Погоня за судьбой - Ди

— Да-да, я знаю, если бы не ты, и всё такое… — раздражённо проворчал Марк. — Ты, конечно, супергерой — но только пока у тебя есть наркота. И вот тебе информация к размышлению. Сейчас нас будут искать с собаками, и на этом пузатике ты далеко не улетишь! Давай ко мне — и дёру!

Я бросила взгляд на хищный миниган, на сменный бункер с полной патронной лентой в углу и вздохнула. Повернулась в сторону кабины:

— Парень, держи ровнее и не дёргай штурвал!

Молодой пилот уже вышел из кабины и теперь держался за поручни, покачиваясь и силясь перекричать шум ветра:

— Машина на автопилоте! Я с вами! Если вернусь — мне только одна дорога — под трибунал!

— Прости, но ты всё же вернёшься, — ответила я. — Живым и здоровым, в отличие от многих других!

Откидная дверь глайдера поднялась, я кинула последний взгляд на застывшего в дверном проёме пилота и перепрыгнула через бездонную снежную пропасть. Створка за мной опустилась, планер ушёл в сторону и стал набирать высоту, пока мальчишка-пилот провожал нас обречённым взглядом. Через несколько секунд гравилёт скрылся в белой пурге…

Глава XII. Пирос

… Босыми ногами я стояла на влажном кафельном полу. Холодный затхлый воздух пробирал до костей — на мне была лишь шёлковая ночная рубашка. Ржавая решётка густой паутиной армированных прутьев преграждала проход, а за ней в невообразимой дали таял единственный источник света в этом мрачном месте — белый прямоугольник дверного проёма.

Я схватилась обеими руками за решётку и дёрнула раз, другой, третий… Решётка была непоколебима. Длинный коридор с высоким потолком, казалось, всасывал в себя не только свет, но и само пространство, и со всех сторон меня обступила тьма. Почти наощупь я прокралась вдоль решётки, шаря ладонями по щербатой арматуре в поисках какой-нибудь зацепки, чего угодно — большого отверстия, в которое могла бы пролезть, шатающегося прута… Чего угодно.

Ничего. Сплошная решётка незыблема, и на ту сторону не попасть. Резко обернувшись, я чуть не провалилась во тьму коридора, исчезающего впереди, и спину до самых костей пробрал озноб. Прижавшись лопатками к ржавым прутьям, я напряжённо вслушивалась в тишину. Её нарушало лишь учащённое биение моего собственного сердца. Путь назад был отрезан, а впереди ждала непроглядная тьма, и мне вдруг показалось, что я была здесь раньше…

Тяжёлый метроном сердца отсчитывал удар за ударом, пока я собиралась с силами, и наконец удалось преодолеть оцепенение. Отпустив спасительную решётку, я стала робкими шагами продвигаться вперёд. Не было видно ни зги, и я выставила руки прямо перед собой. Глаза постепенно привыкали к темноте, и я уже различала по сторонам призрачные тёмно-серые стены…

С негромким шлепком босая нога погрузилась в тёплое, вязкое, зыбкое — и стало не по себе. Сквозь звенящую тишину до меня начинали доноситься едва различимые звуки, будто где-то едва слышно скрипели несмазанные металлические петли… Нет, это плач… Чей? Плач младенца… Это было похоже на крик крохи нескольких месяцев от роду, но я не могла определить направление — он как будто доносился сразу со всех сторон…

Поднимаю ступню, покрытую липкой массой, и, стараясь унять дрожь в коленях, делаю ещё несколько шагов. Шлепки эхом разносятся по коридору, обе ноги вязнут в тёплой массе, покрывающей пол сантиметровым слоем. Становится словно бы светлее — и через секунду я понимаю, почему. Вдоль стен коридора лежат продолговатые, накрытые белыми простынями тюки. Ровные ряды белёсых мешков, едва различимых во тьме.

«Это они, они вернулись за мной!»

Вскрикнув, оборачиваюсь, чтобы убежать, и с размаху натыкаюсь прямо на массивную решётку.

«Её же здесь не было!» — бьётся мысль. — «Какого хрена?! Она что, преследует меня?!»

С той стороны — всё та же всепоглощающая тьма, светлого дверного проёма больше нет, но я судорожно хватаю и отчаянно дёргаю металлические прутья. Лязг дрожащего металла оглушает, ошеломляет, но эха нет — коридор глотает его прямо так, не жуя.

Сзади послышался тихий, задумчивый голос:

… — Нет ни меня, ни тебя… Мы теперь плод чьего-то воображения…

Оборачиваюсь и в ужасе закрываю руками рот, подавившись собственным криком. В паре метров, не касаясь земли, в воздухе висит рыжеволосая Аня. Тело её испускает слабое свечение, голова безвольно свешена на бок, а в животе зияет чёрная рана. Из-под разодранной окровавленной кофточки на слой жижи на бетонном полу с глухим стуком капает кровь. Девочка поднимает голову, улыбается одними губами и, поманив за собой рукой, мягко разворачивается и плывёт прочь, едва подсвечивая лежащие вдоль стен накрытые белыми простынями недвижимые тела.

Я должна идти. Я ни о чём не думаю — ведь если думать, можно тут же сойти с ума. Я просто должна идти, и я иду вслед за ней, шлёпая босыми ногами по полу, покрытому ровным слоем крови, мимо аккуратно уложенных тел — лишь бы не оставаться здесь, в темноте.

За монотонными шагами вслед за призраком я теряю ощущение времени… и вдруг Аня растворяется в воздухе, а руки мои натыкаются на влажную каменную стену. Обернувшись, я вновь вижу прямо перед собой всё ту же решётку, которая отрезала меня от тёмного, устланного мертвецами коридора в тридцатисантиметровом клочке пространства. С той стороны решётки стояла Вера и глядела на меня с невыразимой грустью в глазах. На ней — рабочая роба, волосы заплетены в небрежный хвост.

«Вера, ты ведь жива, правда?!» — кричит надежда внутри меня.

— Верочка, я что-нибудь придумаю! — вторю я своей надежде.

Просовываю руку сквозь прутья решётки, чтобы коснуться подруги, но никак не могу до неё дотянуться.

— Нет, ты ничего не придумаешь. — Печаль в её глазах сменилась снисходительностью, она улыбнулась и покачала головой. — Не смогла тогда, не сможешь и сейчас. Ты ничего не можешь, беспомощная… Никчёмная.

— Я смогу, я исправлю всё! — Волна отчаяния накрывает меня, и слёзы выступают на глазах. — Только дайте мне вернуться назад!

— Ты же знаешь, что ничего невозможно вернуть, — легко, почти небрежно произнесла Вера. — Время движется только в одну сторону, и ты его упустила.

Силуэт её задрожал, покрылся рябью, словно осенняя лужа на холодном ветру. Вера начала таять, и через секунду последние клочья серого тумана растворились в воздухе.

— Я подвела вас всех! — Не в силах больше держаться на ногах, я сползла по решётке на колени — прямо в