Ненормальный практик 9 - Отшельник Извращённый

— Интуиция Ненормального Практика? — хмыкает Аннабель.

— Ага.

Аннабель ложится обратно, уткнувшись носом мне в плечо. И затряслась от беззвучного хохота. Радуется, зараза.

— Хозяин, — шепчет она сквозь смех. — Впервые вижу вас настолько перепуганным… Так забавно!

Молча смотрю на звёзды. Вдали завыл одинокий волк. Лошадь фыркнула, шевельнула ушами, и продолжила есть. Костёр догорает. Скоро рассвет. Эх, если б мог, превратился бы в настоящего воробья и улетел куда-нибудь, где нет женщин с претензиями. На Северный полюс, например. Хотя, зная мою удачу, там тоже окажется какая-нибудь эфирная медведица с кольцом на лапе и свидетельством о помолвке.

— У меня идея, — произношу задумчиво, — может, развернёмся? Поедем сразу в Китай. Через Монголию. Или вообще — на Луну.

— Нет уж, Хозяин, — прижимается Аннабель крепче. — Вы обещали. Разным людям. Разные вещи. Пора расплачиваться.

Она права, чёрт побери. Я обещал Корнелии жениться. Обещал Фрее вернуться. Ингрид, наверное, тоже чего-то ждёт. А рядом со мной лежит бывший генерал вражеской армии, называет меня «Хозяин» и, кажется, единственная из всех не требует от меня кольца. Ирония в том, что она единственная, с кем я сплю. Жизнь, ты чудовище со странным чувством юмора. Впрочем, я действительно НЕ БОЮСЬ. Конечно, лучше смахнуться с парочкой Лордов, чем встретиться с бывшими, ещё и таким количеством, ещё и в одном месте НО! Разберусь.

— Ладно, шучу, — выдыхаю. — Петербург так Петербург. Но если меня там поймают в сети и посадят в клетку…

— Я буду рядом, Хозяин, — шепчет Аннабель. — Кто-то же должен открыть дверцу.

— Или закрыть. Ты же не посмеешь, да?

Та молча улыбнулась в темноте. Знаю, что улыбнулась. Чувствую по тому, как её щека двинулась у моего плеча.

Костёр погас. Звёзды загорелись ярче. Впереди день пути.

Жди, Петербург.

Воробей летит прямо к тебе, в клетку.

Глава 2

Утро. На траве роса. Прохладненько. Откуда-то из-за холма несёт жареной рыбой. Желудок тут же напоминает, что последний нормальный приём пищи был… э-э-э… а когда, собственно? Сухари, что мы закупили на последнем хуторе, закончились вчера. Вяленое мясо — днём раньше. Остался только чеснок, но если съем ещё хоть одну головку, Аннабель точно не будет греть своей задницей мне койку.

— Доброе утро, Хозяин.

Она уже бодрствует, расчёсывает свои длинные пепельные волосы гребнем, сидя на краю повозки. Выглядит свежо, как первый весенний ландыш. И как ей это удаётся после ночёвки в таких условиях? Загадка посложнее Замка Бога.

— Угу, — зеваю, продирая глаза. — Что, готова? К вечеру доберёмся до Петербурга. Если не будем останавливаться.

— А если будем?

— То завтра к обеду. А если развернёмся и поедем в Китай…

— Нет.

— Я даже не договорил.

— И не нужно. — Она спрыгнула с повозки и потянулась, аки цапля. — Едем. Вперёд. В Петербург. К вашим обожательницам.

— И почему ты произносишь «обожательницы» тем же тоном, что и «вражеская артиллерия».

— Случайное совпадение, — невинно улыбается эта коза.

Она точно хочет увидеть меня в медовой ловушке! Вот только даже не понимает, как я могу вести себя будучи окружён. Говорят даже крысу загони в угол, и та укусит, что же сделает Ненормальный Практик? ТЕЛЕПОРТАЦИЯ! Вот, что у меня всегда припасено!

Н-да. Ладно. Шутки в сторону. Пора собираться в путь.

Никакого завтрака чемпиона. Натянул купленную БУшную куртку, сапоги те же -родные. Растянулся, короткая зарядка, дабы разогнать лимфу с эфиром. Ну всё, пора.

Запряг нашу безымянную кобылу. Хотел назвать её «Судьба», но Аннабель сказала, что это слишком драматично для лошади, которая боится голубей, и двинулись в путь. Неспешно, покачиваясь в такт телеги. Сегодня моя очередь на козлах, Аннабель же лежала на тюке соломы и наблюдала за пейзажем. То и дело по пути встречались караваны и одиночные повозки с торговцами и местными фермерами. Логично, ведь мы подъезжаем к столице. Всё больше людей, сёл. Сама дорога куда лучше чем на Севере. На дворе апрель. Местами набухали первые почки на деревьях, вот только ещё могут ударить морозы, что не дадут плодам явиться на свет. Красивые, при этом суровые края. Проезжали мимо симпатичных деревушек, речушек, девчушек, лягушек, опушек. Тишь да гладь, божья благодать, как говаривала бабушка. Большую часть пути ехали молча. Я просто погрузился в раздумья о будущем, между делом размышлял: сколько денег осталось, где остановиться, как попасть в город незамеченным. Аннабель, если судить по её хитрой физиономии, кажись думала исключительно о моих будущих страданиях.

Часам к двум пополудни мы нагнали обоз. Три телеги, груженные бочками с мешками, тянулись по дороге с темпом ленивой черепахи. Рядом шагал мужичок в жилете с таким красным носом, что мне с какого-то перепуга показалось будто он только что окунулся мордой в свекольный салат.

— Здоров, дядя! — окликиваю его. — Далеко ли до столицы?

Естественно, я знал сколько до неё, но просто завязал разговор для будущего алиби перед стражниками. Собираемся въехать через боковые городские врата. Конечно, есть множество способов попасть в столицу куда проще. Но никаких грандиозных планов, путешествуем как обычные люди. Есть в этом своя прелесть.

Красный нос обернулся, оценил мою персону. Ну, видок у меня не самый респектабельный — дешёвая затёртая куртка, длинные чёрные волосы, а сам общий вид «не кормили, не поили, не любили», худой, молодой, странный. Взять с такого нечего. Мужик снисходительно хмыкнул, решив, что я — деревенский паренёк, возжелавший поиграть в крутого парня, и для этого отправился покорять столицу.

— До Петербурга-то? Часов пять, если кобыла не сдохнет. А вы, молодые люди, торговать едете аль на заработки?

— На заработки.

Это, кстати, было ближе всего к правде. Заработать себе проблем — тоже своего рода заработок.

— Ну-ну, предприимчивые значит, — мужик утёр нос рукавом. — Только предупреждаю, в городе сейчас кутерьма. Вчера ТАКОЕ случилось, мама не горюй!

Аннабель чуть напряглась рядом. Я лишь сделал заинтересованный вид. По правде говоря, не особо-то и волнует, что там произошло.

— А что случилось-то?

Мужик аж расцвёл. Видать, ждал этого вопроса, как рыбак поклёвки! Вон как встрепенулся!

— А то и случилось! Британцы припёрлись! Целый флот! Двенадцать кораблей! С пушками! — он для пущего эффекта растопырил все десять пальцев. — И не просто так, а с