Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло - Кира Лин

Он склонился, волосы свесились и коснулись лица — тело вспыхнуло изнутри, и меня обдало мелкой дрожью.

— Ты играешь со мной.

— Ты первая начала, — прошептал он и обжёг дыханием щёку.

Я зажмурилась, чувствуя, что не в силах противостоять и готова сдать позиции. Нет, я не должна....

— Нет, — только и смогла вымолвить.

Стюарт обошёл меня вокруг, как хищник, почти касаясь, и кожа дернулась как от точечного удара током. Его магия обволакивала, напряжение вытекало из меня слабыми импульсами, и нахлынуло ощущение спокойствия.

Вампир опустил руки мне на плечи, и чудом ноги не подогнулись. От его ладоней по спине поползла мощь — ласковое, но обжигающее тепло.

— Что ты чувствуешь, Эшли?

— Ты уничтожаешь меня.

— В тебе томятся чувства, которые ты сдерживаешь.

— Ты в моей голове, — попыталась возмутиться я, качнула головой, рассыпав волосы по плечам. Но сладкая магия затягивала в омут чар Стюарта, я медленно, но верно падала назад, в его объятия. И последние слова беззвучно выдохнула: — Ты обещал.

— Я нашёл лазейку, крохотную щёлочку в твоём самоконтроле. Твоё слабое место — это Бен.

На этом моменте я должна была бы очнуться, открыть глаза и яростно возмутиться, но и не подумала об этом. Мне было хорошо, как никогда раньше.

— Он тоже маг?

— Почти. Он рагмарр.

— Как тебе повезло, — тихо рассмеялся Стюарт. — Наслышан о рагмаррах — они безжалостны и бесчеловечны. Им чуждо само понятие о чувствах. — Его руки исчезли с моих плеч, но я не успела испытать разочарование, потому что они ласково заскользили по моей талии и прижали всем телом к груди вампира. — Любишь острые ощущения.

— У меня тоже такое впечатление сложилось, — и под действием его чар я была способна на иронию.

— Любовь к нему погубит тебя, если ты не научишься держать её в узде. Нерастраченная энергия перерастает в тёмную магию и набирает колоссальную силу. Тебя разорвёт, Эшли. Ты должна отпустить свои желания, им нужен выход.

— Это невозможно, он не позволит. Бен пытается уберечь меня от своего брата. И в этом я с ним солидарна.

— Он заставляет тебя играть по своим правилам. А я мог бы стать для тебя, кем ты захочешь. Только ты, Эшли.

От его интимного голоса я задрожала. Тихая нежность, пробуждающая жар в теле, тяжесть внизу живота. И я знала, что этот голос предназначался только мне, больше никому и никогда.

Я уже была в его власти — Стюарту оставалось просто взять меня.

От этой мысли внутри меня поднялась волна силы. Возмущение смыло неловкость, отрезвило. Осознав, что готова позволить Стюарту всё, что может родиться в его тёмной фантазии, я распахнула глаза.

Меня ничего не настораживало в его действиях, а будь в трезвом уме, одна только подобная мысль вызвала бы ужас. Более того, я начинала действительно желать малознакомого вампира. Желать….

Я перешагнула черту между безобидным флиртом и похотью. Резкий такой рывок вперёд, и меня бросило в жар.

Глядя мутными глазами в сторону беседки, я не колебалась. Страх и сомнения покинули меня, и совесть притихла — я никому ничего не должна.

Бен держал меня на расстоянии, лгал, и голова шла кругом от мысли, в чём ещё он мог меня обманывать. Сколько это будет продолжаться?

— Ты начинаешь злиться — это хорошо.

Голос Стюарта прозвучал настолько тихо, что показалось, я слышу его мысли в своей голове. Я почувствовала губы вампира на своём лице, но ничего не сделала.

Мне этого хотелось или я поверила, что хотелось.

— У тебя же есть Тереза. Вы разве не пара? — то была жалкая попытка воззвать к совести вампира.

— Это другое.

— Что значит — другое?

Он распутал руки и мягко развернул меня к себе лицом. Я подняла голову и посмотрела ему в глаза, ладони невольно легли на грудь вампира.

Мелькнула мысль, что я больше не боюсь увидеть его сущность, готова встретиться с ней. Он был силён и отлично закрывался. Берёг меня?

Едва заметно сузив глаза, он с вдумчивым видом изучал мои мысли. Его руки покоились на моей талии, я скользнула вниз по ткани рубашки и накрыла их своими ладонями. Они были тёплые и мягкие.

Я слышала его сердце, видела, как вздымается грудь от тяжёлого дыхания. Если он делал это для меня, то, сколько же тратил энергии? И сколько потребуется человеческой крови, чтобы восполнить затраты?

Ах, да, я всё время забываю — ему не требуется кровь.

— Это значит, то, что сейчас происходит между нами, никак не относится к Терезе, — пустым голосом отозвался он.

— Что? Что происходит между нами?

— Магия. И это не имеет значения.

"Как и то, что я люблю другого?!" — подумала я, но вслух сказала другое:

— Твоя сила в соблазне. Ты подчинил мой разум себе?

— Нет. Я лишь приоткрыл его, высвободил твои чувства.

— И что мне теперь с ними делать? Чувства отвлекают от более важных мыслей.

Он склонился надо мной, словно для поцелуя, но едва коснувшись губ, беззвучно выдохнул:

— Тебе решать.

Мои ресницы затрепетали, сердце неистово дрожало в груди, и я боялась пошевелиться. Стюарт улыбнулся и растворился дымкой в воздухе.

Я не ощутила, как исчезли его руки с талии — мои ладони потеряли опору, безвольно упали и повисли вдоль тела.

Чары вампира развеялись, в голове как-то резко прояснилось, но мир ещё плыл перед глазами. Что он имел в виду, говоря о магии? И кто из нас оказался её пленником?

Не Стюарт ли?

Глава 37

Поведя плечами, я сбросила пьянящее ощущение чар и покачнулась, но устояла на ногах. Надеюсь, нас никто не видел. Не хотелось бы, чтобы кто-то наблюдал весь этот спектакль, оправдания себе я бы не смогла придумать.

Подул ветер, резким порывом разметал волосы и окончательно отрезвил меня. Я заморгала, оглядываясь. Из беседки доносились голоса Хилари и Джоша, но они не могли видеть нас из-за стены деревьев.

А чего я так боялась? Осуждения? Того, что вампир пробудил во мне вожделение?

Я так тщательно контролировала себя, что когда перестала это делать, на плечи навалилась усталость, и ноги подкосились. Смахнув пряди с лица, повернулась к дому, силясь вспомнить, что произошло минуту назад.

Всё казалось таким далёким, словно сон….

И на миг подумалось, что мне действительно это приснилось. Хотела бы я, чтобы так и было.

Я в растерянности побрела к склепу, мечтая о горячем душе. Вошла во мрак холла и поспешила исчезнуть, чтобы не попасться кому-то ещё на глаза. Общения с