41 - ый год. Часть 2 - Виталий Егоренков

«Сержант» посмотрел на бутылку и его глаза округлились от изумления:

— А неплохо вас снабжают, товарищ майор. — слово «товарищ» было произнесено с явным сарказмом, -двадцатилетний коньяк.

— Прямые поставки из Франции. — усмехнулся я. — Как в лучших домах империи.

Глава 23

25 августа 16.30

Товарищ действительно оказался из Югославии и, что самое смешное, действительно имел прямое отношение к Голицыным, такую фамилию носил его прадедушка по материнской линии. И мой собеседник, Белугин Александр Сергеевич, до революции выслужился до поручика царской армия. Так что не просто так он подпрыгнул под песню о поручике Голицыне.

Заданий от фрицев засланный казачок получил сразу несколько: устранить главного партизана Пухова, то есть меня, ну или иных командиров партизан, как повезёт, по возможности разложить личный состав и убедить сдаться в почётный плен к немцам или начать грабить местное население. Кроме того, шпионить, по возможности передавать информацию по планам и продвижениям партизан.

Белугин смаковал коньяк с невероятным наслаждением:

— Такой хороший коньяк, честно говоря, давненько не приходилось дегустировать. Наверное в последний раз лет двадцать назад в Крыму распивали нечто подобное перед финальным сражением на Перекопе. Мы тогда ещё надеялись отсидеться в Крыму, отгородившись от красной заразы укреплениями. А все-таки как вы меня так ловко определили сразу? Меня кто-то сдал? У вас есть агентура в абвере?

— Да нет, куда нам сиволапым. Просто вы довольно сильно засветились в операции с паном Руцким. Его бойцы очень точное ваше описание выдали. -усмехнулся я и отсалютовал бывшему царскому офицеру бокалом коньяка.

Тот выругался и развёл руками, мол бывает.

Коньяк действительно был бесподобным, великолепный запах, богатый насыщенный вкус, интересное послевкусие.

Я поболтал напиток по бокалу, давая ему возможность раскрыться, погрел в руках.

— Удивительно, — улыбнулся Белугин, — красный командир умеет пить коньяк.

— Это же не водка и не самогонка, — я пожал плечами. — Чтобы хлестать стопками. Это напиток аристократов и интеллектуалов.

— Что теперь со мной будет? — спросил он напряжённо.

Я опять показал ему на берёзки:

— Присутствуют два варианта, товарищ Белугин. Первый, это тесное интимное знакомство с родными берёзками, самый быстрый и лёгкий для нас с вами, в качестве бонуса можете даже выбрать себе дерево посимпатичнее, а второй, более тяжёлый и трудный: надо хорошенько подумать чем вы можете помочь своей родине в борьбе с фашистскими оккупантами.

Бывший поручик недовольно скривился:

— Мою родину уничтожили большевики.

Я саркастически хмыкнул:

— Как же всё у вас запущено, господин поручик. Вы правы, только если считать за Россию исключительно романовскую кодлу, тонкий слой потомственных дворян и богатых купчишек, а крестьян, рабочих и прочих кухаркиных детей, как у вас было принято, не считать за людей. — усмехнулся я. — Только проблема в том что сейчас на матушку-Россию идёт не кайзеровская армия, где солдаты полны чести и дисциплины, а офицеры образец рыцарства и дворянства. Нынешние немцы, к сожалению, далеко не такие. Гитлер и его приспешники сильно промыл им мозги со своей бредовой расовой теорией. Да чего далеко за примером ходить: посмотрите на своих коллег по побегу из немецкого плена. Видите какие они худые и заморенные, а ведь немцы захватили большой объем складских запасов, которые советское правительство с дуру расположило неподалёку от границы. Там продовольствия хватило бы чтобы кормить всех пленных досыта минимум несколько месяцев. А они спустя месяц плена выглядят как скелеты. Пленных специально и планомерно ослабляют и морят голодом и холодом, нечеловеческими условиями, чтобы дохли поскорее. Немцам не нужно такое большое количество славянских рабов.

Белугин поморщился и сказал с сомнением:

— Мне сказали, что немцы хотят таким образом привлечь побольше людей для сотрудничества с оккупационной администрацией. Слишком сильно красные засрали мозги нынешнего поколения русских.

— Это же бред сивой кобылы, поручик, вы сами должны понимать. Ну сломается кто-то из-за голода, но потом этот человек отъесться, придёт в себя, возьмёт винтовку, боеприпасы и всё равно рванёт к партизанам. Или улучит момент и начнёт стрелять немцам в спину. — махнул рукой я.-Вы зря надеетесь, что немцы помогут возродить старую Россию и вернут вам дома и поместья. У них совсем другие планы на эту территорию. Часть, западную, присоединить к рейху, другую часть разделить на несколько кусков и организовать колонии- протектораты.

Белугин изобразил сарказм. Мол, нечего меня кормить глупой красной пропагандой.

Я пожал плечами:

— Ну если верите в то, что немцы совершенно бескорыстно вернут трон наследнику Романовых, а потом, получив большое спасибо, спокойно уйдут с нашей территории, ничего не взяв взамен, то ваше право. Кто-то верит в Христа- спасителя, кто-то в пророка Мухаммеда, кто-то в Будду, вы вот в немцев бескорыстных самаритян.

Честно говоря, я сам не очень сильно люблю красных и Сталина, — сказал я ему очень тихим шёпотом. Увидел изумленную реакцию и продолжил: — Но проблема в том что эта война на выживание русского народа, России. Красные рано или поздно переродятся в нормальный строй, это законы экономики, а вот если немцы захватят наши земли, то просто так они не уйдут.

Бывший поручик задумался.

— Я могу помочь с передачей дезинформации. — сказал он наконец. — Мне дали несколько контактных людей в ближайших деревнях. Возможно вы и правы относительно немцев и нынешней войны. Кроме того, у меня есть интересная информация о планах немецкого командования относительно ваших партизан.

Я недоверчиво хмыкнул:

— Жгите поручик, удивляйте.

— Если ещё 50 г коньяку нальёте, то, господин майор, я буду жечь. — Белугин залихватски махнул рукой.

— Поликарпенко, — крикнул я, — выдай- ка ты нам, голубчик, всю бутылку.

Интендант прибежал, крайне удивлённый обращением, и принёс затребованную посуду.

Он взглянул внимательно на моего собеседника и неожиданно понял:

— Никак их сиятельство нас посетили? Ах какая честь, а у нас ведь нет серебряных ножей и вилок.