, — Станислав Варга протянул мне руку и тихо откашлялся.

— Поздравляю с назначением.

Он был назначен командующим имперской армии на архипелаге Меркато, и все понимали, что вот кто-кто, а он удержит его любой ценой. Он вообще считался героем прошлых войн, но у него начиналось раздражение, когда его хвалили за оборону Нерска. Ведь он считал, что не участвовал, и не хотел присвоения чужих заслуг.

Но молчал, ведь никто бы не поверил, что вместо него был другой. И тихо мне признавался, что ему было чему поучиться у старого генерала, который занимал его место,