Лекарь Алхимик. Том 2 - Сергей Соколов

— Особенно у людей с общими интересами.

— И какой же интерес у нас общий?

— Истина, разумеется.

Ярослав бросил на меня короткий взгляд, в котором читалось вполне понятное желание закончить этот обмен любезностями до того, как старики умрут от старости.

— Откройте хранилище, — повторил он.

Грачёв приложил служебный знак к панели. Внутри двери щёлкнул механизм, по металлу пробежали тонкие линии, и тяжёлая створка медленно отошла в сторону.

За ней находилась небольшая лаборатория с каменным столом в центре. На стеллажах располагались запечатанные контейнеры, в нишах стен мерцали охлаждающие артефакты. Белый свет подчёркивал стерильную чистоту помещения.

На столе нас ждали два целых флакона и прозрачный пакет с осколками третьего.

Я подошёл ближе, не касаясь образцов.

— Кто отбирал содержимое?

— Штатный специалист управления, — Грачёв указал на лежавший рядом протокол. — Первичное исследование проводили сразу после поступления.

— При свидетелях?

— В присутствии сотрудников ведомства.

То есть только людей, подчинённых тому же управлению.

Грачёв мог намеренно подчеркнуть эту деталь. Мог, наоборот, не придать ей значения. Пока он держался слишком уверенно, чтобы читать каждое движение как признание.

Я надел тонкие перчатки и взял первый флакон.

Стекло изготовили по старой технологии, которой пользовался поставщик Бориса. Форма основания, неровности стенок и едва заметная волна возле горлышка совпадали. Клеймо Росс тоже нанёс собственноручно: характерный нажим и глубину отдельных штрихов подделать почти невозможно.

— Флаконы наши, — признал я.

Грачёв слегка приподнял брови.

— Приятно видеть готовность признавать факты.

— Они обычно интереснее поспешных выводов.

Его губы тронула сухая усмешка, но продолжать он не стал.

Я поднял флакон к свету. На дне оставалось несколько капель мутно-зелёной жидкости, а по внутренним стенкам тянулись тончайшие чёрные разводы.

Над ладонью вспыхнуло лекарское пламя.

Структура состава раскрылась почти сразу. Пропорции выдержаны, ингредиенты соединены правильно, закрепляющая руна не повреждена. Никакой ошибки во время приготовления.

Чёрный компонент лежал отдельно от основы.

Кто-то ввёл его уже после того, как зелье остыло и стабилизировалось.

— Яд добавили позже, — коротко подвёл я итог.

Один из сотрудников управления потянулся к планшету, но Грачёв опередил его:

— Это ещё предстоит доказать.

Я не стал спорить. Просто погасил пламя и осмотрел пробку.

Воск выглядел целым, печать не нарушена. Однако алхимическое зрение быстро обнаружило тонкий канал, проходивший под углом вдоль волокон. Отверстие тщательно закрыли воском того же оттенка.

— Увеличение.

Сотрудник поднёс оптический артефакт. Над столом появилось изображение пробки, и скрытый прокол стал виден всем.

Грачёв медленно провёл большим пальцем по набалдашнику трости.

— След отбора образца.

— Нет, — я указал на направление канала. — Иглу вводили сбоку, под печатью.

Со второй пробкой человек сработал менее аккуратно. На внутренней стенке сохранилась чёрная крупица. Под лекарским пламенем она вытянулась тонкой нитью.

Той же самой, которую я видел в телах заражённых волков.

Значит, скверну не просто перенесли в город. Её изменили, заставив существовать внутри обычного лекарства до попадания в организм.

— Полая игла, — я отложил инструмент. — Яд ввели, не вскрывая бутылку, а прокол замаскировали воском.

— После приготовления, — поправил Грачёв. — Не обязательно после продажи.

Он не пытался отрицать очевидное. Лишь отступил на следующую линию защиты.

— Верно, — спокойно согласился я. — Поэтому понадобится чистый флакон той же партии.

— Лавка опечатана.

— Тем лучше. Результатам будет сложнее потеряться.

Ярослав уже отдавал распоряжение своим людям.

— Как определить нужную партию?

Я указал на маленькую руну возле основания пробки.

— Борис помечает каждую варку датой. Пусть найдут такой же знак и доставят все совпадающие флаконы под протокол.

Веки Грачёва едва заметно сузились.

О метке он не знал.

Пока люди Аверсов ехали в лавку, я изучил журналы движения доказательств. Первый флакон поступил в хранилище больше чем через три часа после изъятия. Второй провёл вне учёта почти столько же. Третий успел побывать в лаборатории, которая не была указана в основном протоколе.

Достаточно времени, чтобы сделать с бутылками всё необходимое.

Но пока это доказывало лишь нарушение порядка, а не вину Грачёва.

— У флаконов оказалась насыщенная жизнь, — я развернул журнал к инспектору. — Они путешествовали по городу дольше, чем некоторые люди.

— Требовалось установить причину отравления, — Грачёв даже не посмотрел на страницу.

— Разумеется. Просто удивительно, что виновного вы определили ещё до окончания путешествия.

Наконечник трости негромко стукнул о камень.

— Возле погибших нашли зелья Росса. Любой следователь начал бы с производителя.

— И проверил бы книгу продаж.

— Её проверили.

— Тогда вы уже знаете, что двоих пострадавших там нет.

Грачёв слегка качнул головой.

— Росс мог не внести их в записи.

— Мог, — я закрыл журнал. — Только Борис скорее забудет имя покупателя, чем полученную с него монету.

Один из сотрудников опустил взгляд, скрывая улыбку.

Примерно через час группа Аверсов вернулась с опечатанным ящиком. В лавке нашли четыре флакона с той же руной партии.

Я проверил печати, выбрал один и проявил лекарское пламя.

Чистый состав.

Те же ингредиенты, пропорции и время приготовления. Ни чёрных нитей, ни следов прокола.

Сотрудник управления подтвердил результат своим прибором.

— Основа полностью совпадает. Постороннее вещество присутствует только в изъятых бутылках.

Первое настоящее доказательство легло на стол.

Кто-то взял готовые зелья Бориса, ввёл внутрь яд и сохранил печати целыми.

— Значит, заражение произошло после изготовления партии, — Ярослав повернулся к Грачёву.

— Росс всё ещё мог обработать отдельные флаконы перед передачей покупателям, — инспектор опёрся обеими руками на трость.

Слабая версия, но формально возможная.

Обследование бутылок показало способ подделки, однако не отвечало на два главных вопроса: где жертвы получили зелья и кто изготовил чёрную примесь.

Я снял перчатки.

— Осталось проверить путь флаконов.

Грачёв чуть прищурился.

— Погибшие уже ничего вам не расскажут.

Я подхватил папку и направился к выходу.

— Мне не нужны их слова.

За спиной негромко стукнула трость.

— Вы слишком уверены в своих способностях, господин Розин.

Я остановился у порога и обернулся.

Грачёв смотрел спокойно, почти доброжелательно. Только глаза оставались холодными.

Мы оба прекрасно понимали: речь уже шла не о мёртвых.

— А вы слишком уверены, что успели предусмотреть всё, — я слегка усмехнулся. — У каждого свои недостатки.

После этого я вышел из хранилища.

Глава 21

Мертвый кварц

Морг находился в соседнем корпусе, соединённом с