Сингония миров. Смотрящие - Валерий Петрович Большаков

— С грузом прибыл, — буркнул Почтарь, небрежно козырнув.

Видать, ему крайне не понравилось моё решение. Сама ситуация — оставить людей на чужой планете — выводила его из себя.

«Мы же их бросаем!» — шипел Паха.

«Они сами!» — резко парировал я.

Отбывающие земляне щедро делились с «робинзонами» — им не только скафандры передали. Возлюбленной парочке мощный компьютер достался, большой пластмассовый ящик с лекарствами и даже хирургическими инструментами, оружие и боеприпасы, контейнер с продовольственным НЗ, запасные аккумуляторы для фонарей и ровера, автономный энергоблок…

В общем масса вещей, необходимых в хозяйстве, переместилась с борта корабля в жилой модуль. А чуть ли не самым ценным «свадебным подарком» стал трансконнектор.

Ну, и на свадьбе мы погуляли…

На борту орбитального корабля один Римас дежурил, а весь остальной экипаж собрался под куполом Главного сектора Города Смотрящих. Сюда же, на свет, перетащили модули станции.

Понятия не имею, из чего наши женщины изобразили фату, но она у Юли была. Голову невесты украсил венок из живых цветов — хищных венчиков, словно вырезанных из синего бархата — они обильно распускались на каркасниках, обвисали целыми гроздями соцветий.

Правда, свадебного платья на Браиловой не было, но для торжественного случая Света одолжила Юльке свой белый комбез.

Лица женатых и замужних смягчились, а в их глазах будто всплывали воспоминания о том самом дне, когда сердце колотилось, заглушая аккорды Мендельсона.

Сдерживая улыбку, я солидно откашлялся. Выступать в роли заведующей ЗАГСа мне еще не приходилось, но я, как начальник экспедиции, имел полное право регистрировать новую семью.

— Сегодня мы присутствуем на особо торжественном мероприятии… На первом в этом мире бракосочетании! Да, в задачах экспедиции не значилось основание постоянной станции на иной планете — это целиком и полностью инициатива наших молодых. Юля! Саша! На завтра назначен отлёт «Авроры», и вы останетесь вдвоём… Но не одни! Мы будем гордиться вами и тревожиться за вас. Поэтому я передаю нашу общую просьбу — соблюдайте крайнюю осторожность, берегите себя! Вы первые люди, поселившиеся у другой звезды, на чужой планете. Очень надеюсь увидеть вас лично через год, живыми и здоровыми! Ну… — я смущенно кашлянул. — Что-то я заговорился… К-хм… Юлия Михайловна, согласны ли вы стать женой Александра Сергеевича?

— Да! — выдохнула Браилова. Ее глаза сияли.

— Александр Сергеевич, согласны ли вы стать мужем Юлии Михайловны?

— Да! — расплылся в блаженной улыбке Бирский.

— Меняйтесь кольцами! — ухмыльнулся я.

Тут Шурик схитрил. Золотую жилу он обнаружил еще в самом первом рейде в Ленточный каньон — глубокое ущелье уходило далеко в Одинокие горы, раскалывая хребет. Выломал самородок поувесистей, отбил молотком наросты кварца — и смастерил два кольца. Грубоватых, со следами ковки, зато увесистых. Сюрпри-из!

— Можешь поцеловать невесту!

Шурка так нежно, так бережно коснулся Юлиных губ, что я простил ему все порции ехидцы в свой адрес.

— Объявляю вас мужем и женой!

Экипаж захлопал с большим энтузиазмом, Рута в запале выкрикнула:

— Горько!

А молодожёны и рады стараться…

Свадьба пела и плясала в самом большом помещении станции, прозванном «кают-компанией». Полукруглое в плане, оно имело две двери — одна вела в библиотеку-лабораторию, а другая — в кольцевой коридор. Тесновато, конечно, особо не повальсируешь, но двоим места хватит с избытком.

А уж как наши женщины расстарались! На стол подавали вареных моллюсков (их нежное мясцо походило вкусом на тушеного кальмара), прямо в многостворчатых раковинках, и рыбозмей, порезанных кругляшками. Испекли в золе кожистые клубни местных корнеплодов, только есть их, как картошку, нельзя — надо было ложечкой выгребать розоватую мякоть со вкусом… Ну, отдаленно походило на фасоль с приправами. Зауропитеки яство сие сырым потребляли — унюхают, нароют и лопают с отменным аппетитом, вместе с кожурой. А Света с Талей подсмотрели их трапезы…

Врачини даже компот сварганили — из мясистых цветков, переполненных нектаром. Пчёлки бы с ума сошли от счастья, но насекомые на Элене не завелись пока — опыление взяли на себя микроорнитозаврики, перепончатокрылая мелочь размером с колибри.

И я там был, мёд-пиво пил, а так как усов у меня нет, всё в рот попало. Когда до старта «Эос» оставалась пара часов — Павел деликатно посматривал на хронограф — я покружил Юлю в танце, и увёл ее в библиотеку-лабораторию.

— Спасибо тебе за всё! — высказалась Бирская, и робко чмокнула меня в уголок губ.

Я улыбнулся, чисто платонически приобняв её, и включил трансконнектор.

— Юль, ты хороший человечек и… хм… присматривать за тобой было не в тягость. Я помнил твою маму — этого было достаточно. А теперь пора мне выполнить давнее обещание!

— Я буду говорить… с папой? — прошептала Юля, округляя глаза.

— Будешь!

Мне осталось набрать коды и протянуть Юлии Михайловне наушники. Она помотала головой.

— Нет… Я хочу, чтобы ты тоже слышал… нас.

Скрыть выражение плаксивой сентиментальности мне удалось — я склонился над пультом, утопив зеленую клавишу, чётко выговорил код и сказал:

— Доступ в зону «Дельта»!

В динамике щелкнуло, и голос дежурного пробасил:

— Кому направить вызов, Михаил Петрович?

— Мигелю Сенизо.

— Есть! Приём… Абонент на связи, отключаюсь!

И в тот же момент зазвучал очень знакомый баритон — я как будто слушал самого себя, свой собственный голос, записанный на плёнку:

— Сенизо у телефона.

— Пап… — еле вытолкнула Бирская, и слезы закапали на пульт.

— Юля⁈ — толкнулось в динамиках. — Юлечка, это ты?

— Я, папочка! Я! Пап… — она расплакалась.

— Юлька… — голос Гарина-Браилова-Сенизо подозрительно плыл да подрагивал. — Господи, как же я рад тебя слышать! Где ты, маленькая моя? В «Бете»?

— В «Альфе»! Я… Я сейчас не на Земле, пап, я на Элене — это планета такая, на ней можно жить, только она у Альфы Центавра! Корабль улетает сегодня, но я… Я остаюсь. Только не одна! Я, пап, сегодня замуж вышла. Вот, тут рядом Михаил Петрович, он начальник Первой межзвездной экспедиции, он нас расписал… С Сашей Бирским. Саша — планетолог, и мы с ним решили остаться. Тут столько всего, пап! Тут громадный космодром рептилоидов и целый город! Мы будем с Сашей тут жить и работать, и я каждый день буду с тобой разговаривать… И с мамой! А через год прилетит корабль Второй межзвездной…

— Юлька… — в голосе Сенизо чувствовалась улыбка. — Я тобой горжусь! И чертовски завидую!

Погладив Бирскую