Термос, Пельмени и Тайна Тестоленда - Рина Белая

— Могу, — медленно сказала она. — Но… дух поэта-картографа был… особенным. Он был умным, любознательным, чутким. Всегда стремился понять мир и упорядочить его, чтобы другие не терялись. Он хотел делиться знаниями. Даже после смерти.

Она перевела взгляд на Васю, словно оценивая, понимает ли он, о чем просит. Затем медленно, почти по слогам, произнесла:

— Вася… древний и маг — это уже два слова, которые по отдельности должны настораживать. А вместе — тем более.

Она посмотрела в сторону камней, будто те уже хранили в себе чью-то тревожную тень.

— Я… — она замолчала, словно подбирая слова. — Я убивала живых. Но я не знаю, как бороться с тем, что уже умерло. У меня нет на это ни сил, ни знаний. Если он окажется опасным… если что-то пойдет не так — я не уверена, что смогу это остановить.

Тома снова посмотрела на Васю — прямо, почти сурово.

— Но я призову его душу, — сказала она. — Если ты действительно этого хочешь.

Вася пожал плечами, как будто речь шла о походе за грибами, а не о разговоре с древним, потенциально враждебным магом.

— Я просто не думаю, что некроманты или… арко… арка…

— Арканисты, — автоматически поправила Тома.

— Вот, да, — кивнул он. — Я не думаю, что они были бы безопаснее.

Он криво усмехнулся и добавил:

— А если вдруг злобный дух прикончит нас обоих… ну, в ад нам точно дорога закрыта. Будем скучать в раю вечность.

Тома усмехнулась, покачала головой и выдохнула:

— Ладно, герой. Ты напросился.

Глава 43

Тома поднялась и шагнула в самый центр круга. В ее руке блеснул тонкий нож с узким лезвием. Вася напрягся.

— Ты ведь не собираешься… — начал он, но не успел договорить.

Тома без колебаний провела лезвием по ладони. Кровь выступила сразу — густая, темная, почти черная в тусклом свете ночи.

— Тома! — резко окликнул Вася и шагнул к ней. — Ты что творишь?!

Она лишь усмехнулась, не оборачиваясь:

— Ты же сам хотел, чтобы я призвала мага.

— Я не знал, что для этого нужно калечить себя!

— Пустяки, — ответила она спокойно. — Позволишь, я продолжу?

Он сжал кулаки, но все же отступил, отводя взгляд. Спорить уже было поздно.

Капли крови падали с ее пальцев, пока Тома медленно очерчивала в воздухе контур круга. Затем она отступила на шаг и произнесла:

— Услышь зов крови, древний маг Ша’Гвэн. Ответь на имя, произнесенное мною. Из-за завесы, сквозь смерть и время — явись в круг, куда кровь проложила тебе путь. Явись. И пусть рассвет станет свидетелем твоего возвращения.

Мир на секунду замер.

Из пустоты раздался тихий, сухой голос:

— Верховный…

Тома резко обернулась к Васе.

— Что ты сказал?

— Я?.. — он растерянно развел руками. — Я ничего не говорил.

Из центра круга донесся приглушенный звук, как если бы кто-то прочистил горло — старчески, хрипло, но с достоинством.

— Я сказал, что я — древний дух Верховного мага Ша’Гвэна. Сына Элгариона К’Таэла. И я не терплю, когда искажают титулы.

Тома не растерялась. Она тут же принесла извинения и повторила призыв, уже без ошибок.

На мгновение повисла густая, осязаемая тишина.

А затем он явился.

Свет — тонкий, переливчатый — начал струиться из земли, складываясь в высокий силуэт, закутанный в мантию. Лицо — полупрозрачное, резкое, с холодной, почти неземной красотой.

Тома поклонилась — не глубоко, но с уважением.

— Древний дух Верховного мага Ша’Гвэна, сына Элгариона К’Таэла, — произнесла она четко. — Я призвала тебя, чтобы просить о помощи. Мы чужие в этом мире. Но чтобы вернуться назад, в наш земной мир, нам нужно отыскать Руну Здравого Смысла. Без нее портал не открыть.

Дух замер, чуть склонив голову набок. Несколько секунд он просто молчал, а затем насмешливо протянул:

— Да, да, конечно. Я понимаю. Но ты опоздала примерно на две тысячи лет. Видишь ли, юная леди… я больше не исполняю просьбы. Особенно от тех, кто даже титул мага запомнить не удосужился, — с этими словами он демонстративно отвернулся, глядя куда-то поверх холмов.

— Я исправилась, — спокойно сказала Тома. — Я признала ошибку.

— Как трогательно. Как возвышенно. Как… скучно.

Он скрестил руки за спиной.

Повисла тишина.

— Мы пришли с просьбой… — начала Тома осторожно, но дух немедленно перебил:

— Конечно. Все приходят с просьбой. Все хотят, чтобы я что-то подсказал, показал, указал, объяснил, открыл, нарисовал, перевел, оживил, заколдовал или развеял.

— Я пришла, потому что больше не к кому обратиться, — сказала Тома.

— Трагично, — отозвался он с театральным вздохом. — Но меня это совершенно не трогает. Я — дух в отставке.

Тома с трудом сдержала раздражение. Она шагнула ближе и посмотрела ему прямо в полупрозрачное, но все еще поразительно красивое лицо:

— Ты жил долго. Ты знал больше, чем весь этот мир вместе взятый. И ты умер — но твой дух и твое тело остались. Остался, потому что знание должно жить. И сейчас мы нуждаемся в этом знании.

Пауза.

Дух посмотрел на нее. На мгновение в его взгляде мелькнуло что-то — интерес? Уважение? Тоска?

Но он тут же прищурился:

— Хорошо говоришь. Почти тронула. Но нет. Нет. И еще раз нет!

Тома стиснула зубы.

— Ну и вредный же ты, конечно, дед…

— Я это слышал, — резко вскинулся дух. — И я не дед. Я — Верховный маг. И если кто-нибудь еще назовет меня дедом — я устрою такую демонстрацию доброго старого астрального возгорания, что ваши кости отзовутся в других мирах.

Тишина.

— Так… на чем мы остановились? Ах да. Я вам ничего не скажу.

Он отвернулся, глядя на розовеющий горизонт.

— И, кстати, рассвет уже близко. А я ненавижу утреннюю росу. Скользкая она, знаете ли.

Его слова повисли в воздухе

Тома медленно выдохнула, но в следующую секунду ее рука резко метнулась к поясу. Пальцы легли на рукоять клинка.

Вася перехватил ее запястье прежде, чем она успела вытащить оружие.

— Хочешь дать ему повод исчезнуть? Или с пафосом испепелить нас?

Она посмотрела на него — глаза пылали.

— Он издевается над нами, Вася. Он смеется нам в лицо. Он тратит наше время.

— Дай мне пару минут. Поговорю с ним… по-мужски.

Он не отпускал ее руку, пока она не кивнула.

— Хорошо, — сказала она, не скрывая раздражения, и отошла в сторону.

Когда они остались вдвоем, Вася шагнул к самому краю круга и протянул руку.

— Вася, — просто сказал он.

Дух скосил на него взгляд, губы дрогнули в недоверчивой ухмылке.

— И все? Так просто? Руку жмем? Как будто я