Лазурит - Владимир Прягин

Нэсса тоже меня заметила. Вслед за техниками она проскользнула в ворота и побежала навстречу мне. Хватать её за руки, разумеется, никто не решился.

Она была в том же свитере, что и дома, только сунула ноги в короткие меховые сапожки и закуталась в шубку длиной до талии, белую, под цвет снега.

Подбежав, она обхватила меня руками, прижалась, и я тоже обнял её. Волосы на её макушке пощекотали мне подбородок.

— Почему ты так долго? — спросила она и тихо шмыгнула носом. — Я тут промёрзла, как полярная выдра, на виду у почтенной публики…

— Разговаривал, — сказал я. — Ты ведь не разрешаешь сразу бить в жбан.

Она хихикнула с лёгкой ноткой истерики и поёрзала, прижимаясь плотнее. Поверх её головы я видел, как отец Нэссы тяжко вздохнул, а мать слегка улыбнулась.

Были в толпе и мои друзья из клана Вереска — все, кто жил в кампусе и в других районах столицы, включая Даррена с Тэлвигом. Видимо, они тоже почувствовали меня через сеть и поняли, что здесь происходит нечто серьёзное.

Я посмотрел на учебный корпус.

Сетевые прожилки уже пропали из вида, контуры здания больше не искажались, но на оконных стёклах ещё мелькали странные блики, похожие на фрагменты фотоизображений.

Мимо нас с Нэссой пронесли Вирчедвика на носилках. Он был уже в сознании и держался за лоб. Соображал он, кажется, ещё плохо и меня не заметил. Следом из здания вывели остальных «экспериментаторов». Вид у них был не менее очумелый, они едва реагировали на происходящее.

Я скосил глаза на свой перстень. Тот лилово мерцал, утратив серебристый оттенок.

— Прошу извинить, но нам придётся отвлечь вас.

К нам с Нэссой подошли двое в строгих пальто — ректор Академии, который опять напомнил мне аппаратчика из обкома, и сухощавый дядя с высоким лбом и въедливым взглядом. Дядю я узнал тоже, видел в фотографиях — лорд-арбитр собственной персоной.

— Вы помните, что здесь произошло? — спросил меня ректор. — Все остальные студенты, бывшие с вами в здании, пострадали от амнезии. Из их памяти стёрлись события последних часов.

— Я пришёл позже них, — сказал я, — и к их экспериментам отношения не имею. От комментариев воздержусь.

— Мы вынуждены настаивать, — сказал лорд-арбитр.

— К Вереску есть претензии от каких-либо других кланов?

— Их пока нет, но…

— В таком случае повторюсь — без комментариев. Если у вас, уважаемый лорд-арбитр, возникнут вопросы в рамках ваших юридических компетенций, строго официально, то я отвечу. Ну, а пока…

— Мы будем признательны, — добавила Нэсса, — если вы нас оставите. У нас был непростой день.

Лорд-арбитр и ректор переглянулись.

— Вы же понимаете, лорд-наследник, — произнёс ректор, — что это только начало долгого разбирательства? Сейчас в помещениях работают технические специалисты, но завтра же утром я приглашу вас для разговора…

Ректор прервался на полуслове, уставившись на фасад Академии.

Глава 22

Не только ректор и лорд-арбитр, но и все остальные теперь смотрели на каменный фасад, затаив дыхание. Я тоже обернулся.

Сквозь камень проступили расплывшиеся серебристые полосы — те самые, очевидно, что прочертились от ударов плетьми. Теперь это полосы просочились наружу, жирно и маслянисто блестя.

А затем они начали тускнеть, высыхая.

Перезрелая серебрянка, так и не закрепившись, исчезала из информационного поля.

На фасаде остался только осклизлый серый налёт, блестевший едва заметно.

Серебристая прель.

Голова у меня вновь закружилась. И ректор тоже потёр висок, как будто пытался вспомнить, на чём он остановился. Снова посмотрев на меня, сказал с некоторой запинкой:

— Да, надо будет подробно вас расспросить…

— Но это, пожалуй, лучше сделать где-нибудь в другом здании, — сказал лорд-арбитр. — Если желаете, моя канцелярия — в вашем распоряжении. Вам, безусловно, виднее, но, на мой взгляд, есть смысл сделать паузу в учебном процессе.

— Да-да, вы правы, — подтвердил ректор. — Перерыв вплоть до выяснения обстоятельств. Внеочередные каникулы, так сказать. Объявим публично… Затем реорганизуем программу, чтобы студенты могли наверстать упущенное…

Кивнув, они отошли от нас.

Нэсса шепнула:

— Пожалуйста, расскажи всё моим родителям. Они должны знать.

— Да, ты права. Пойдём.

Мы вышли за ограду. Кто-то из репортёров сунулся к нам, но я отмахнулся. Нас фотографировали с разных сторон, и отсветы вспышек ложились на свежий снег.

Я махнул своим — подойду, мол, через минуту. А родителям Нэссы вежливо сказал:

— Здравствуйте, рад вас видеть. Леди, вы великолепны. Лорд Тирден, благодарю, что приехали, это сейчас нелишне.

Старший наследный лорд Закатного Взгорья неопределённо хмыкнул, а его супруга тряхнула медными волосами и, тонко усмехнувшись, сказала мне:

— Спасибо за комплимент. Насколько я вижу, слухи о вашей несклонности к политесу преувеличены.

— Дочь позвонила мне, — сказал Тирден, — и сообщила, что будет ждать возле Академии. Супруга решила ехать со мной. Когда мы сюда добрались, дочь заявила, что не уйдёт, пока не дождётся вас, но её ответы на заданные вопросы не прояснили для меня всей картины…

— Если не возражаете, Вячеслав, — сказала мать Нэссы, — мы пригласили бы вас сейчас в особняк для серьёзного разговора. Лично я была бы вам очень благодарна.

— Конечно, леди, — сказал я. — Только сначала переговорю очень коротко с друзьями из клана. А затем я в вашем распоряжении.

— Мы вас подождём.

Переведя взгляд на дочь, старшая леди добавила:

— А ты — марш в машину, отогреваться. И я с тобой заодно.

Они сели в огромный хромированный седан, а я подошёл к своим.

— Мы все почувствовали, где ты находишься, — сказала Рунвейга. — И даже поймали, кажется, какие-то отголоски оттуда, из аудитории…

— Спасибо вам, — сказал я, — без вас я не справился бы. Не смог бы в нужный момент прочувствовать сеть.

— Что за сеть-то? — спросил экс-вахмистр Даррен. — Я вроде тоже что-то зацепил краешком, но толком не уяснил. Ты б нам растолковал, что ли…

— Да, обязательно, — кивнул я. — Завтра утром меня, похоже, вызовут для всяких разбирательств, а ближе к вечеру я вам всё расскажу подробно.

Мы перебросились ещё несколькими фразами, после чего разъехались.

В седан к лорду Тирдену я садиться не стал, а просто поехал следом на своей тачке. Минут за десять мы добрались до особняка, и я сразу попросил разрешения позвонить.

Финиан ответил мне сразу — ждал у телефона, видимо.

— Если в двух словах, — сказал я, — то всё разрешилось. План Вирчедвика не удался, серебрянка развеялась. Так что не удивляйтесь, если не обнаружите её в сейфе.

Пообещав ему подробности завтра, я разместился с семейством Нэссы в гостиной. Дамы переглядывались,