Повелитель Стихий - Сергей Полев

появления. Несмотря на то, что по телу сейчас гуляла стихия холода, кожу на лице неприятно жгло. Даже пожалел, что выкинул шубу — вероятно, она бы могла помочь мне подобраться поближе.

Чёткие очертания травы до сих пор были скрыты под водой, однако нить воли теперь могла дотянуться и передать мне информацию о подснежнике. И-и-и…

Она мне почти ничего не дала.

Выглядело растение как одуванчик, у которого вместо белого шара парашютиков сиял ярко красный огненный шар. Такой же красноватый, прямой стебель, полное отсутствие листьев.

На память я точно не жаловался, а значит, такого растения в справочнике не было. Либо же стихия настолько сильно изменила подснежник, что понять, как он выглядел изначально, можно было только с помощью специального оборудования.

Неприятно. Подснежники высоких ступеней — совсем не простые травки. Они могут очень и очень серьезно огрызаться, так что стоит быть готовым ко всему.

Больше времени на раздумья тратить не стал. Зачерпнул из сопряжения чуть ли не треть имеющийся стихийной силы, но выпускать наружу на этот раз её не стал. Воздух резко похолодал, кожа побелела, становясь твердой и покрываясь синим налетом, мышцы задубели.

Прыжок.

Кипящая вода встретила меня громким шипением. От тела принялись подниматься дорожки пара, но боли я пока что не чувствовал — холод стойко держал удар. Зато мешанина пузырьков перед глазами катастрофически мешала обзору, так что ориентироваться получалось лишь благодаря нити воли.

Подснежник почувствовал приближение чужеродной стихии и тут же принял ответные меры. Оранжевое соцветие принялось резко увеличиваться в размерах, за несколько секунд превратившись из шарика для пинг-понга в теннисный мяч, и на этом не собиралось останавливаться.

Тоже отреагировал, закручивая нить воли вокруг бутона. Чёрт!

Количество стихийной силы в подснежнике оказалось сильно большим, чем я предполагал. Змейка воли жалобно «пискнула», пытаясь сдержать расширение, а мозг пронзило раскаленным стержнем. В последний момент успел снять нить с бутона.

Святой Деймос! Ещё бы секунда промедления, и нить бы порвалась. А за этим бы последовал такой откат, что вряд ли бы я смог остаться в сознании.

Проигнорировав появившийся металлический привкус во рту, вытащил наружу вторую змейку и снова направил Волю на подснежник. Двукратное усиление принесло плоды, и шар замер на месте, однако в глазах вновь потемнело.

На грани.

Если не успею секунд за десять, то придётся доставать третью нить, чего мне делать катастрофически не хотелось.

В два мощных гребка, наконец, добрался до дна. Появилась новая проблема — воздух в лёгких постепенно кончался, что также не приносило мне приятных ощущений.

Сейчас.

Зачерпнув из сопряжения почти всю оставшуюся стихийную силу, потянулся рукой к ростку. Огонь стал ещё ярче, подснежник протестующе замигал и запульсировал, однако нити воли пока что крепко держали бутон.

Секунда, и моя покрытая толстенным слоем льда рука смыкается на стебле. Стихия холода тут же потекла внутрь, проламывая сопротивление растения. Благо почти весь огонь был сосредоточен в бутоне, а на сам побег приходились лишь жалкие крохи.

Пара мгновений, и преграда была прорвана, и корень подснежника промерз насквозь, покрываясь льдом. Отломил цветок от земли, убирая продолжающий отчаянно сопротивляться росток в специальный контейнер.

После того, как стебель был оторван, сияние резко потухло, так что последний шаг не доставил никаких проблем. Как бы я хотел так сказать.

Воздуха в легких осталось всего ничего, да и почти вся стихийная сила была потрачена на «битву» с подснежником. Поэтому тело будто бы положили в костер.

Горело всё.

Легкие изнутри, от нехватки кислорода. Кожа снаружи, от контакта с кипятком. Надо было срочно выплывать, иначе сварюсь здесь заживо.

Следующую минуту напрочь вырезали из моей памяти. Вот я ещё пытаюсь кое-как грести среди тысяч пузырьков, а вот я уже забираюсь на льдину, словно подбитый тюлень.

Гладкая поверхность приятно холодила кожу, так что я просто распластался на ней, стараясь отдать обратно как можно больше тепла. Как же хорошо!

Свежий воздух, прохлада, легкие волны убаюкивающе качают… Стоп! Какие, к черту, волны?

Подняв голову, обнаружил неприятную новость. Большая часть моей ледяной дорожки уже успела растаять, и теперь я дрейфовал на оставшемся куске посреди озера. Который тоже стремительно уменьшался в размерах.

Ясно, покой нам только снится.

Поскольку из вещей у меня имелся только контейнер, принялся грести им в сторону берега. Весло из него, конечно, такое себе, но лучше, чем ничего, да и не слишком большое расстояние мне надо преодолеть.

Можно было бы, конечно, воспользоваться волей, но голова до сих пор продолжала шуметь, так что предпочёл поработать ручками. И только минуты через две, несколько раз неприятно ошпарив себе пальцы кипятком, наконец, разлегся на берегу, тяжело дыша.

Только и на этот раз отдохнуть мне было не суждено. Стоило центральному «обогревателю» исчезнуть, как равновесие сдвинулось, и озеро начало стремительно проигрывать схватку стихии.

Буря вновь отвоёвывала обратно свою территорию, и зеленую траву на берегу уже замело снегом. Марево же приблизилось к водной глади практически вплотную, из-за чего половина моего тела находилась в нём.

И да, с одной стороны, неприятных ощущений я не чувствовал, но с другой… Млять!

Фиолетовая вспышка накрыла моё тело, и меня снова словно ударило разрядом электричества. Вот что с другой!

Проклиная всё на свете, кое как поднялся на ноги и, шатаясь, побрел наверх. Крайне медленно, периодически падая, и стабильно попадая в осколки Бури, которые будто специально сыпались на меня нескончаемым потоком.

Не помню точно, каким образом я смог добраться до края Бури, но пришёл в себя я уже лежащим лицом в сугробе метрах в двадцати от сияющего марева. Всё тело ужасно болело, мышцы мелко дрожали, будто бы накопив в себе заряд электричества, а картинка перед глазами плыла и двоилась.

Но одновременно с этим в груди разрасталось приятное тепло, а сопряжение возбужденно пульсировало. Какого чёрта происходит⁈

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что непосредственной опасности нет, нырнул внутрь себя и заглянул в сопряжение. И тут же замер, не в силах поверить, что глаза меня не обманывают.

Ледяное дерево не изменилось, лишь одобрительно трясло ветками. Но озерцо, около которого оно росло, и которое я буквально только что осушил в ноль, было вновь наполнено стихийной силой до отказа. И не просто наполнено — оно стало как минимум процентов на тридцать больше!

Конечно, с точки зрения абсолютной силы я всё ещё оставался слабаком, но такой быстрый и главное, беспричинный рост, был слишком странным. Несмотря на то, что я за время службы в Легионе видел множество невозможных вещей,