Диктатор 2 - Руслан Ряфатевич Агишев

— Главное, нет лишних ушей, — Янаев, то же стоявший у окна, многозначительно поднял палец вверх. — И можно спокойно поговорить.

Место, и правда, подобрали соответствующее той встречи, которая должна была состояться. Ведомственный пансионат располагался в Серебряном Бору вдали от населенных пунктов. Место не только живописное, но и уединенное. Территорию окружал внушительный забор с видеокамерами, периметр находился под круглосуточным наблюдением вооруженных милиционеров. Лишних людей здесь точно не встретишь.

Это была уже третья их встреча, и сегодня им нужно было принять конкретно решение. Сутки назад их идеологический противник — генерал Варенников — официально объявил о подготовке Чрезвычайного Съезда народных депутатов Советского Союза, на котором планировалось утвердить Конституционную реформу и через систему выборщиков избрать Президента СССР.

— Кстати, товарищи, я взял на себя смелость, позвать на нашу встречу еще одного человека, — едва Янаев это произнес, как Пуго и Павлов тут же нервно уставились на него.

И их тревогу сложно было не понять. Зная крутой нрав генерала Варенникова, не хотелось даже думать о том, что он сможет сделать с заговорщиками. Как говориться в одном известном фильме, тогда живые будут завидовать живым. И никому не хотелось этого от слова никак.

— Геннадий Иванович, ты чего? — прошипел Пуго, нервно дергая головой. — Какого еще человека? Мы же договорились, что никто не должен был ничего не знать.

— Товарищи, я все прекрасно помню. Но это нужно было сделать, и я уверен, что в скором времени вы полностью со мной согласитесь. Ведь, чтобы наше предприятие увенчалось успехом, нам необходима поддержка КГБ. Крючков в последнее время сильно сдал, но…

В этот момент дверь в кабинете открылась и на пороге появился высокий мужчина средних лет в строгом сером костюме и таким характерным непроницаемым лицом, которым обычно отличаются сотрудники специальных служб.

— Первый заместителя председателя КГБ генерал Соколов Аркадий Петрович, — представил незнакомца Янаев. — Хочу сказать, что он сам вышел на меня, и предложил сотрудничество.

— Значит, Аркадий Петрович, — полуутвердительно проговорил Пуго, с явным недоверием смотря на вошедшего. — А почему мы должны верить вам?

Тот криво хмыкнул, молча подошел к ним, легким движением вытащил из под стола небольшой жучок и положил его на столешницу. Мол, вот поэтому вы и должны верить мне.

— Ваш? — голос у Пуго дал петуха. Точно не ожидал. — Еще есть?

Генерал Соколов кивнул. Еще один точно такой же жучок он вытащил из-за картины на стене со сценой охоты. Другой жучок располагался у двери.

— Не беспокойтесь, все они сейчас не работают, — совершенно спокойно сказал комитетчик. — Я сразу же об этом позаботился. Давайте, не будем терять время, а то я сейчас официально на выездном мероприятии, и меня в любое время могут отозвать на Лубянку. Времени до Съезда осталось немного, и нужно договориться о конкретных шагах.

— Не боишься? — не унимался Пуго. Его, видимо, сильно уязвило, что с ним прежде никто не посоветовался. — Как на этой Крючков посмотрит? Ведь, если узнают, что ты с нам разговоры разговариваешь, живо отправишься туда, где и солнца-то не бывает.

Соколов спокойно выдержал этот взгляд. Чуть помолчав, негромко ответил:

— Шеф тяжело болен. Врачи ему дали не более года, а скорее всего и меньше. Об этом пока знают только несколько человек в стране. Даже родные не в курсе. Почти все дела в комитете сейчас веду я, поэтому он точно ничего не узнает. Когда же все будет сделано, то менять что-то будет уже поздно.

Пуго кивнул. Ответ его, явно, устроил. Получалось, Варенникова больше никто не прикроет. По крайней мере, Крючков это уже точно не сможет сделать.

— Теперь можно поговорить, — Янаев пригласил всех к столу. — Приступим. Думаю, никому не нужно объяснять, что чрезвычайное положение отменять пока глупо. Понятно, что продвигая это решение, Варенников хочет завоевать голоса депутатов.

Все, как один, кивнули.

— Выпускать из рук такой инструмент, действительно, глупейшая ошибку, — подтвердил генерал Соколов. — Пока все не нормализуется, об этом даже думать не нужно.

За последние месяцы люди, сидевшие сейчас за столом, а также приближенные к ним, сконцентрировали в своих руках невероятную распорядительную, судебную и законодательную власть. Естественно, никому из них не хотелось ее терять.

— Генерал Варенников, по всей видимости, метит на место президента, — продолжал комитетчик. — Если у него это получится, то многих из нас ждут тяжелые времена. Шеф несколько раз случайно оговаривался, что на каждого уже заведены папки.

Пуго сразу же принял это на свой счет. Лицо немедленно пошло красными пятнами, задергалась щека.

— Затевать свару в открытую глупо и опасно. Лучше вести себя совершенно естественно, и ничем себя не выдавать. Но к началу съезда нужно полностью дискредитировать генерала. Насколько я знаю, вы уже ведете нужную работу с национальными республиками.

Янаев кивнул. Такую работу они, действительно, начали, и уже были кое-какие результаты. В некоторых республиках уже дали понять, что делегаты из их регионов, выступят против генерала Варенникова.

— Тогда я займусь компроматом. Дело для нас знакомое, — подытожил комитетчик.

Глава 20 Готов ли ты пойти до самого конца?

Глава 20 Готов ли ты пойти до самого конца? * * *

Москва

У серого подъезда обычной московской панельки остановились две чёрных волги с наглухо тонированными стеклами. Вышли двое крепких мужчин в гражданском. У подъезда их встречали ещё двое, похожие на первых, словно братья-близнецы, — то же плотного телосложения, такие же непроницаемые лица и сканирующие взгляды. Знающие люди скажут сразу — «работают» сотрудники из «конторы».

Они переговорили, и один из четвёрки кивнул в сторону ближайшей волги, откуда вышел подтянутый генерал.

— Валентин Иванович, Елена Тихоновна сегодня не в духе — тихо сказал один из охранников, открыв дверь в подъезд перед генералом Варенниковым. — Сегодня приезжал ваш сын с внуками. Помните, я вам напоминал, когда вы выходили из МИДа.

Генерал устало кивнул. Мол, помню, но дело есть дело, и от этого никуда не деться.

— Игорь, Лена сильно ругалась?

— Сильно, Валентин Иванович.

Варенников снова кивнул. К сожалению, ничего нельзя было поделать. Он просто не мог иначе.

— Принял, — коротко бросил он, входя в подъезд.

Поднялся на лифте на