Экзобарон - Михаил Ежов

И вот я внутри!

Планы типовых кораблей были мною тщательно изучены за то время, что я поджидал незваных гостей. По моему приказу, другие пилоты мехарыцарей тоже тщательно изучили их — это входило в их тренировки. Они думали, что это нужно, чтобы эффективнее поражать критически важные конструкции и орудия, но на самом деле это требовалось для скорейшего поиска внутри звездолётов бран-конверторов и процессоров ИскИнов. Так что каждый знал, что делать.

И всё равно, очень быстро я понял, что перемещаться внутри огромного корабля длиной в несколько сотен метров совсем не просто. Даже имея перед глазами голограмму его плана с проложенным Забавой оптимальным маршрутом.

Благо, внутренние переборки отсеков звездолёта не являются бронированными. За исключением корпусов двигателей, но их я уничтожать не собирался: зачем ломать то, что я хочу сделать своим?

Так что «Пересвет Апекс» просто пробивал одну стену за другой, прокладывая себе путь к бран-конвертору. Из-за размеров корабля путь оказался неблизким. Но беспокоился я лишь о том, чтобы ИскИн не решил отступить, переместив боевую машину из сектора вблизи Авроры. Впрочем, если у него приказ атаковать, сам он этого не сделает.

В какой-то момент, когда я преодолел больше половины пути, оставляя за собой лишь разрушения, передо мной возникла голограмма — парящий в воздухе мерцающий силуэт мужчины в белой форме и фуражке. Старомодные усы делали его похожим на адмирала прежних времён.

— Предлагаю сдаться, — раздался в кабине мехарыцаря голос вражеского ИскИна. Аватар при этом открывал рот, так что складывалось ощущение, будто говорит он. — Ваши действия не имеют никакого смысла. Вы не наносите мне существенный урон.

Я проигнорировал обращение бортового компьютера. Если он считает, что у меня нет плана, это его проблемы.

— Даю последний шанс, пилот, — проговорил ИскИн. — Остановитесь и сдайтесь. Вам гарантируется жизнь.

Ага, конечно! Болтай больше.

Пробив очередную перегородку, я покинул секции трюма и оказался в жилой зоне. Здесь преград стало больше. Я разносил их одну за другой.

Аватар продолжал держаться впереди меня, плывя спиной. Его губы шевелились, но слова я уже не слушал. Они не имели значения, так зачем отвлекаться?

Ещё несколько преград остались позади, и мехарыцарь добрался до центра корабля, где располагался бран-конвертор. Его защищал прочный корпус, который я пробил всего лишь одним кучным залпом.

ИскИн вражеского корабля что-то заверещал и исчез. Видимо, сообразил, наконец, какова была моя задумка. Я выстрелил по тому, что осталось от хронотопического преобразователя после первого залпа, разнося конструкцию на множество обломков!

Есть! Теперь звездолёт не сможет покинуть пространство возле моей планеты.

Развернувшись, я пробил брешь в очередной стене и устремился к отсеку, в котором был заключён процессор ИскИна.

Он тоже находился в бронированной скорлупе, но против магии нет спасения, кроме другой, более сильной.

Когда я добрался до процессора, передо мной снова появился аватар. Он ничего не говорил. Просто смотрел на то, как я навожусь на его систему. Было в этом что-то величественное и трагичное. Он не просил пощады и не предлагал принять его сдачу. Понимал, что этого не будет. Да и, скорее всего, полученный им приказ не позволял капитулировать.

Когда мой залп уничтожил процессор, превратив его в груду осколков, аватар исчез — словно призрак, нашедший путь в небытие.

Огромный звездолёт превратился в груду мёртвого металла и прочих материалов, из которых был сделан. Его орудия смолкли, двигатели отключились. Вся боевая машина превратилась в колоссальный трофей.

Можно было возвращаться.

Я пролетел сквозь корабль примерно тем же путём, который проложил. Лишь пару раз делал новые бреши, чтобы сократить траекторию.

Когда оказался снаружи, то увидел, что ещё один звездолёт авангарда не подаёт признаков жизни. Значит, второй мехарыцарь тоже справился.

Третий ещё палил из всех орудий. Я попытался связаться с его пилотом, но корабль экранировал сигналы.

Пожалуй, придётся прийти на помощь. Как минимум — подстраховать.

Я направился к кораблю и почти добрался до его силового поля, когда орудия вдруг прекратили работу, а дюзы погасли.

Есть!

Все три боевые машины оказались в моей власти.

Осталось разделаться с остальными. Теми, которые продолжали сражаться с кораблями капитана Назира Ага.

Все они были раскиданы по сектору. Я направился к тому, что находился ближе. Силовых полей у него уже не было, корпус носил следы значительных повреждений. Но и корабль наёмников выглядел не лучше. Собственно, оба звездолёта самоотверженно вели бой на взаимное уничтожение. Ну, ИскИну Дома Алонсо был отдан приказ, который он нарушить не мог, даже если б захотел, а храбрость команды моих наёмников вызывала уважение.

Я открыл огонь по орудиям звездолёта противника. От моих магических зарядов их сносило напрочь.

Мелькнула мысль попытаться захватить и этот корабль, но он уже выглядел так, словно вот-вот рванёт. Да и ремонт, наверное, уже не имел особого смысла.

Словно в ответ на мои рассуждения, корпус звездолёта начал эпично разваливаться после порции очередных залпов.

Оставив его, я направился к последнему кораблю Алонсо.

Его расстреливали два мелких судна капитана Назира. Благодаря чуть большей маневренности им удавалось избегать части попаданий, но, пока я летел, одно из них всё-таки взорвалось — это было ясно по вспыхнувшей вдалеке крошечной искре. Проклятье! От отряда наёмников осталось всего ничего — лишь два корабля. Это просто капля в море, по имперским меркам. Остаётся надеяться, что экипажи уничтоженных машин успели хотя бы частично эвакуироваться в спасательных капсулах. Конечно, в звездолёте главное — ИскИн. По большому счёту, люди на борту вообще не нужны. Но кто-то же должен принимать нестандартные решения. Иначе бой может превратиться в тупую пальбу лоб в лоб.

Подобравшись к судну Алонсо, я промчался над ним, расстреливая самые крупные орудия. Затем пробил брешь в корпусе и уже собирался нырнуть внутрь, чтобы добраться до процессора ИскИна, когда вокруг звездолёта вспыхнуло дрожащее ледяное сияние, в котором исказилось всё, что находилось в зоне видимости — словно по космосу пошли расходящиеся волны.

Бортовой компьютер получил приказ отступить! Я рванул прочь.

Сильно повреждённый корабль начал растворяться и через несколько мгновений исчез, уйдя в бран-пространство.

Это была победа.

Вокруг ещё мелькали крошечный вспышки: мой флот, рыцари и орбитальные станции добивали оставшиеся автоматические боевые модули и брошенные на произвол судьбы вражеские сателлиты.

Ко мне подлетели один за другим два меха.

— Возвращаемся на базу, — проговорил я по интеркому. — Отлично поработали.

— Рады служить, господин барон, — ответил один.

— Рады служить, —