Предел. Выживание - Евгений Сладков

Не вонзился, не проткнул кожу, а всего лишь надавил. Но этого хватило, чтобы русло раскрылось рефлекторно, и энергия хлынула в него, рванувшись к Ядру Предела.

Я потерял контроль.

Последний участок материализовался грубо: без берегов, ритма и осторожности. Плоть разошлась, сосуды лопнули, филамент продавил рубцовую ткань, пошёл дальше, оплетая собой незримое Ядро Предела и замыкая оба Средоточия живой связью: Ядро Атрибута сделало полный оборот — Предел ответил. Главный филамент натянулся между ними не лучом Силы, а настоящей частью тела: пульсирующей, кровоточащей, невыносимо чувствительной.

Материализация завершилась.

* Неостановимый Бык: https://author.today/reader/433488/4084857

Глава 18

Филамент

'Когда не знаешь пути — будь тлеющим огнём.

Он не тратит себя напрасно.

Он просто ждёт, чтобы однажды вспыхнуть.

Вспыхнуть и сжечь всё на своём пути!'

Флагран Сжигающий

Я достиг двадцать первого уровня.

И никакой прошлой эйфории, никакого ликования и удовлетворения от этого не испытал. Вместо них меня вырвало остатками крови и кристаллической крошкой. Жаль, Отступник отступил вовремя, и ему не перепало ничего. Но ввиду последних событий, моей крови он бы, пожалуй, только порадовался.

Я повис на цепях, не чувствуя ног. Ударенное о Камень колено распухло, но чашечка под кожей, кажется, осталась целой: хруст оказался не переломом. Хоть в чём-то повезло! Сердце билось через раз, но каждый его удар приходился по Главному филаменту словно молотом по наковальне.

Ещё и чужая энергия продолжала оставаться внутри.

Её присутствие вскрыло то ли второе отличие человеческого Ядра от звериного, то ли сказался способ «употребления». Ранг у скормленного мне вроде бы и редкий был, а Силы в нём оказалось несоизмеримо больше, чем в аналогичной «зелёнке» звериной. Либо дело было в способе: ранее Ядра поглощались исключительно в процессе медитации, когда оно оставалось за пределами организма. Проще говоря, никто в здравом уме не жрал кристаллы Атрибутов, и теперь я понимал почему. Но, вероятно, именно поэтому и получилось за одно лишь съеденное Ядро достичь нового уровня в отличие от всей прошлой прокачки.

Что до остатков энергии, то её было немного — Искажение переработало почти всё, но для только что завершённого русла даже крохи сейчас стали лишними, а потому они спровоцировали дальнейшую материализацию — от Главного филамента начали расти ответвления.

Первое потянулось под левую ключицу. Туда, где во время Шторма появлялся холодный след, вернувший мне ритм. Второе — к правому плечу. Третье едва обозначилось возле сердца и замерло. Пока, во всяком случае.

И я чувствовал каждое из них.

Но паскуднее было то, что Отступник тоже знал о них. Ничем иным не объяснить ни огонь, зажёгшийся в его глазах, ни лихорадочный шёпот, ни дальнейшие действия — его белая рука легла прямо под левую ключицу. Я инстинктивно рванулся назад, но стена не позволила. Ещё попытался ударить Давлением, но цепи опять всё поглотили.

Ренегат провёл пальцем по коже, прослеживая молодой филамент.

— Не трогай, — потребовал я, стараясь выдать это как можно более членораздельно.

— Он вырастет снова.

— Проверь на себе.

— Мои не такие.

— Повезло.

Он чуть отпустил цепи, но мало того, что ноги не держали, так ещё и Камень подхватил меня со стены. Из пола поднялась плита, выгнулась под спину и уложила горизонтально. Браслеты разошлись в стороны, растянув руки. Босые ступни остались рядом, а ножные цепи свободно легли вдоль краёв плиты — нижнюю часть тела удерживал сам Камень. Нехорошо, очень-очень нехорошо!

Нож появился в правой ладони Отступника.

Лезвие вошло под ключицу, а из груди вырвался крик.

Материализованный филамент был не просто органической тканью. Он проводил не только Атрибут, но и ощущения тела тоже. Когда нож коснулся оболочки, боль возникла сразу во всём: в голове, Ядрах, руках, позвоночнике. Будто резали не кусок мяса, а саму связь между частями меня.

Двуликий работал аккуратно.

Раздвинул края раны белыми пальцами. Камень тут же впитал кровь. Нашёл тёмную нить внутри. Сам новоматериализованный малый филамент был очень тонким, но казался толще за счёт дрожащей вокруг ауры и плоти рядом, что не решалась соприкасаться с ним напрямую.

Затем поддел нить кончиком ножа.

— Нет, — выдохнул я, косясь взглядом туда, где совершалось страшное.

Ренегат потянул — филамент вышел из тела совсем чуть-чуть, буквально на ноготь, но внутри всё равно что-то порвалось. Главная жила дёрнулась. Ядро Атрибута сбилось с вращения. Левая рука исчезла из ощущений, хотя лежала рядом с судорожно сжимавшимися пальцами.

Отступник вытянул больше — тёмная нить отчаянно сопротивлялась. Искажение меняло ей длину, делало толще, затем — тоньше, даже пыталось извернуться и вернуться под кожу. Но чужие белые пальцы держали несмотря на то, что Камень там покрывался буграми.

— Отпусти, — просипел я.

— Почти, — не глядя на меня, отвечал дегенерат.

— Убью!..

— Потом.

И — последний рывок!

Филамент оборвался…

Мир разом ослеп и оглох безо всякой аномальной мглы. Я перестал ощущать половину груди. Сердце ударило в пустоту. Ядро Предела качнулось, а Главный филамент натянулся, с трудом удерживая всю систему от распада.

Если мой двадцать первый уровень и остался, то едва-едва.

Отступник тем временем поднял добычу к свету ярко пылающих рун. Короткая тёмная нить извивалась между пальцами. Я бы хотел сказать, что как живое существо, как тот же Червь Сомнения, но нет, не скажу. Филамент извивался именно как часть Искажения, которое не могло решить, чем или кем ему стать после отделения от меня.

Впрочем, за него всё решил Отступник — он положил филамент в рот.

И проглотил.

Сделал вдох. Второй… Сначала не случилось ничего. Я даже успел выдохнуть облегчённо… Зря!

Камень взорвался. Не осколками, а ростом — белая рука раздулась, из локтя вырвались три отростка, похожие одновременно на пальцы и короткие рёбра. На лице серая кожа поднялась буграми. Один прошёл через щёку и сдвинул глаз выше. Второй раскрылся у виска гладкой пластиной. Бурые жилы почернели, затем стали бесцветными. Тут уж меня пробрало так пробрало! Дышать сразу стало сложнее, а желание оказаться не здесь и сейчас достигло самого Неба, а то и выше…

Отступник пошатнулся.

Камень под ногами попытался поддержать хозяина, но вместо столба выросла мягкая белая складка. Она обвилась вокруг голени. Ренегат дёрнулся, а складка затянулась сильнее.

Спокойствие треснуло — в его руке зажглось Воплощение, а с губ сорвалось:

— Камень!

Атрибут отозвался, но сделал это с задержкой. Короткой — меньше удара сердца, но я снова заметил. Белая складка окаменела не сразу.