Любовь всей моей смерти. Том 2 - Дэпаранг

Она совершила ошибку. Глядя на лицо собеседника, Шихён еще больше убедилась в этом. Что же это было – головокружение от успеха или же обострившаяся чувствительность из-за тех, кто постоянно нарушал ее душевное равновесие? Шихён обвинила себя в детском поведении и тут же принесла свои извинения Хёнмину. Мимолетная тень, коснувшаяся его лица, заставила мужчину нахмурить брови. Но Хёнмин тут же приветливо улыбнулся как ни в чем не бывало и сам же и заступился за Шихён.

– Вы, должно быть, устали, а я слишком уж вас взбудоражил. Давненько уже я так сильно не погружался в проект в процессе наблюдения за ним, так что слегка переусердствовал.

Как только Хёнмин ответил ей, не придавая случившемуся особого значения, внимание всех окружающих тоже ушло от нее. Он отступил на шаг, уступая дорогу. До самого конца он не переставал улыбаться, заставляя ее, наоборот, смущаться еще сильнее. Казалось, он больше не собирался препятствовать Шихён.

Девушка бросила на него растерянный взгляд и снова отвесила ему поклон, извиняясь. Избегая Хёнмина, который жестом давал понять, что все в порядке, она осторожно обернулась. И прежде чем она успела сделать хоть шаг, кто-то другой преградил ей путь.

«Ну кто там еще…»

Ее тело невольно содрогнулось. Шихён бессильно подняла взгляд на тень у нее над головой. Как и следовало ожидать, это, словно сосна, нависал Чжихан. Когда ситуация повторилась, она фыркнула – эти двое словно шли друг с другом в одном наборе, были неразлучны, как игла и ниточка, и появлялись перед ней один за другим. Стоило только появиться Хёнмину, как тут же возникал и Чжихан, и наоборот, стоило появиться Чжихану, как внезапно вслед за ним возникал Хёнмин.

Подозрения уже переполняли ее через край. Даже без дополнительных объяснений она и так даже не предполагала, а была уверена в том, что это точно не простое совпадение, – эти двое определенно были как-то связаны. Казалось, их совершенно не интересовало, какие выводы сделает сама Шихён. Они лишь развязали странную моральную битву, поместив ее между собой.

– Режиссер будет искать вас для организации следующей съемочной площадки, разве вам можно так свободно здесь шататься? – Чжихан первым обнажил клинок.

– Я и сам отлично справляюсь с управлением своим графиком, так что вам не о чем волноваться.

– И поэтому у режиссера Пака постоянно недовольное лицо.

– Ну, он не первый день на все так остро реагирует, – спокойно парировал Хёнмин.

Казалось, это был обычный будничный диалог, но, если внимательно прислушаться, можно было заметить, что мужчины находились в обостренном противостоянии.

«Да что это с ними такое?»

Шихён была в замешательстве. И ее забавляло смотреть на то, как два парня обмениваются колкостями друг с другом. Удивленная столь абсурдной ситуацией, Шихён сама не заметила, как с ее губ слетел унылый смешок. Взгляды обоих мужчин тут же сурово впились в нее. В них мелькнула легкая обида. Казалось, будто они громко вопрошали ее: «Как думаешь, из-за кого все это?» Но, что бы эти двое ни делали, ей нужно было встретиться с Вольчжин. Та уже довольно долго ждет ее в одиночестве, так что у Шихён не было больше ни времени задерживаться, ни сил. Поскольку, если бы она начала оправдываться, был риск того, что к ее словам придерутся, Шихён решила рискнуть показаться грубой. Она равнодушно отвернулась от следивших за ней взглядов и начала уходить.

– До свидания!

Растерянные лица Хёнмина и Чжихана достались ей в качестве приятного бонуса. Поскольку это была их первая съемка, определенно планировалось афтерпати, но Шихён ясно дала понять, что отказывается на нем присутствовать. А затем, тут же приводя свои намерения в действия, она буквально сбежала. Шихён ни разу не оглянулась. Она мчалась, словно сумасшедшая, туда, где ее должна была ждать Вольчжин. Девушка усердно передвигала ногами, с ее губ слетало прерывистое дыхание. Шихён направлялась к Вольчжин, словно скаковая лошадь, не видящая препятствий.

Вскоре в поле ее зрения показался силуэт Вольчжин. Она беззаботно отдыхала, лежа на скамейке. Девушка бесцеремонно широко зевнула, не скрывая своего скучающего вида, но, почувствовав признаки чьего-то присутствия, тут же приняла вертикальное положение.

Вольчжин увидела приближающуюся издалека Шихён. Радуясь ее появлению в тот момент, когда она уже практически сошла с ума от скуки, Вольчжин помахала ей рукой. Однако подозрительная человеческая фигура, преследовавшая девушку, заставила ее прекратить свои действия. Судя по всему, Шихён все еще ее не замечала. Независимо от того, преследовал ее кто-то или нет, она уверенно направлялась к Вольчжин. Та собиралась было торопливо что-то ей крикнуть, но, судя по всему, было уже поздно, рука незнакомца потянулась к ее плечу.

Шихён долгое время мчалась, глядя только перед собой, но в одно мгновение из-за ее спины появилась рука, и, разумеется, девушка дернулась от неожиданности. С губ Шихён слетел громкий вскрик, чуть было не сотрясший все в округе. От слишком сильного испуга ее ноги подкосились, и она пошатнулась. Как только Шихён потеряла равновесие и ее колени направились в сторону пола, Вольчжин тут же ринулась к ней. И все же рука незнакомца оказалась быстрее. Он схватил Шихён, которая уже была готова слиться с полом, за талию и приподнял ее.

– Я же говорил вам быть осторожнее.

Услышав голос, Шихён тут же поняла, кто это был.

Вместо благодарности девушка бросила на него взгляд, полный неприязни. Вольчжин, подошедшая поближе, тоже смотрела на него с крайней неприязнью.

Обернувшись, она, как и ожидала, увидела Хёнмина, лицо которого было полно тревоги. Шихён мельком посмотрела на его руку, обхватившую ее за талию. Раньше она этого не замечала, ведь он постоянно носил свободную одежду, но у него были на удивление крепкие руки. В тот момент, когда она пыталась отбросить подальше мимолетные мысли, он взял инициативу в свои руки и обратился к Вольчжин:

– Прошу прощения, но сегодня первый день съемок… Чуть позже у нас запланирован корпоративный ужин, чтобы установить дружеские отношения между актерами и съемочной группой и сплотить их. Так что, даже если вы договорились о встрече заранее, сегодня вы должны нам уступить.

Слова Хёнмина звучали больше не как просьба, а как требование. «Ответ уже определен, тебе нужно только его произнести». И Вольчжин, которой приходилось слушать этого парня, и схваченная Шихён были ошеломлены такой наглостью.

– Кроме того, она ведь главная героиня, разве может она куда-то пропасть? – сказал он, будто бы в шутку.

Однако почему-то в его словах чувствовалась скрытая сталь. Похоже, Хёнмин с самого начала даже не собирался принимать во внимание мнение Вольчжин. Даже не дожидаясь