Капитан под залог - Майя Хоук

Медленно поворачиваю голову.

Рейвен поднимается. Откашливается. Отводит взгляд. Ему явно неудобно.

— У тебя будет браслет... — он делает паузу, — который будет показывать всё обо мне. Попробуй только им воспользоваться...

— Да, командир! — вытягиваюсь по стойке смирно, сердце колотится.

Он снова отводит взгляд и добавляет сквозь зубы:

— Ненадлежащим образом!

Я сглатываю, осознавая: я действительно получу почти всю информацию о нём. Его местоположение. Пульс. Биометрию.

Интимность этого пугает.

— Пошли? — Рейвен смотрит мне в глаза.

Сердце замирает.

Теперь он действительно будет жить у меня. Как настоящая игрушка.

Краска снова заливает щёки.

— Если ты всерьез решила бороться с Кейланом, то нельзя терять время! — поторапливает он.

Я киваю, хотя отчётливо слышу в его словах: он не верит в мои способности.

Один Бог знает, зачем он согласился.

Но он согласился.

И это всё, что имеет значение.

Дорога к медблоку кажется бесконечной.

Рейвен идёт впереди — каждое его движение наполнено едва сдерживаемой силой. Он всегда был спокойным. Приветливым даже. Коротко здоровался в коридорах, одобрительно кивал на построениях. Сильный, уверенный, непроницаемый.

Сегодня он — ураган.

Это видно по тому, как напряжены его плечи. По блеску в глазах. По тому, как он дёргает дверь медблока, словно готов сорвать её с петель.

Я всегда догадывалась, что в душе он именно такой. Читала о военных операциях, в которых он участвовал до поступления в полицию. Да все читали! Герой контртеррористического подразделения. На его счету несколько блестящих заданий, где он умудрился спасти всех заложников. Пресса писала восторженные статьи.

Сейчас я вижу того Рейвена. Настоящего.

И это одновременно заставляет трепетать и предвкушать.

Нас заводят в узкую комнату — стерильную, с белыми стенами и жёстким светом ламп. Медик — пожилой мужчина с усталым лицом — поднимает взгляд от планшета.

— Раздевайтесь до нижнего белья, командир.

Рейвен скалится.

— Стормвейд, выйди.

Я вздрагиваю и машинально оборачиваюсь к двери.

— Боюсь, это невозможно, — вмешивается технический специалист у двери. Молодой парень в форме, с планшетом в руках. Он смотрит на меня многозначительно. — Ваша поручительница должна присутствовать при процедуре. Ей подписывать бумаги. Вы рискуете своей свободой, если что-то пойдёт не так, мисс Стормвейд.

Я краснею. Сглатываю.

Но остаюсь.

Рейвен бросает на меня взгляд — жёсткий, короткий, но в нем я не вижу той ярости, которая была в его движениях. Словно он злится не на меня — на Кейлана и всех, кто стоит за ним.

После этого Рейвен разворачивается спиной.

Начинает раздеваться.

Медленно. Методично.

Стягивает рубашку через голову.

Я отвожу глаза, чувствуя, как щёки горят.

Это унижение. Публичное, намеренное. В прошлый раз сотрудники послушались его приказа отвести нас в переговорную. Но сейчас настаивают на своём. Протокол. Регламент. Всё по букве закона.

Медик запускает сканер — устройство с мигающими индикаторами и тонким лучом света.

— Углублённый протокол, — поясняет он. — Валарийская физиология требует дополнительных мер предосторожности.

Рейвен усмехается — коротко, зло.

— Боитесь, что вырвусь и устрою резню?

Никто не смеётся.

Я краем глаза смотрю на него — и дыхание застревает в горле.

Его тело... красивое. Идеально вылепленное. Широкие плечи, рельефные мышцы спины, узкая талия. Кожа смуглая, красиво подчеркивающая рельеф мышц.

Но это не то, что заставляет меня замереть.

На спине — едва сошедшие синяки. Тёмные, неровные пятна. На рёбрах — разводы необычной формы, словно ожоги. Геометрические линии, слишком правильные, чтобы быть случайными.

Следы от электрошока.

Его пытали.

Сердце сжимается.

Медик проводит сканером вдоль позвоночника, не комментируя. Луч света скользит по коже, высвечивая каждый шрам, каждый синяк.

Я чувствую, как внутри вспыхивает что-то мучительное. Притяжение. Желание коснуться. Проверить, насколько серьёзны раны. Убедиться, что он... что он в порядке.

Но одновременно — стыд. Я не имею права смотреть на него так. Не имею права чувствовать это.

Рейвен стоит неподвижно, глядя в стену. Желваки играют на его скулах.

— Вы привлекали медика?! — вырывается у меня.

Он резко оборачивается.

— Отставить, Стормвейд!

Прикусываю язык по въевшейся за годы службы привычке.

Медик невозмутимо продолжает сканирование.

— Капитана таким нашли. Травмы получены до задержания и всю необходимая помощь предоставлена, — сухо отчитывается он, не поднимая глаз от планшета.

Я смотрю на синяки. На ожоги.

И понимаю.

Кейлан.

Должно быть, он предлагал Рейвену сделку. А когда тот отказался, пообещал разделаться с ним максимально унизительным способом. Вывел из строя. А потом обвинил во взятках.

Руки начинают дрожать.

— Протокол осмотра вскоре будет готов, — технический сотрудник кивает мне. — Вы можете забрать его вещи.

Я киваю, благодарная за возможность уйти. Легче убраться из медблока, чем продолжать смущать Рейвена. Продолжать видеть это.

Поспешно выхожу.

В коридоре мне протягивают пакет с одеждой.

Я разворачиваю его — и замираю.

Лохмотья.

Рубашка разорвана. Брюки в пятнах. Один из ботинок со следами крови.

— И в этом его взяли? — чуть не заикаясь спрашиваю я.

Сотрудники полиции стыдливо отводят глаза.

Я опускаюсь на лавочку без сил, доставая коммуникатор. Ищу приложение доставки одежды. Открываю счёт.

И замираю.

Все мои счета заблокированы. Остался только один — зарплатный. Смешная сумма. Этого хватит только на еду. На пару недель, не больше.

Я сжимаю коммуникатор, чувствуя, как мир рушится ещё немного.

Мы не можем выйти к журналистам в этом.

Но у меня нет денег на новую одежду.

У меня больше ничего нет.

Дорога к медблоку кажется бесконечной.

Рейвен идёт впереди — каждое его движение наполнено едва сдерживаемой силой. Он всегда был спокойным. Приветливым даже. Коротко здоровался в коридорах, одобрительно кивал на построениях. Сильный, уверенный, непроницаемый.

Сегодня он — ураган.

Это видно по тому, как напряжены его плечи. По блеску в глазах. По тому, как он дёргает дверь медблока, словно готов сорвать её с петель.

Я всегда догадывалась, что в душе он именно такой. Читала о военных операциях, в которых он участвовал до поступления в полицию. Да все читали! Герой контртеррористического подразделения. На его счету несколько блестящих заданий, где он умудрился спасти всех заложников. Пресса писала восторженные статьи.

Сейчас я вижу того Рейвена. Настоящего.

И это одновременно заставляет трепетать и предвкушать.

Нас заводят в узкую комнату — стерильную, с белыми стенами и жёстким светом ламп. Медик — пожилой мужчина с усталым лицом — поднимает взгляд от планшета.

— Раздевайтесь до нижнего белья, командир.

Рейвен скалится.

— Стормвейд, выйди.

Я вздрагиваю и машинально оборачиваюсь к