Жемчужина драконьего рода - Анна Щербина

Динара…

Не выпуская хвост из пасти, я резко повернула голову и едва не задохнулась от нахлынувшего ужаса. Я оказалась в самом сердце этой гниющей орды. Мертвецы, до этого занятые чем-то своим, синхронно замерли, а затем медленно, с жутким хрустом суставов, повернули головы в мою сторону.

Но сквозь ледяной страх, сковавший внутренности, пробилось другое чувство — яркое, пульсирующее, как второе сердце в груди. Радость. Я чувствовала Дейрана. Он был жив, он был в безопасности, и эта уверенность отозвалась во мне первобытной яростью.

Я разжала челюсти, выпуская хвост золотого дракона, и с утробным рыком извергла поток пламени. Огонь взметнулся стеной, на мгновение ослепив тварей и заставив их отшатнуться. Этих секунд мне хватило, чтобы сосредоточиться.

Я начала перевоплощаться, хотя внутри всё протестовало против этого решения. В драконьем обличии я была бы слишком громоздкой для этой тесноты, слишком уязвимой в ближнем бою. Мне нужно было стать чем-то более быстрым, чем-то, что сможет прорубить путь сквозь эту мертвую плоть, не теряя ни секунды.

Кости с сухим треском меняли структуру, подстраиваясь под человеческие пропорции, и я едва сдержала крик, когда привычная мощь драконьего тела сменилась обманчивой хрупкостью плоти.

Едва коснувшись ногами промерзлой земли, я не стала ждать, пока пелена трансформации окончательно спадет с глаз. Я выхватила клинок — сталь отозвалась знакомым холодом, словно приветствуя хозяйку. Мертвецы, оправившись от ослепительного пламени, уже смыкали кольцо. Их глаза, пустые и мутные, не выражали ничего, кроме бесконечного, голодного ничто.

Первый из них бросился вперед, нелепо загребая когтистыми пальцами воздух. Я не стала тратить время на фехтование. Короткий, выверенный выпад — и острие вошло точно в основание черепа, разрывая остатки сгнивших связок. Я дернула рукоять на себя, используя инерцию врага, чтобы сбить с ног следующего.

Движения стали экономными, почти танцующими. В человеческом обличии я была быстрее, чем любая из этих тварей. Я чувствовала каждый их шаг, каждый хрип, каждое движение гнилой мышцы, словно сама была частью этого танца смерти.

Я прорубала себе путь, оставляя за спиной лишь груды безжизненного мяса. Каждый удар был пропитан жаждой прорваться к нему, к тому единственному маяку, что светил мне сквозь этот мрак. Я не просто сражалась — я прокладывала дорогу к своей цели, и ни одна тварь, поднятая из могилы, не имела права встать между мной и тем, кто был для меня важнее самой жизни.

Впереди, за плотной стеной врагов, забрезжил просвет. Я рванулась вперед, вкладывая в каждый взмах клинка всю силу своей веры, всю мощь своей любви, превращаясь в вихрь из стали и решимости, который не остановит ни смерть, ни само время.

Но я не учла одного фактора, и мою спину прикрыла сковородка, которая вылетела из рюкзака и с громким «бум» приземлилась на голову «дяде». Он медленно закатил глаза и стал оседать на землю. Но тут на мое плечо опустилась рука, я от этого прикосновения, едва не рухнула в пепел, смешанный с кровью.

Я повернулась, перед глазами стояла мутная пелена, я до конца не верила, что передо мной стоит Дейран, среди этого хаоса. Я вдруг пошатнулась, но его руки подхватили меня за талию и прижали к груди.

Я попыталась отстраниться, чтобы снова встать в боевую стойку, но ноги подвели. Колени подогнулись, и я бы осела прямо в эту липкую, зловонную жижу, если бы он не удержал меня. Я чувствовала, как дрожат мои пальцы — мелкой, неуправляемой дрожью, которую не могли унять ни адреналин, ни остатки магии.

— Ты… — я с трудом сглотнула, чувствуя во рту привкус железа.

— Ты с ума сошла? — его голос доносился сквозь гул в ушах, ноя глупо улыбнулась. — Что ты здесь забыла?

Я подняла голову, глядя на него снизу-вверх. Его лицо, искаженное тревогой, казалось мне сейчас самым важным ориентиром в этом безумном мире. Вокруг нас бесновалась тьма, скрежет когтей о его защитный барьер отдавался в висках, но здесь, в кольце его рук, на секунду стало почти тихо.

— Сошла не много, — усмехнулась и прикрыла глаза.

Мне нужно мгновение собрать всю свою волю в кулак. Над ухом жужжала моя розовая сковородка, рядом стучало сердце любимого и неподалеку я ощутила мать. Я была нужна им! Я снова попыталась подняться, опираясь на его плечо, и поморщилась от резкой боли в боку. — Не смей меня жалеть, — отрезала я, заметив, как он хочет что-то возразить. — Мама? — воскликнула и ошалело вскрикнула от открывшейся картины.

Глава 23

Я с трудом сфокусировала взгляд, пытаясь пробиться сквозь кровавую пелену, застилавшую глаза. То, что я увидела, заставило сердце пропустить удар, а затем забиться с удвоенной силой, перекрывая шум битвы.

Из глубины пещеры, прямо в эпицентр этого кошмара, вышла мама. Она двигалась неестественно плавно, словно само пространство расступалось перед ней. В её руках, пульсируя в такт какому-то жуткому, неземному ритму, лежал черный камень. Он поглощал свет, казалось, высасывая саму жизнь из окружающего воздуха.

Но страшнее всего были её глаза. В них больше не было той мягкости, к которой я привыкла с детства — теперь там полыхало ядовитое, хищное зеленое пламя некромантии. Оно выжигало всё человеческое, оставляя лишь холодную, расчетливую мощь древнего искусства. Несмотря на то, что в воздухе стоял полный штиль, её длинные фиолетовые волосы жили своей жизнью: они извивались и вздымались вокруг головы, словно живые змеи, подчиняясь невидимым потокам магической энергии.

Она выглядела как богиня смерти, сошедшая с древних свитков, и от этого зрелища по спине пробежал ледяной пот. Мама не просто вышла из пещеры — она принесла с собой конец этого сражения, и я не была уверена, что этот финал мне понравится.

— Мама? — мой голос сорвался на хрип, потонув в гуле некромантского пламени.

Дейран напрягся, его хватка на моей талии стала почти болезненной. Мы оба замерли, глядя, как она делает шаг вперед, и в этот момент даже мертвецы вокруг, казалось, притихли, чувствуя, кто на самом деле здесь хозяин.