Лекарь Алхимик. Том 2 - Сергей Соколов

— Я уже помог, — Аверс слегка развёл руками. — Вместо камеры вы сидите в удобном кресле и беседуете со мной. Если вы считаете, что подозрение в убийстве исчезнет после одного моего распоряжения, то ошибаетесь.

Он подтянул лежавшие на краю стола документы и аккуратно выровнял их.

— Стража опечатает лавку, дознаватели изучат товар, компоненты, оборудование и записи о продажах, после чего эксперты установят, связаны ли смерти с вашими зельями и насколько велика вина каждого причастного…

— Даже у лучших лекарей умирают пациенты, — прервал я заранее подготовленную речь. — Вам это известно не хуже меня. Однако их деятельность не приостанавливают после каждой смерти, лавки не опечатывают, а самих лекарей не тащат в участок до завершения проверки.

Виктор неторопливо откинулся на спинку кресла. Ни раздражения, ни желания спорить на его лице не появилось.

— Деятельность лекарей, находящихся под прямой протекцией Императорской коллегии, в данном деле не рассматривается, — он провёл большим пальцем по краю стола. — Если хотите привести ещё один пример несправедливости государственного устройства, я вас выслушаю. Только постарайтесь уложиться в несколько фраз. Моё свободное время ограничено.

— Тогда скажу прямо. Вы ещё не изучили зелья, не выслушали нас и даже не знаете, от чего на самом деле умерли эти люди, но уже распорядились арестовать Бориса, закрыть лавку и изъять товар. Для людей, чья вина не установлена, ваши стандартные процедуры выглядят вполне законченным наказанием.

Аверс сцепил пальцы перед собой.

— На моих землях погибли трое граждан, ещё пятеро находятся в тяжёлом состоянии. Я обязан был отреагировать.

— Разумеется. Только вы прекрасно понимаете, что я способен прямо сейчас определить причину их состояния. Я попросил Ярослава устроить эту встречу не для того, чтобы узнать, насколько хорошо стража умеет опечатывать двери, а вы привезли меня сюда явно не ради пересказа должностных инструкций.

Виктор замолчал и посмотрел на меня уже внимательнее.

Картина складывалась. Ему требовалось что-то от меня, поэтому Аверс не спешил пользоваться собственной властью и старательно поднимал цену помощи.

— Вы лично этим делом не занимались, — продолжил я. — Скорее всего, прочитали краткий доклад и подписали распоряжение, которое вам принесли из городского ведомства.

Пальцы Виктора едва заметно напряглись.

Попал.

— Откуда такая уверенность? — он чуть склонил голову.

— Вы не знаете, какие именно зелья якобы убили людей. Иначе начали бы с состава, времени приёма и симптомов, а не с благодарности за дочь. Кроме того, вы до сих пор не показали мне ни заключения лекаря, ни сведений о погибших.

Аверс несколько секунд изучал меня, после чего тихо усмехнулся.

— Вы правы. Я подписал распоряжение на основании доклада городского лекарского ведомства. Представленные сведения выглядели достаточно убедительно.

— Для человека, который их составил.

— Возможно, — Виктор поднялся из кресла и направился к высокому шкафу.

Он открыл одну из створок, достал тонкую папку и бросил её на стол. Та проскользила по полированной поверхности и остановилась возле моих рук.

— Прежде чем обсуждать нынешние смерти, советую внимательнее взглянуть на прошлое своего компаньона, — Аверс вернулся в кресло. — Возможно, после этого вы иначе оцените человека, которому доверили торговлю и собственную репутацию.

Я раскрыл папку.

На первых страницах находились протоколы старого расследования, заключения лекарей и фотографии пострадавших. Несколько человек приобрели в лавке Бориса восстанавливающий состав. Одному он не помог, состояние остальных после приёма резко ухудшилось, а один покупатель позднее умер.

Следом шло распоряжение о закрытии лавки и лишении Росса лицензии.

Если остановиться на этой части, Борис выглядел либо бездарным аптекарем, либо человеком, который ради прибыли торговал опасными составами.

Однако дальше находилось заключение повторной комиссии.

— Проданный товар действительно прошёл через лавку Росса, но содержимое найденных склянок не соответствовало приготовленной им партии, — я постучал пальцем по выделенной строке. — Состав подменили уже после изготовления, а когда похожие случаи произошли ещё в двух частных аптеках, первоначальную версию пришлось пересмотреть.

— Вы знакомы с этим делом? — Виктор перестал перекатывать перо между пальцами.

Знаком.

Значительно лучше, чем следовало.

В то время я ещё считался наследником Рода Лекарей и имел доступ к сведениям, которые никогда не покидали закрытых кабинетов. Подменённые партии, оплаченные свидетели и заранее подготовленные статьи о ненадёжности частных аптек являлись частями одной операции.

Несколько громких смертей должны напугать покупателей, закрыть независимые лавки и вернуть клиентов родовым лекарям. Когда одинаковых происшествий стало слишком много, а следы привели к связанным с Родом посредникам, дело тихо свернули.

Россу вернули лицензию, но публично оправдывать его никто не стал. Это означало бы признать, что влиятельная семья намеренно калечила людей ради борьбы с конкурентами.

Разумеется, Виктору я об этом рассказывать не собирался.

— Борис говорил о случившемся, хотя вспоминать прошлое ему явно неприятно, — я перелистнул страницу и изобразил спокойный интерес. — Остальное нетрудно понять по материалам комиссии. Если человеку вернули лицензию, значит, первоначальное обвинение не выдержало проверки.

Ложь прозвучала ровно.

Росс действительно рассказывал о старом деле, однако знал лишь официальную часть. Настоящий масштаб саботажа оставался для него недоступен.

— Следы подмены обнаружили, однако официального оправдания Росс не получил, — Виктор положил ручку на стол. — Вас это не настораживает?

— Меня настораживает другое. Лицензию ему вернули тихо, а обвиняли публично, поэтому ни поставщики, ни покупатели не возвратились. Борис не заметил подмену вовремя и заплатил за это почти полным разорением, но между ошибкой в контроле товара и намеренным убийством всё же существует разница.

Я закрыл папку и подвинул её к середине стола.

Виктор ненадолго опустил взгляд на обложку.

— Я предполагал, что после этих документов вы начнёте думать, как от него дистанцироваться. Связь с человеком, уже потерявшим лицензию из-за смерти покупателя, сейчас только ухудшает ваше положение.

— Тогда вы плохо знаете Бориса, — я осторожно откинулся назад. — Или проверяете, насколько хорошо знаю его я.

Аверс чуть улыбнулся.

— Скорее второе. Человек, который отказывается от компаньона после первой неприятной папки, вряд ли подходит для дела, которое я собираюсь ему предложить.

Он забрал старые материалы и открыл другую часть дела.

Передо мной легли фотографии трёх тел.

Кожа приобрела сероватый оттенок, возле глаз и висков проступили тёмные сосуды, а под ногтями одного из погибших виднелись грязно-синие пятна. У второго по шее тянулись тонкие чёрные прожилки.

Утром