Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

— Очень рад за вас, — искренне сказал я.

— И ещё, — продолжила она. — Мы решили попробовать жить вместе. У меня своя квартира же, решили, что можем попробовать. В общем, следующий шаг.

Я кивнул.

— Это очень хорошее решение, — сказал я. — Рад за вас, правда.

Она счастливо улыбнулась.

— Александр Александрович, — сказала Савчук. — Спасибо вам. Это же вы мне советовали заметить Эдика и столько помогали нам… И когда я боялась начинать отношения, это же вы сказали, что надо попробовать. И я теперь так счастлива! Спасибо вам!

— Я ничего не сделал, — улыбнулся я. — Вы заслуживаете счастья. Так что поздравляю.

Чердак наверняка и сам захочет рассказать мне эту новость в своей манере. С попыткой сделать вид, что он, разумеется, всё это придумал сам. Я усмехнулся, заранее это представив.

Закончив с обсуждением дел, я вышел из кабинета Савчук и направился к себе. На первом этаже поликлиники меня перехватила Алевтина Романовна. Она, видимо, специально ждала, дежурила недалеко от моего кабинета.

— Александр Александрович, — она шагнула мне навстречу. — Можно вас на минутку? Есть разговор.

— Конечно, — сказал я. — Пройдёмте ко мне в кабинет, там удобнее.

Мы зашли в кабинет, Лены как раз не было. Алевтина Романовна села на стул, положила руки на колени.

— Александр Александрович, я хотела вас поблагодарить, — сказала она. — За Илью. И за ваши советы. Я сначала не воспринимала их всерьёз. Думала, ну откуда вы можете знать, как мне быть с сыном. Это же я его мать, я его воспитывала, растила. И я знаю лучше.

Она немного помолчала, собираясь с мыслями.

— А потом, — продолжила она, — после того разговора, когда вы мне про границы объяснили… Я долго думала. И поняла, что вы правы. И потом мы с ним поговорили… Я ведь чуть его не потеряла. Если бы не вы…

— Алевтина Романовна, — мягко сказал я. — Вы справились сами. Я просто подсказал направление. А идти по нему пришлось вам.

— Идти-то пришлось мне, — согласилась она. — Но без подсказки я бы пошла не туда. Я уверена.

Она помолчала, потом подняла на меня глаза.

— Я сняла частный дом, — сказала она. — Сейчас как раз лето, буду заниматься огородом. А Илья останется в квартире. Мы вот на выходных с ним разъезжаемся, будем жить раздельно. Он ещё сказал, мол, мама, пора тебе о себе думать. И я поняла, что о себе действительно почти не думала всё это время.

— Это хороший шаг, — сказал я.

Алевтина Романовна вздохнула.

— Спасибо, — сказала она. — Просто спасибо. Вы отличный человек, Александр Александрович.

— Рад помочь, — кивнул я.

Она улыбнулась и вышла из кабинета. Что ж, ещё одна проблема решена. И это не могло не радовать.

Через пятнадцать минут начался приём. Стандартные случаи: ОРВИ, гипертония, гастриты, остеохондроз. Привычный темп, привычный ритм. Я работал на автомате, полностью погрузившись в работу. После вчерашнего вампирского цирка обычная поликлиническая рутина казалась почти отдыхом.

Через час после начала приёма в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, заглянул Жидков.

— Александр Александрович, можно? — спросил он.

— Можно, — кивнул я. — Доброе утро, Владимир Фёдорович.

Он закрыл за собой дверь и подскочил к моему столу. Глаза горели, в руках он держал бумажку с распечатанным анализом.

— Александр Александрович! Подтвердилась болезнь Лайма! — заявил он.

— У пациента с дежурства Виктора Сергеевича в субботу? — уточнил я.

— У него, — кивнул Жидков. — Он сказал мне, что диагноз поставили вы. Анализ пришёл утром. ИФА положительный, IgM и IgG оба. Шумакова уже подтвердила. Пациент с субботы на доксициклине, реагирует отлично. Шумакова просила передать вам благодарность за своевременный диагноз, сказала, что не каждый бы его распознал из-за смазанной картины.

— Рад помочь, — улыбнулся я.

— Вообще случай редкий, — Жидков потёр руки. — У нас в Аткарске за последние десять лет, по-моему, и было-то две или три истории с Лаймом. И все случайно поставленные. А тут такой случай.

Я улыбнулся и кивнул.

— Кстати, — спохватился он. — Я ещё по поводу Шарфикова пришёл сказать.

— А что с ним? — напрягся я.

— Ничего плохого, — поспешно заверил он. — Наоборот. После той вашей речи, когда вы решили назначить его главным по комиссиям, он серьёзно взялся за это дело. Изучил, взял у меня все приказы и документы, задаёт кучу вопросов. Скоро к вам придёт на стажировку. В общем, прямо загорелся этим делом.

Я приподнял брови.

— Серьёзно? — переспросил я.

— Серьёзно, — подтвердил Жидков. — Я тоже сначала подумал, что просто видимость создаёт. Но нет, действительно старается. И я вам так скажу, Александр Александрович: это точно из-за вас. И вашей вдохновляющей речи.

Шарфиков порадовал, однако. Наконец-то хорошие новости про него. А то всё одни лампочки…

— Отлично, — кивнул я. — Раз так, тогда комиссии точно оставлю ему.

— Договорились, — кивнул Жидков.

Улыбнулся и ушёл к себе. Надо же, Шарфиков, который взялся за голову. Факт его изменения для всей поликлиники даже более ценен, чем любая моя лекция из школы здоровья.

Шарфиков, который начал делать комиссии нормально — это маленькое чудо местного значения.

И я погрузился в приём.

В час дня он закончился. И почти сразу ко мне пришёл сам Шарфиков. Что-то многовато его для утра понедельника, ну да ладно.

— Сань, я это… — неловко начал он. — Документы все вроде подготовил для передачи. С понедельника поменяться не получилось, мне сказали с завтрашнего дня меняемся с Юлей.

— Всё правильно, — кивнул я. — Подготовь ей все журналы, все списки. Чтобы ей не пришлось бесконечно искать, сколько у тебя там пациентов на учёте. Уверен, она для тебя сделает точно так же.

— Да я уже, — торопливо кивнул он. — К тому же Кристина остаётся с ней. Она участок знает. Я пришёл научиться заполнять протоколы по комиссиям.

— Владимир Фёдорович говорил, что ты серьёзно взялся за это дело, — кивнул я. — Ты молодец. Я рад, что не ошибся и поручил это именно тебе.

Шарфиков залился краской и гордо расправил плечи. Так, главное, не переборщить.

Следующий час