Погоня за судьбой - Ди

— Волкова, — крикнул Крючков, очевидно, высматривая меня в зале, и вновь воцарилась тишина. — Ты хочешь знать, в какой игре ты всё это время участвовала?

— Не бойся, вылезай, ну же… — вполголоса увещевала русоволосая девушка, по-прежнему держа меня за рукав. — Ты не обязана его бояться. Также, как и отвечать ему.

— Не обязана, но прийти сюда без маски — её личный выбор, — с деланным равнодушием заметил арестант, услышав слова девушки. — Или не её? Не ты ли, Толедо, уговорила её снять маску?

Толедо фыркнула, всем своим видом выражая презрение. Собравшись с духом, я наконец вылезла из прохода, досчитала до трёх и посмотрела сквозь зал на арестанта. Он задумчиво покивал головой, будто и не было несколько минут назад на его лице безумной гримасы, будто не кричал он беззвучно в тишине моей головы, грозясь лопнуть от перенапряжения.

— Ты имеешь право знать, — произнёс он. — Это будет компенсацией за твои отчаянные старания по поимке «Книги судьбы» — козыря, которым мне так и не дали воспользоваться. За то, как обошлись с тобой те, кого ты считала своими друзьями. И за то, как они лишили тебя памяти.

Слова «лишили памяти» ударили не в уши, а прямо под дых, и воздух выдавило из лёгких. Это была не метафора — это был диагноз, о котором он знал. И Толедо, что сидела рядом, знала. И Матвеев знал. И все эти маски знали.

— Лиза, ты не должна его слушать. — Девушка мягко взяла меня за живую ладонь. — Он тобой манипулирует.

— Да мне насрать на ваши игры! — взорвалась я, выдёргивая руку. — Вы все знаете, кто я, но я — нет! Я сижу здесь, как болванчик, едва осознаю, что происходит, и слушаю этого… мутанта… — Я ткнула пальцем в Крючкова. — Как он тут вещает о будущем человечества… Но у меня в голове — ДЫРА! Меня же украли у себя самой! Я не знаю, кто я такая, не помню даже своего имени!.. Лиза… Вот она говорит, что я Лиза. — Я мотнула головой в сторону соседки. — А если это не так? Кому я здесь могу верить?!

Теперь все бледные маски в зале были обращены ко мне.

— Это не помеха, — сказал Крючков. — Пускай ты забудешь всё через час — ты имеешь право знать, как тебя использовали. А вы, мои дорогие бывшие сослуживцы и сограждане, должны понимать, что было упрятано от вас за закрытыми дверьми этого «судилища».

Он пальцами изобразил в воздухе кавычки. В любой момент он вновь полезет ко мне в голову… В любой момент… Я точно знаю — мне не показалось. Я уже готовилась яростно отбиваться, выталкивать и выпихивать его прочь из своего разума.

— Генерал, подумайте дважды, прежде чем разглашать секретные сведения, — угрожающе предостерёг Матвеев.

— Сейчас моё время, — отрезал Крючков. — И я буду говорить открыто о чём пожелаю — согласно традициям нашего сообщества. Покуда вы их не успели переписать.

И генерал заговорил — степенно, размеренно и неспеша.

— Всё началось в один день. Разведка доложила мне об артефакте с Джангалы — артефакте с особыми, из ряда вон выходящими физическими свойствами. А «Опека» тем временем принесла донесение о сигнале. Неизвестные, назвавшие себя «Кураторами», вышли на связь с Правлением Конфедерации. Они без всяких предисловий объявили себя высокоразвитой инопланетной цивилизацией и сообщили о том, что уже давненько наблюдают за человечеством и — более того — активно участвуют в его жизни. Теперь же, по их словам, настало время для установления официальных контактов — на высшем уровне, но пока что в атмосфере секретности, чтобы не шокировать население.

Антон Крючков выдержал паузу, оглядел зал и, заложив руки за спину, принялся прохаживаться в световом столбе вперёд-назад.

— Сама по себе новость о контакте с внеземной цивилизацией шока у членов Правления не вызвала. Существование разумных инопланетных рас — это уже доказанный факт. Все хорошо помнят катастрофу на Кенгено, вызванную, без сомнений, объектом внеземного происхождения. Оружием невиданной силы… Археологи перепахивали Джангалу, изо дня в день натыкаясь на результаты трудов разумной жизни. В конце концов, Сектор был освоен целиком и полностью на результатах работы разума. Не мы изобрели варп-врата… Люди уже точно знают, что не одиноки во Вселенной.

Крючков, казалось, позабыл обо мне вовсе. Теперь он ходил кругами, глядя в пол, и вещал как на духу:

— Что касается Совета Ковчега — мы отнеслись к новости о контакте, как к чему-то ожидаемому, требующему практических шагов. Наша колония уже давно бок о бок живёт с негуманоидной сущностью, вопросов о которой с каждым годом становится только больше — хотя, как оказалось, даже к такому можно привыкнуть… Сложив два и два, мы пришли к выводу о том, что проявление «Кураторов» и наделавшая много шума археологическая находка были не просто случайными событиями. Подобные «стечения обстоятельств» лучше предусмотрительно отрабатывать, и решение о перехвате таинственного артефакта было принято сразу. Нужно было исключить малейшую возможность того, чтобы предмет попал не в те руки, а уж потом разбираться — что это и для чего предназначено.

Застыв на мгновение, арестант вновь оглядел зал, словно убеждаясь, что все слушатели на месте. Едва заметно кивнув, он продолжил нарезать круги по узкому пространству.

— Операцией по поимке «Книги судьбы» руководил лично адмирал Леонид Дегтярёв. Полевой группе под командованием полковника Матвеева… Прошу любить и жаловать… — Театральным жестом Крючков указал на своего главного оппонента. — … Удалось заполучить часть артефакта, выставленную в Музее. Однако, вторую половину реликвии в Новосибирске буквально выдернули у нас из-под носа — трое контрабандистов опередили нас на какие-то минуты. И пока группа Матвеева тщетно штурмовала Институт Внеземных Проявлений, через зашифрованные частоты связи, известные лишь военным Ковчега, лично на Дегтярёва вышли некие посланники Кураторов с прямым предложением трёхсторонних переговоров. После недолгих обсуждений я вызвался стать представителем Ковчега, покинул флагманский корабль на шаттле и отбыл в условленное место встречи. Тем временем «Аркуда», укрытая маскировочным полем над обратной стороной Луны, вернулась на Ковчег, чтобы сдать добытую часть «Книги» на хранение…

Лицо Крючкова менялось на глазах. Уверенность и надменность таяли, уступая место тревожной напряжённости.

— Встреча состоялась на одной из частных орбитальных станций, курсирующих вокруг Земли. Меня ожидали высшие функционеры Сектора, включая самого Председателя — но не они были там главными. Я это понял сразу… Четверо совершенно одинаковых гуманоидов — высокие, невероятно тощие, одетые в одинаковые костюмы, с одинаковыми солнечными очками, за которыми они что-то старательно прятали…

Рука соседки