Клятвы и руины - Хелен Шойерер

– Пей.

– Я уже…

– Это не просьба. Ты пьешь недостаточно воды.

Тея раздраженно щелкнула языком и повиновалась. Затем без возражений приняла из его рук полную еды миску.

– Я бы тоже хотел о тебе кое-что узнать. Предлагаю сыграть на ответы.

– Во что сыграть? – с набитым ртом спросила она.

Уайлдер достал из седельной сумки колоду карт.

– «Паж и шут»?

– Не знаю такую игру.

– Тогда можешь добавить ее в список того, чему я тебя научил. – Уайлдер подмигнул, хотя, честно, не собирался. Он просто… на мгновение забыл об их уговоре.

Но все же губы Теи растянулись в улыбке.

– Список становится все длиннее и длиннее, Боевой Меч. – Она доела и обтерла руки о бедра. – Ну ладно. Какие правила?

Уайлдер быстро объяснил ей правила, осознавая, что сам не играл в эту игру уже много лет… В последний раз, когда он странствовал с Талемиром, тот уговорил каких-то женщин сыграть не на ответы, а на раздевание.

Он решительно отбросил эти воспоминания. Не хватало еще думать об обнаженной Тее.

Закончив разделять карты по мастям и старшинству, он положил между ними одну карту рубашкой вверх и посмотрел на Тею в свете огня. Растрепанная коса на одну сторону обрамляла ее лицо, глаза сияли. Боги, как же она прекрасна.

– Готова, ученица?

– Всегда готова, Боевой Меч.

Глава 23

Тея

Тея старалась не пялиться, но при взгляде на Уайлдера в свете пламени в груди у нее защемило: его обычно суровые черты лица смягчались, на губах играла нежная улыбка.

Он перевернул первую карту. Тея отвела взгляд от него и уставилась на свои карты, чувствуя, как он за ней наблюдает.

Она выбрала из своих старшую и положила в центр. Уайлдер сделал то же самое.

Они в тишине продолжили выкладывать карты, пока не выпадет паж или шут. Казалось, это продолжалось целую вечность, и Тея воспользовалась этим временем, придумывая, о чем бы его спросить, какой секрет выведать.

Первый раунд выиграл Уайлдер. Он взял обе карты и посмотрел на нее с наглой улыбкой.

– Полагаю, что могу задать тебе вопрос, ученица.

– Ну, задавай, – процедила она.

Тея ненавидела проигрывать. Она пожалела, что не предложила ему сыграть в «Танцующих алхимиков».

– Как ты подружилась с Кэллаханом и Кристофером?

Она не ожидала, что из всего множества вопросов он решит задать именно этот. К тому же имена друзей прозвучали непривычно официально, отчего она рассмеялась.

– Ты правда хочешь узнать именно это?

– Я правда хочу узнать именно это.

Тея пожала плечами.

– Ну, хорошо… В тот день, когда ты привел меня к Эсиллту на тренировку щитоносцев, нас оставили убираться в оружейной. Наш дорогой Мастер Оружия сказал, что от нас троих никакой пользы. Тогда мы и подружились.

– И все?

– Ну да. От этой парочки сложно отделаться.

– Это я уже понял.

– Завидуешь, что у тебя нет друзей? – поддразнила она.

Уайлдер усмехнулся.

– И это говорит мой самопровозглашенный друг.

– Хочешь сказать, что я тебе не друг, Боевой Меч?

Он разразился глубоким смехом.

– Я бы сказал, что ты, пожалуй, мой лучший друг, ученица.

– Звучит печально, – произнесла Тея, но все же в груди ее разлилось тепло.

– Мне вполне хватает и одного, – криво улыбнувшись, ответил он.

Тея покраснела и указала на карты:

– Следующий раунд.

Они снова разыграли карты, и на этот раз выиграла Тея. Она победно заликовала.

– Какая ты скромная, – усмехнулся Уайлдер.

– Трудно быть скромным, когда ты лучший, – съязвила она.

Он рассмеялся, и Тея подумала, что лучше звука в мире не существует. Она откинулась назад и оперлась на ладони, задумавшись над вопросом. Тея много чего не знала о Боевом Мече, но сапфировое украшение, что она увидела у него дома, не выходило у нее из головы. Щеки снова покрыл румянец, и она мысленно отругала себя за свою глупость.

– У тебя…

– «У меня» – что?

Волнение уже захватило Тею.

– У тебя было много женщин?

Брови Уайлдера взметнулись вверх.

– Ты правда хочешь узнать именно это?

– Я…

– Спроси то, что хочешь узнать на самом деле, Тея.

От того, как он произнес ее имя, пальцы ног девушки невольно поджались. Сапфир все еще сверкал в ее сознании.

– С кем ты был до меня? – Она сглотнула, думая, готова ли узнать ответ на следующий вопрос. – И после?

Взгляд Уайлдера потемнел, он положил свои карты на землю рубашкой вверх.

– С тех пор, как я встретил тебя, у меня больше никого не было. Никого в те три недели после того, что произошло в Кровавых лесах, – с трепетом произнес он. – И я не хотел.

Тея прерывисто выдохнула, только сейчас осознав, как быстро стучит ее сердце.

– А до меня?

Уайлдер вздохнул.

– Это было очень давно.

Тея молча наблюдала за тем, как Боевой Меч откинул волосы с лица. Он снова встретился с ней взглядом.

– Ее звали Эдриенн. Она… Очень мне нравилась. Она была добра ко мне.

Сердце Теи сжалось.

– Ты этого заслуживаешь, – вдруг произнесла она. – Кого-то, кто будет к тебе добр.

Он грустно ей улыбнулся.

– Думаешь?

Оба забыли про карты.

– Я бы не стала так говорить, если бы так не думала. Когда вы расстались?

Уайлдер молчал, казалось, он раздумывал, рассказывать ей или нет.

Это случилось недавно, и ему все еще больно? Будет ли больно ей, если она узнает?

– Мы договорились о честности, – напомнила Тея.

Он вздохнул.

– Шесть лет назад. Около того.

Тея опешила.

– Шесть лет? – выпалила она. – Ты не… У тебя не… Шесть лет?

– Приму твое удивление за комплимент, ученица, – съязвил Уайлдер.

– Но…

– Ты уже задала свой вопрос. Даже несколько. И, если перестать делать вид, что нас очень интересует игра, я бы хотел задать тебе те же вопросы.

Взгляд серебристых глаз, в которых мерцало пламя огня, стал напряженным.

Тея вздохнула.

– После тебя у меня никого не было… – медленно ответила она.

В течение тех трех недель после того, как они переспали, она думала только о нем. Конечно, она злилась, и ей было больно, но только он занимал ее мысли.

– А до?

– Никого особенного. Мне было на них все равно, – ответ прозвучал грубо, зато честно.

– А что было с учеником Мастера Конюшен?

Не поняв, почему он спрашивает об Эвандере, Тея нахмурилась. А потом вспомнила короткую встречу с ним в конюшне и то, как он убежал, увидев в дверях грубого Боевого Меча.

– Он был