Удачное вложение - Евгения Высоковская

— А ты здесь не был разве? — спросила я, открывая дверь в комнатушку.

— Нет. Ильинична меня не особо жаловала. А я без приглашения не прихожу.

Иоська замер на пороге, не касаясь носками «механизмы». Из груди его вырвался тихий прерывистый вздох. Я, прислонившись к дверному косяку, украдкой разглядывала его точеный профиль. Его лицо показалось мне чересчур бледным и как будто торжественно-трагичным. Затем он присел на корточки и с каким-то чуть ли не благоговением погладил блестящий край устройства, провел, едва касаясь, пальцами по шестеренкам, тронул один из рычагов. Этими нежными прикосновениями он словно знакомился с телом женщины, а не со сложным агрегатом, отлитым из металла.

— Вот он какой, — протянул он еле слышно, и я обомлела, а потом не выдержала и весело фыркнула:

— А у тебя другой, что ли?

К моему удивлению, Иоська совершенно серьезно, даже мрачно, сквозь зубы процедил:

— У нас у всех другой. — Он скривился. — Ладно, не важно. Спроси лучше у бабок, может, снизойдут до объяснений.

Опустившись на колени, он еще несколько минут просидел перед моим «особенным» механизмом. У губ его пролегла резкая складка, отчего он выглядел как будто старше. Затем, как ни в чем не бывало, поднялся и улыбнулся, сощурив на меня хитрые глаза.

— Как там наш супчик?

Мне не понравилась резкая смена его настроения. Он словно притворялся. Да нет, точно притворялся! Но не уличать же его было сейчас. И он слишком резко пресек мои дальнейшие расспросы насчет разновидностей механизма, поэтому я решила пока не возвращаться к этой теме. В этом мире для меня пока еще было слишком много непонятного и неизведанного. И люди, его населяющие или посещающие, входили в ту же категорию. А также некоторые правила, которым они следовали. Одному из правил — использовать свой дар во что бы то ни стало — предстояло следовать и мне по возвращению домой, поэтому мне туда совсем не хотелось. Лучше быть здесь, с Иосифом, пусть от него внезапно на миг и повеяло холодом и отстраненностью.

Мы поужинали. Суп, без ложной скромности, удался и получился невероятно вкусным и ароматным. Кажется, даже Иоська испытал гастрономический восторг, по крайней мере, пока он его ел, его взгляд из хитрого стал вдохновенным и туманным. Я с удовольствием съела еще пару треугольников пирога со свекольной ботвой.

— Домашний, — пояснил Иоська, не углубляясь в подробности.

Сытые и расслабленные, мы сидели за столом. Я уже мысленно разводила костер. За окном сгущались сумерки, дневная жара спала, можно было выбираться на задний двор. Вдруг из блаженного состояния меня резко выдернула досадная мысль. Я вдруг поняла, что мне показалось неправильным в доме! Когда мы с Иоськой пришли, я тоже заметила эту неправильность, но снова не придала значения, а теперь картинка перед глазами возникла слишком отчетливо: шнур от телевизора! Он больше не валялся на полу, он снова был воткнут в сеть!

Внутри меня все похолодело. Я попыталась убедить себя, что это все тот же невидимый помощник, который прибираясь в доме, заметил лежащий провод и вернул вилку в розетку, чтобы все было на своих местах. Но это действие запускало процесс, открывающий доступ сюда чему-то страшному, необъяснимому, и кто-то специально снова дал ему эту возможность…

Дрожащим голосом я рассказала о своих опасениях Иоське.

— Да ладно, ты опять? — лениво усмехнулся он. — Мы же уже разобрались, что телевизор сломан.

Но увидев, что меня начинает бить нервная дрожь, он шумно выдохнул и поднялся из-за стола.

— Ну, пойдем, пойдем еще раз проверим.

Он первым подошел к злополучному телевизору и, как в прошлый раз, несколько раз попытался включить его и выключить, повертел ручки, даже потеребил шнур в месте его выхода из задней стенки и возле вилки. Вытащил и вернул на место штекер рогатой антенны, стоявшей на корпусе. Ни единой искры, ни единой вспышки на экране или даже короткого скребущего звука.

Для моего успокоения Иоська снова выдернул шнур из розетки.

— Ты к нему бумажку приклей, — со смехом посоветовал он, — и напиши на ней: «Не врубать!»

А я подумала, что это очень даже здравая мысль. При Иоське я позориться не стала, но решила, что перед переходом в обычный мир обязательно прилеплю это объявление.

* * *

Наконец мы перебрались за дом и развели там яркий костер. Хоть вечером повеял легкий ветерок, особой прохлады он не принес, на улице было все так же тепло, даже душно. Иоська заставил меня отыскать в кладовке Ильиничны большую плотную подстилку, чтобы не восседать, сгорбившись, на узкой лавочке, а расположиться полулежа, прямо на траве у огня. Идея оказалась внезапно классной, я поняла, что ни разу так не делала за всю свою жизнь. На даче с бывшим мы тоже всегда сидели на лавочке или обрубках бревна, поставленных на попа. И даже при вылазках в лес на пикник все равно размещались на бревнах, специально отыскивая такие места. А так по-походному, или даже по-первобытному, прямо на земле, почему-то никогда и в голову не приходило. Я прихватила еще пару декоративных подушек с дивана, для полного комфорта.

Купол неба все больше темнел, тут и там по нему вспыхивали крошечные звезды. Ветерок гнал небольшие тучки, периодически заслонявшие от нас лунный серп. Мы сидели по-турецки на подстилке. Поодаль в траве валялась сброшенная обувь. Земля за несколько жарких дней сильно прогрелась и сейчас потихоньку делилась теплом. Бутылку с Иоськиным «приворотным зельем» мы поставили посередине и маленькими глотками медленно отпивали его из больших чайных кружек. Это было очень сладкое вино, густое, почти как сироп, с сильным фруктовым вкусом и ароматом. Я все пыталась понять, из чего оно сделано, но не получалось.

Было спокойно и хорошо. Мне больше не хотелось доставать Иоську своими вопросами. Со стороны леса, где я осенью собирала грибы, доносилось щелканье и трели соловья, и казалось кощунственным нарушить эти чудесные звуки своим голосом. От долгого сидения затекли ноги, и я поднялась, чтобы размяться. Иоська лениво следил за мной из-под полуопущенных черных ресниц. Лунный свет лизал его высокий лоб и раскидывал блики в черных волосах.

Я встала на носочки, распрямилась, вытянув руки к небу, и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, тут же ощутив палитру цветочных запахов, наполнявших все вокруг. С сентиментальной улыбкой устремила расслабленный взор в черноту леса. Вдруг мне показалось, что вдалеке за деревьями что-то сверкнуло. Раз и два. Я, с любопытством вытянув