Шипы кровавой розы - Джек из тени

одна мускулистая орчанка. Они не спали, сидели на полу, скрестив ноги, и, казалось, медитировали. Но их расслабленные позы были обманчивы. В тот миг, когда Ворлиан и его эльфы шагнули из тени, они все как одна вскочили на ноги, их оружие уже было в руках.

Орчанка, Артемисия, ученица самой Лиры, издала короткий, яростный рык и первой бросилась в атаку, выхватив два клинка. Два ассасина посчитали орчанку легкой мишенью, за что тут же поплатились, один распоротым горлом, второй отделался пробитым бедром. Все заняло считанные мгновения, раненый темный отступил, его место заняли сразу трое. Как хороша не была Артемисия, она была лишь в начале своего пути, поэтому сразу пять ранений не стало для нее сюрпризом. Но этого хватило, чтобы одна из лисичек буквально выпрыгнула в окно, громко свистнув на всю округ. Ей ответил сигнальный колокол, и вся крепость проснулась в одно мгновение.

— Проклятье! — ругнулся Ворлиан — Шустрее!

Три лисички, оставшись без своего «танка», дрались отчаянно и умело. Их парные клинки сверкали в полумраке, описывая смертоносные узоры. Но их было слишком мало. Ассасины, работая слаженно и безжалостно, окружили их, отрезая пути к отступлению. Одна за другой, девушки падали на каменный пол, их тела были покрыты десятками мелких, но смертельных ран. Бой в коридоре длился не больше минуты. Когда всё было кончено, Ворлиан, перешагивая через тела, подошёл к двери.

— Выламывайте! — приказал он.

Двое ассасинов, поднатужившись, навалились на дверь плечами. Она затрещала, но не поддалась.

— Вместе!

Новый удар, и дверь, сорванная с петель, с оглушительным грохотом рухнула внутрь, открывая проход в логово зверя. Ворлиан, обнажив свой длинный клинок, указал на проем. Он был уверен, что застанет свою жертву врасплох, спящей и беззащитной. Но из темноты, вместо сонного бормотания, на него пахнуло жаром и смертью. Раздался оглушительный грохот, и двое из его ассасинов, что ворвались в комнату перед ним, просто отлетели обратно, как будто в него ударила молния.

* * *

Я не спал. Сон в этом новом, проклятом мире был роскошью, которую я редко мог себе позволить. Особенно после такой победы. Эйфория плохой советчик и ещё худший телохранитель. Она расслабляет и притупляет инстинкты, заставляет поверить, что ты неуязвим. А я слишком хорошо знал, что неуязвимых не бывает. Бывают те, кто ещё не встретил свою пулю. Или, в данном случае, свой клинок.

Поэтому просто сидел у огромного, во всю стену, окна, глядя на спящий город, и лениво потягивал из бокала трофейное эльфийское вино. Терпкое, с привкусом каких-то незнакомых ягод, оно неплохо прочищало мозги, не давая им скатиться в вязкую дремоту. За окном было тихо, лишь ветер гулял по пустым улицам, гоняя мусор и пепел от вчерашних костров. Но эта тишина не успокаивала, а наоборот, давила на нервы.

И тут я услышал пронзительный свист, который не был похож на завывание ветра. А за ним, через долю секунды, глухой удар колокола на одной из сторожевых башен.

Лира, спавшая до этого в моей кровати, свернувшись клубочком, как настоящая лиса, вскочила одновременно со мной. Не было ни крика, ни паники. И вот она уже стоит посреди комнаты, и от этого зрелища у меня по спине пробежали мурашки. С одной стороны, это была всё та же Лира, взъерошенная после сна, в одной тонкой, почти прозрачной ночной сорочке, которая не скрывала, а лишь подчёркивала изгибы её тела. Но с другой… её четыре хвоста стояли дыбом, а их кончики светились в полумраке комнаты недобрым, голубоватым огнём. В каждой руке она сжимала по короткому, изогнутому клинку, которые, казалось, материализовались из воздуха. И её глаза… в них больше не было ни ласки, ни игривости, лишь холодный блеск убийцы.

В тот же миг в дверь моих покоев раздался тяжёлый удар, от которого задрожали стены.

— Я прикрою, а ты делай, что умеешь, — тихо произнесла Лира, не отрывая взгляда от двери. Её голос был спокоен, но в нём слышались стальные нотки.

Я ничего не ответил, лишь молча кивнул и подошёл к огромному, окованному железом сундуку. Щелчок замка, и крышка откинулась. Мой верный «Аргумент», двустволка двенадцатого калибра, наконец, дождалась своего часа. Рядом, в кожаной перевязи, лежала пара шестизарядных револьверов, подарок Брунгильды, который вручила мне перед походом. Я быстро накинул на себя перевязь с револьверами и взял в руки дробовик. Холодная сталь и гладкое, отполированное дерево рукояти легли в ладонь, как влитые.

В дверь ударили снова, на этот раз сильнее. Послышался треск дерева.

— Вместе! — донёсся до меня приглушённый, властный голос с той стороны.

И в следующую секунду дверь, сорванная с петель, с оглушительным грохотом рухнула внутрь. Именно этого момента я ждал. В тот самый миг, когда в проёме показались первые две фигуры, одетые во всё чёрное, я нажал на спуск.

Комната утонула в грохоте и пламени. Сноп картечи, вырвавшийся из ствола, ударил по ним, как кулак разгневанного бога. Ассасины, лучшие из лучших, просто не успели среагировать. Их отбросило назад, как тряпичных кукол, их тела, превращённые в кровавое решето, врезались в тех, кто шёл следом. В дверном проёме, окутанном пороховым дымом, показался третий. Я, не теряя ни секунды, выстрелил снова. Второй ствол «Аргумента» рявкнул, и голова эльфа просто разлетелась на куски, как перезрелый арбуз.

Пока я, отбросив ставший бесполезным дробовик, выхватывал из кобур револьверы, ассасины, оправившись от первого шока, ринулись в комнату. Но их ждал ещё один сюрприз. Лира, которая до этого стояла неподвижно, вдруг исчезла. Просто растворилась в воздухе. А в следующую секунду она появилась за спиной у двух эльфов, которые уже почти добежали до меня. Два коротких, почти невидимых взмаха, и два ассасина, издав удивлённые вздохи, замерли, а потом их головы медленно съехали набок, удерживаемые лишь тонкими полосками кожи.

Лисица снова исчезла, чтобы через мгновение появиться уже в другом конце комнаты, где схлестнулась в смертельном танце ещё с тремя. Это было невероятное зрелище. Её магия, вернувшаяся к ней, превратила её в совершенную машину для убийства. Она двигалась с нечеловеческой скоростью, её тело изгибалось под немыслимыми углами, она буквально телепортировалась по комнате, появляясь то за спиной у врага, то у него над головой. Её клинки сверкали, оставляя в воздухе смертоносные росчерки.

Я же, стараясь не отвлекаться на это завораживающее и страшное зрелище, делал свою работу. Моей целью были те, кто держался в задних рядах. Я видел двух магов, которые, укрывшись за спинами своих товарищей, уже начали плести какие-то, светящиеся заклинания.

— Не