Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

вырвался из моего горла, и, судя по тому, как парень задергался, я поняла, что мои глаза загорелись красным. Рот солдата раскрывался в такт с резаными ранами на его шее.

Реджи повторил мои слова, и взгляд солдата метнулся между мной и ним.

– Он просит убежища в обмен на информацию.

Я вздохнула, закатив глаза.

– Ладно. Как хочешь. Убежище. Теперь говори.

Напряжение солдата, казалось, спало, когда Реджи передал ему мои слова, и он снова заговорил.

– Он сказал, что в последний раз караван Нисмеры видели на Кливере, – сказал Реджи, кивнув в мою сторону.

Ладно, это неплохая зацепка. Меня охватило волнение.

– Но это было три дня назад. Они прошли через портал, и с тех пор их никто не видел.

Мое сердце сжалось от разочарования – надежда, которая охватила меня несколько мгновений назад, умерла мучительной смертью.

– Дианна.

Я уже не слышала слов Реджи. Я снова опоздала. Кожу покалывало, внутри бурлила ярость. Прошло полторы недели с тех пор, как они забрали его у меня, и страх за его жизнь сводил меня с ума. Миска сделала противоядие, но это бессмысленно, если я не смогу его найти.

Я не находила себе места от беспокойства. Прочесывания местности и допросов солдат Нисмеры было недостаточно. Все это занимало слишком много времени, и я боялась, что снова опоздаю. Я была чертовым горящим маяком, но солдатам все равно требовалось несколько дней, чтобы меня найти. У нас мало времени, и вполне вероятно, что Самкиэль был уже у порога Нисмеры. Хуже всего то, что я даже не знаю, в каком гребаном мире она находится. Я не смогла спасти свою собственную чертову сестру. Почему я решила, что смогу спасти его?

Рычание сорвалось с моих губ, и я потянула солдата к себе. Мои клыки впились ему в шею, пока он в отчаянии цеплялся за меня пальцами. Кровь полилась мне в горло, заполняя тревожную пустоту в желудке.

Я отстранилась и отбросила бездыханное тело в сторону, прежде чем вытереть кровь со рта тыльной стороной ладони.

– Ты теряешь контроль.

Горький смех сорвался с моих губ.

– Ты думаешь?

– Я не хочу видеть, как ты превращаешься во что-то…

– Во что? – резко бросила я, делая шаг к нему. – В монстра? Насколько мне известно, именно им я и являюсь. Доброе утро! Я Иг'Моррутен, а не какая-то небесная принцесса.

Глаза Реджи впились в мои.

– Мы не на останках Раширима, Дианна.

– Не надо.

– Еще есть надежда.

– Прошла неделя. – Я почти кричала. – Мы потеряли его след несколько дней назад, и я до сих пор не знаю, на какой планете он сейчас. Этих солдат сотни, Реджи. Если он…

Я не закончила. Я не хотела.

– Неужели ты думаешь, что ты бы не почувствовала, если бы он оказался у нее? Если бы она его убила? Посмотри на меня и скажи, что ты бы ничего не почувствовала.

– Как я должна это почувствовать? – резко спросила я, подняв руку и показывая ему голый палец без метки. – Я сдалась, помнишь? Из-за него. Я ничего не чувствую, Реджи. Никакой искры или связи, только голод и пустота и…

Страх.

Но этого я не сказала. Развернувшись, я провела руками по лбу.

– Черт. Мы не должны были оставлять его в этом дурацком городе. Я виновата в том, что доверилась им. Когда мы встречали кого-то без скрытых мотивов?

– Это не твоя вина. Все это.

– Разве? Он ослаблен из-за раны и слабеет с каждым днем. Жалкие искры его силы – все, что у него есть. Остальное рассеялось в небе. Он нуждается во мне, а я даже не знаю, откуда начать поиски.

Я пнула большой кусок дерева. Он пролетел по воздуху, ударился об ствол и разлетелся на куски, едва не задев хромую фигуру, которая только что вышла из леса. Мужчина схватил свою удочку, посмотрел на меня, на Реджи и гору мертвых солдат, прежде чем побежать.

Мои губы скривились в кровожадной ухмылке.

– Он слишком много увидел.

Реджи крикнул мне вслед, но я его не услышала. Мужчина бросил свои припасы на землю и что есть сил бежал в сторону деревни. Мне потребовалось не много усилий, чтобы его обогнать. Я встала у него на пути, и, столкнувшись со мной, он упал на землю. В жалкой попытке защититься, он поднял руку и мотал головой. Я подхватила его и вонзила клыки ему в шею. Спустя несколько секунд подошел Реджи, и я отбросил рыбака в сторону, позволив ему с глухим стуком упасть на землю.

– Дианна, – Реджи потер лоб, – я просто беспокоюсь за тебя, вот и все. Ты уже многого добилась. Я не хочу видеть, как ты регрессируешь.

– Я знаю. Просто я люблю его, Реджи. Той самой глупой, сентиментальной любовью, а теперь боюсь, что не смогу ему об этом сказать. – Я вытерла подбородок рукавом. – Он даже не помнит, что случилось в туннеле и о чем мы говорили… Я просто…

Миска напевала в нескольких футах от нас, ее маленькие ножки бесшумно ступали по лесной траве. Не сговариваясь, мы с Реджи загородили собой тело рыбака, чтобы спрятать от ее глаз.

– Вот вы где, ребята. Я нашла еще тра́вы, которые мы можем использовать… Дианна, почему у тебя красное лицо?

Я вытерла кровь рукой.

– Я съела охранников.

Миска посмотрела на меня и пожала плечами.

– Ладно. Мы уже уходим? Ты узнала, где Самкиэль?

Реджи прочистил горло и сказал:

– Давай сходим в город и купим тебе еды? Дианна нас догонит.

Она кивнула и повернулась в сторону поселения. Подождав, пока они с Реджи отойдут, я оттащила тело рыбака туда, где оставила солдат, и подожгла их, дождавшись, пока останки не превратятся в кучку пепла.

Холодный ветерок пощипывал кожу, пока мы шли по оживленной улице. Вдоль деревянных пирсов толпы смеющихся рыбаков грузили в свои лодки ящики и сумки, а люди толпились у маленьких лавок с едой.

Реджи бросил продавцу несколько монет, которые я забрала у мертвых солдат. Миска подскочила ко мне с небольшим мешочком угощений в руках, рассказывая, что она подарит их Самкиэлю, когда мы его найдем.

Ее энтузиазм и доброта, казалось, разжигали в моей груди давно потухшее пламя. Ее искренность так сильно напоминала мне Габби. Я ничего не ответила, просто улыбнулась, когда мы вышли из магазина и направились в глубь деревни. Даже несмотря на процветающую торговлю, местные все еще использовали длинные лоскуты ткани вместо одежды. Этот город боролся за выживание, как и многие