Великий Кузнец - 6 - Анри Олл

что? — он вдруг усмехнулся, обнажив крупные, чуть желтоватые зубы. — Я об этом не жалею. Ты бы в моей кузне только испортился. А так… — он кивнул на клинок. — Ты нашёл свой путь. Это видно.

— Спасибо, мастер Иван.

— Да ладно тебе, — он отмахнулся. — Ты лучше расскажи: как ты добился такой стабильности? Даже с чарами в такое слабо верится знающему мастеру. Я видел, как он горел — и ни трещины, ни выплеска. Это ж синие, а тем более сиреневое пламя должно быть на несколько голов выше температуры плавления самой тугоплавкой стали, так ведь?

Я на мгновение замялся, но затем решил, что немного правды не повредит.

— Да, все верно. Во-первых, все действительно благодаря чарам. Во-вторых, имеет роль и воля самого заклинателя, пламя повинуется ему и старается не обжигать сам клинок и особенно владельца. В-третьих, энергия жара всегда идет вверх, а не в низ, эти тоже можно пользоваться, например, подобно тому, как я сделал в конце. В-четвертых, это было краткосрочное воздействие, тепло пламени просто не успело нагреть клинок в достаточной мере. Однако большая часть заслуги тут принадлежит моему нынешнему наставнику, Элиасу Зольнику. Он дал мне множество советов и книг для экспериментов, в том числе копию трактата Барнибия Галла о нестабильных минералах. Без него я бы не справился.

— Элиас Зольник? — Иван прищурился. — Слыхал о таком. Изгнанный из Академии, верно?

— Верно.

— Хм. — кузнец задумчиво почесал подбородок, покрытый жёсткой щетиной. — Значит, не всё то золото, что в Аркануме блестит. Ладно. А что по поводу техники ковки? Ты использовал какую-то особую закалку? И как закреплял руны?

— Мастер Молот, — я покачал головой, стараясь говорить вежливо, но твёрдо. — Вы же знаете: секреты мастерства — это то, что каждый кузнец хранит при себе. А я и так вам многое поведал. Из уважения к вам, я могу сказать, что использовал закалку в масле с добавлением толчёного камня. Но детали… простите. Это мои секреты, секреты нашей кузни «Алая Подкова» и секреты моего наставника. Иван несколько секунд смотрел на меня в упор, и в его тёмных глазах читалась борьба между профессиональным любопытством и уважением к цеховой этике. Наконец он кивнул.

— Понимаю, — сказал он. — И уважаю. Правильно держишься, парень. Мастер без секретов — что меч без закалки. Только… — он понизил голос и наклонился чуть ближе. — Если когда-нибудь захочешь обсудить стабилизацию различных материалов на равных, а не как учитель с учеником… заходи в мою кузню. Поговорим.

— Запомню, — ответил я.

Иван хлопнул меня по плечу (на этот раз не так сильно, как Василий, но достаточно, чтобы я покачнулся) и, подтолкнув Тимку в спину, растворился в толпе. Его ученик на прощание бросил на меня полный обожания взгляд и что-то прошептал, но слов я не разобрал.

После них подходили ещё люди. Дворяне, судя по одежде и манере держаться.

Какая-то дама в платье цвета морской волны, увешанная жемчугами, долго разглядывала клинок через лорнет и спрашивала, можно ли заказать такой же для её сына, но поменьше и с сапфирами. Я вежливо объяснил, что не принимаю частные заказы сейчас, но записал её имя.

Мужчина в камзоле цвета жжёной умбры с высоким воротником, расшитым золотыми нитями, долго рассматривал клинок, склонив голову набок. Рядом с ним стояла дама в платье из тёмно-синего бархата, с веером из слоновой кости в руке. Её волосы были собраны в высокую причёску, украшенную жемчужными шпильками, а на шее сверкало ожерелье из сапфиров. Они переговаривались вполголоса, и я видел, как женщина что-то показывала на клинок кончиком веера.

— Молодой человек, — наконец обратился ко мне мужчина, и его голос звучал одновременно вежливо и высокомерно, — не могли бы вы ответить на несколько вопросов?

— Конечно, — кивнул я.

— Вы принимаете частные заказы? — Он говорил медленно, будто взвешивая каждое слово. — Например, на подобное изделие. Просто хороший боевой клинок с магическими свойствами.

Я покачал головой.

— К сожалению, нет. Это был индивидуальный проект. Долгий, сложный. Я готовился к нему несколько месяцев. — Соврал я. — Сейчас у меня нет возможности браться за подобные заказы. — А вот тут была правда.

— А если речь идёт о серьёзной сумме? — вмешалась дама, приоткрыв веер и прикрыв им нижнюю часть лица. Только её глаза — карие, с золотистыми искорками — смотрели на меня в упор. — Скажем, сто золотых? Сто пятьдесят?

Я едва не поперхнулся воздухом. Сто пятьдесят золотых — это целое состояние. За такие деньги можно было купить половину огромных соседских фермерских полей в Аргонисе со всеми постройками, урожаем и скотиной или содержать небольшую армию наёмников целый год, либо облачить настоящего рыцаря в полные стальные латные доспехи со всем оружием и амуниций. Но я взял себя в руки и ответил:

— Я ценю ваше предложение, но действительно не могу взяться за подобный заказ в ближайшее время. Однако, если вас интересуют магические изделия, я могу порекомендовать вам два заведения. Первая — «Эхо Магии» здесь, в Аргонисе. Владелец, Василий Федорович Мельник, находится здесь, на фестивале. — Я указал рукой в сторону, где делец, всё ещё в своём коричневом кафтане с медными пуговицами, оживлённо беседовал с группой купцов и дворян. Его голос, громкий и раскатистый, был слышен даже отсюда. — Вторая — «Алая Подкова». Это моя кузня, но она находится за городом, на окраине, на бывшем хуторе Ерёмы.

Дама с веером переглянулась с мужчиной, и тот приподнял бровь.

— «Эхо Магии»? — переспросил он. — Постойте… это не та ли лавка, где продаются… как их… временные магические перстни? Бронзовые?

— Да, — подтвердил я. — Именно та.

Женщина вдруг ахнула и захлопнула веер.

— Так это вы их создатель⁈ — воскликнула она, и в её голосе прозвучало искреннее удивление, смешанное с восторгом. — Боги! Да о них весь Аргонис говорит! Моя подруга, виконтесса де Вальер, купила один такой перстень на прошлой неделе. Она в восторге! Говорит, что теперь её учитель по фехтованию еле за ней поспевает. Просто надевает перстень и — всё! Другой уровень.

— Вы слишком добры, — ответил я, стараясь не улыбаться слишком широко.

Слава, оказывается, распространялась быстрее, чем я думал.

Мужчина, который до этого держался несколько отстранённо, теперь смотрел на меня с явным интересом.

—