Вперед в прошлое 16 - Денис Ратманов

Костеря себя последними словами и стараясь скрыть злость, Наташа вела Любку на остановку, чтобы сдать своей парикмахерше Ануш. Идея сделать из замарашки принцессу уже не казалась заманчивой и интересной. А если Желткова обманула, и вши у нее там в чехарду играют? Ануш потом ее проклянет.

Пока топали на остановку, Наташа молилась, чтобы никто ее рядом с Любкой не увидел, удача была на ее стороне. В автобусе, к счастью, тоже знакомые не встретились, и былой запал вернулся. Она тайком изучала одеревеневшую Любку и думала, что ее вполне можно привести в порядок. Вот хохма будет, если одноклассники ее не узнают!

Молоденькая армянка Ануш стригла в центре, недалеко от театра, и, в отличие от старших коллег, которые могли и обкорнать, имела чувство стиля. Наташка сама у нее стриглась и всем знакомым советовала. И вот привела Любку, которая села на скамейку в парке и окаменела, уставившись на воркующих голубей.

— Когда ты освободишься? — спросила Натка, глядя, как Ануш превращает симпатичного парня в коротко стриженного гопника. — У меня девочка. Стрижка коротких волос, покраска в радикальный черный. Когда сможешь ее принять и сколько будет стоить?

Не отвлекаясь от работы, Ануш сказала:

— Пять тысяч нормально? Сейчас женщина придет на завивку, потом окно… Через полчаса пусть приходит.

— Спасибо! — улыбнулась Наташка и поскакала к Любке, доложила: — Пять тысяч. Будем делать из тебя Коко Шанель.

Любка растерянно захлопала глазами.

— Ко-ко чего? Почему ко-ко? Из-за цыплят?

— Ох, темнота! Роковую женщину делать будем. Только до завтра никому на глаза не попадайся, а завтра в пять я жду тебя в маминой квартире. Знаешь, где это?

— Брюнеткой? — Любка вскочила. — Я не могу краситься в черный!

— Ну здрасьте. Ну, извините, я пошла, — вспылила Наташка и развернулась.

— Нет! — окликнула ее Любка. — Меня мама убьет. Это ж… Мне блондинкой быть хочется.

— С белыми волосами ты будешь похожа на колхозницу, с рыжими — на Антошку-пойдем-копать-картошку, — честно сказала Наташа. — Тебе или темный, или никак. Просто доверься мне. Завтра я тебя накрашу — и одноклассники ахнут.

Полчаса тянулись и тянулись, Любка расслабилась и разболталась. Несла она всякую чушь: хвасталась, что ее мать накопила много денег, и они скоро купят видик, что получилось закончить школу без «двоек», и она не хочет уходить после «девятого» класса, хоть и обещала; что собака сидит на цепи, потому что душит соседских «курей».

Наконец из парикмахерской вышла бабка с прической «кудрявая овца», и туда юркнула Любка. Наташка ходила туда-сюда, поглядывая на дверь. Получится ли? У Желтковой волосы, как усы у Квазипупа. Вдруг их вообще нельзя уложить, и они так и будут дыбом стоять?

Полчаса прошло, сорок минут. И вот наконец появилась Любка. Красивая, блин! Вот только казалось, что голову куклы пересадили на тело замарашки.

Постригла ее Ануш коротко, но — волосок к волоску. С одной стороны короче, с другой длиннее, оставив длинную черную прядь, падающую на глаз. Любка сияла, улыбалась от уха до уха.

— Она мне брови тоже покрасила! Бесплатно!

Он переизбытка чувств Любка глотала окончания, брызгала слюной, и в уголке рта надувалась слюна. Без толку! Не получится из нее принцесса. Ее надо год учить себя вести!

— Ты офигенная! — оценила Наташка. — Все парни твои! Все, я побежала. Не забудь завтра в пять вечера зайти ко мне, я тебя накрашу. Не вздумай делать это сама, ты все испортишь.

Наташка уже развернулась и сделала шаг, но Любка ее окликнула:

— Подожди! — Натка обернулась, и Желткова спросила: — Зачем это тебе? Кто тебя попросил?

— Мне захотелось, — улыбнулась Наташа. — До завтра.

Ее накрыло волной благодарности, стало легко, светло, и показалось, что она не идет, а летит, ее несут развернувшиеся за спиной крылья.

Эмпатия… Без нее Наташа была слепой, глухой и немой. Вот только жаль, что она одна такая. Если бы все люди хоть немного обладали эмпатией, мир был бы совсем другим.

Глава 2

Ярмарка тщеславия

Да, деньги у меня были, и немало, но я терпеть не мог бездумные траты, потому решил не раскошеливаться на пиджак, в который не влезу уже на следующий год, а взять его в аренду на сутки, раз уж Еленочка так настаивает на парадно-выходной форме на выпускном.

Стоила аренда костюма пять тысяч плюс залог. В прошлой жизни этим летом я решил взяться за ум, начал худеть, качаться, бегать и преуспел в этом, а также за лето вырос на пять сантиметров и здорово раздался в плечах, стал бриться регулярно, а не от случая к случаю. Впрочем, я и так регулярно бреюсь.

В полдень, за шесть часов до начала выпускного, мы всей бандой нагрянули в магазин при ателье, где сдавались в аренду костюмы, вечерние и свадебные платья. Хотели взять одинаковые пиджаки, но не одни мы оказались такими умными, ассортимент поубавился, и пришлось выбирать даже не то, что приглянулось, а то, что есть. Мне достался белый костюм с черной рубахой, Илья выбрал черный атласный, с белым пластмассовым тюльпаном в петлице. Димоны — бежевые, Памфилов предпочел малиновый пиджак, просто вцепился в него, хоть он был на несколько размеров велик. Кабанов обошелся обычным черным костюмом. Рамиля с нами не было, ему костюм должен был одолжить отец.

Мановар выбрал темно-серый костюм. Торжественная часть выпускного «вэшек» пройдет вместе с нами в столовой, потом мы уедем, а Мановар останется со своими.

Поскольку платья тут были в основном свадебные, Гаечка выбрала бежевое по фигуре, расширяющееся только от колен к полу, как лилия.

Среди вещей был не только малиновый пиджак, но и леопардовое платье в обтяжку на женщину в теле, оно приглянулось Лихолетовой. И как она затесалась в нашу компанию? Вообще другого типа личность, и интересы, и музыка у нее другая, Подберезная ее привела, и Рая прижилась, хотя не должна была. Может, потому что она — хороший человек?

Ателье находилось возле моего дома, остальным пришлось возвращаться в Николаевку. Наташка куда-то подевалась, Боря ушел к кондитерской торговать картинами и постерами, и я остался дома один дожидаться деда, который обещал забрать маму, меня и ехать в школу.

Насколько знаю, из нашего класса уходят только Плям и Желткова. Карась уперся всеми плавниками, чтобы остаться, и делает успехи, Заславский тоже. Попову, возможно, выживут. Не исключено, что Желткова передумает, но тогда тянуть ее нет смысла. Короче говоря, наш класс идет в одиннадцатый почти полным составом, а значит, не видать нам