Лекарь Алхимик. Том 2 - Сергей Соколов

черты лица сочетали холодную красоту и врождённую властность, а густые каштановые волосы с медно-золотым отливом спускались ниже лопаток.

Однако всё остальное потеряло значение, когда Ольга подняла лицо.

Серые глаза смотрели в мою сторону, но не останавливались на мне. Зрачки не реагировали ни на движение, ни на падающий через купол свет.

Только теперь я понял, почему ей не требовалось поворачиваться, чтобы следить за разговором.

Наследница Рода Аверс была слепа.

Я подошёл ближе и поднял ладонь перед её лицом.

— Осмотр может оказаться неприятным.

— Если собираетесь светить мне в глаза, можете не стараться, — Ольга слегка приподняла подбородок. — Они всё равно не отреагируют.

На пальцах вспыхнуло лекарское пламя.

Зелёный огонь не причинял вреда. Он мягко осветил лицо девушки и проник глубже, раскрывая передо мной ткани, сосуды, энергетические каналы и движение жизненной силы.

Хрусталики сохранились. Зрительные нервы не разрушились, кровоснабжение оставалось почти нормальным. Формально Ольга должна различать хотя бы свет и крупные силуэты.

Однако ткани пронизывали тончайшие минеральные нити.

Они врастали в сосуды, оплетали нервы и постепенно заменяли живую плоть прозрачным камнем. Изменения шли настолько медленно, что обычный лекарь мог принять их за последствия болезни или повреждения источника.

Я усилил пламя.

Нити мгновенно отозвались.

По ним прошёл слабый импульс, а от глаз Ольги к основанию черепа потянулась скрытая цепочка знаков. Плетение уходило в источник и терялось под плотным слоем чужой энергии.

Я сразу погасил огонь.

Ольга повернула голову на мой голос.

— Уже всё?

— Для первого осмотра достаточно.

Я отступил, собирая увиденное в единую картину.

Это оказалось не заболеванием. Чужая техника проросла в энергетические каналы Ольги, связалась с её земной стихией и заставила собственную силу девушки поддерживать разрушение.

Пока плетение не трогали, процесс почти не двигался. Грубая попытка снять его могла запустить полное окаменение.

— Ну? — Ольга сложила руки перед собой. — Какую редкую и особенно убедительную причину назовёте вы?

Я посмотрел на Виктора.

Он стоял неподалёку, сохраняя внешнее спокойствие, однако пальцы за его спиной сжались.

Аверс ждал не диагноза.

Он ждал моего решения.

— Всё значительно сложнее обычной потери зрения, — я снова повернулся к Ольге. — Прежде чем начинать лечение, мне нужно узнать причину и обстоятельства появления повреждения.

— Почему?

— Ошибка может ускорить процесс.

— Насколько?

Я не стал смягчать ответ.

— До нескольких минут.

Под куполом шелестела листва. Из глубины оранжереи доносилось тихое журчание воды.

— И чем это закончится? — лицо Ольги осталось неподвижным.

— Смертью.

Девушка помолчала, затем невесело усмехнулась.

— Значит, всё снова бесполезно.

— Я этого не говорил.

— Но подумали, — Ольга сделала несколько уверенных шагов назад, безошибочно обходя клумбу. — Не переживайте, господин Розин. Я давно научилась различать паузы лекарей. Одни означают, что они не знают ответа. Другие — что знают, но боятся его произнести.

Она повернула лицо к отцу.

— Впрочем, наследнице Рода многого не требуется. Достаточно заключить подходящий брак и родить следующего наследника. Для этого глаза необязательны.

— Ольга, прошу, — Виктор шагнул к ней, и впервые его голос потерял привычную твёрдость.

Девушка подняла ладонь.

— Не нужно. Я слышала достаточно обещаний, чтобы отличать надежду от очередной отсрочки.

Она нащупала оставленный в земле садовый нож и снова опустилась возле растения.

— Оставьте меня.

Виктор ещё немного постоял рядом с дочерью, затем посмотрел на меня.

Я едва заметно покачал головой. Продолжать разговор при Ольге не стоило.

— Мы поговорим позже, — произнёс Аверс.

— Разумеется, — девушка провела пальцами по краю листа. — Глава Рода всегда возвращается к незавершённым делам.

Виктор сжал челюсть и направился к выходу.

Я последовал за ним.

* * *

Слуга проводил нас в небольшую гостиную неподалёку от оранжереи. Здесь не встречалось показной роскоши кабинета главы Рода: несколько кресел, низкий стол, закрытый камин и широкое окно, выходившее во внутренний сад.

На столе ждал чай.

Я отказался от чашки и остановился возле окна. Перед глазами всё ещё стояла структура проклятия: минеральные нити, скрытые знаки и связь с источником Ольги.

Общий принцип я понимал.

Плетение использовало её земную стихию как источник питания. Чем сильнее становилась девушка, тем глубже проклятие соединялось с телом. Теперь оно проросло через глаза и закрепилось возле источника.

Обычными лекарскими техниками его не снять.

Другой способ существовал.

Память прошлой жизни подсказывала отдельные движения, знаки и обрывки техники. Я понимал, где искать узлы и как отделить чужую волю от жизненных каналов.

Но этого не хватало.

Требовались идеальный контроль, точная последовательность действий и сильный источник. У меня имелись лишь разрозненные знания, а нынешнее тело не располагало нужным запасом энергии.

Одна ошибка убьёт Ольгу.

— Может быть, всё-таки присядете? — Аверс устроился в кресле, внимательно следя за каждым моим движением. — Вы выглядите так, словно собираетесь проделать дыру в полу.

— Это изначально входило в ваш план? — я повернулся к нему. — Привезти меня сюда и дождаться, пока я сам пойму, что с ней происходит?

— Да.

Ответ прозвучал без колебаний.

— Вы знали, что это проклятие.

Виктор взял чашку, но пить не стал.

— Я хотел услышать ваш вывод прежде, чем открыть собственные сведения.

— Значит, всё происходившее до этого служило проверкой.

— Назовите это осторожностью.

— Я назову это обманом. Кто наложил проклятие?

— Не могу ответить.

— Тогда я не смогу помочь.

— Способ существует, — Виктор поставил чашку обратно.

Слишком уверенно.

Теперь всё встало на свои места. Ему требовался не независимый лекарь, а человек, способный распознать и снять конкретное плетение.

— Вы знаете, какая техника нужна.

— Знаю.

— И понимаете, чего она требует? — я подошёл к столу. — Нужно пройти через источник самой жертвы и отделить чужую волю от жизненных каналов. Ошибка запустит проклятие полностью.

— Вы способны её применить?

— Я способен убить вашу дочь быстрее, чем она успеет понять, что произошло.

Пальцы Виктора сжались на подлокотнике.

— Это не ответ.

— Другого пока нет. Мне нужно знать, кто создал проклятие, когда его наложили, при каких обстоятельствах появились первые симптомы и что предпринимали предыдущие лекари.

— Записи лечения вы получите.

— Этого недостаточно.

— Остальные сведения касаются внутренних дел Рода.

Я коротко усмехнулся.

— Тогда лечите её внутренними делами.

Виктор поднялся.

— Осторожнее, Максим.

— Это вам стоит проявить осторожность,